Последнее обновление: 28.07.2016

Copyright © "Петербургский НИПИГрад"
2005-2010

К списку публикаций
МАТЕРИАЛЫ К ИСТОРИИ СТРОИТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ И ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА В РОССИИ В ТЕЧЕНИЕ XIX СТОЛЕТИЯ.

ОСНОВЫ СТРОИТЕЛЬНОГО УЛОЖЕНИЯ

Данный текст, а также иные аналогичные материалы, опубликован на сайте ValMasterTechnology
http://www.valmaster.ru/researches/

Данный текст остро интересен сегодня именно ввиду того, что мы обсуждаем новый градостроительный кодекс. Строительное Уложение дореволюционной России – прямой предок нашего нынешнего Градостроительного Кодекса. Однако между этим «предком» и его «потомком» не было промежуточных звеньев – законодательство Советской России не нуждалось в Кодексе законов о строительстве и градостроительстве. Были стопки СНиПов, СанПиНов, РДС, и прочего. Но не законов. То есть не норм, принятых в качестве общественного договора между людьми, стремящимися в полной мере реализовать свои права на недвижимость в тесных улицах города.

ОБ АВТОРЕ

Барановский Гавриил Васильевич (1860-1920)
Архитектор, искусствовед, выпускник 1885 года петербургского института Гражданских инженеров (ИГИ).
Техник при ТСК МВД (с 1885), сотрудник канцелярии ВУИМ (с 1891). Преподаватель ИГИ (1897-1905). Член правления ОГИ. Редактор-издатель журнала "Наше жилище" (1894-1895) - "Строитель" (1895-1905), составитель "Юбилейного сборника сведений о деятельности бывших воспитанников Института гражданских инженеров (Строительного училища)" (1892-1893), "Архитектурной энциклопедии второй половины XIX века" (1902-1908) и др. изданий. Член Совета по горнопромышленным делам при М-ве земледелия и гос. имуществ (с 1904). Сверхштатный (с 1902), штатный (с 1907) член ТСК МВД. Специалист по вопросам строительного законодательства и градостроительства. Автор сооружений в Москве, Нижнем Новгороде, Могилевской губ., строитель имения Елисеевых "Орро" (Тойла-Ору, Эстония). Построил собственную дачу в Келломяках.

Сегодня имя Барановского известно архитекторам прежде всего благодаря изданной им в начале XX века многотомной архитектурной энциклопедии, сплошь состоящей из графических таблиц подробнейших изображений фасадов зданий, их фрагментов, деталей в их планах, различных проекциях, перспективах и разрезах и прочее, прочее, иллюстрирующие буквально все богатство мировой культуры, явленное в самых различных темах и сюжетах, где архитектура и зодчество так или иначе проявляют себя. Ничего подобного ни до, ни после этого издано не было ни в России, нигде в мире. Правда у нас долгое время на почве сталинского ампира и последующей борьбы с излишествами в этом и потребности не было (по крайней мере официальной). Сегодня же тома этой энциклопедии непрерывно переиздаются, но насытить спрос на них не удается.

Однако Барановский был не только энциклопедистом. Это был блестящий архитектор. Его торговый дом братьев Елисеевых (магазин Елисеева и Театр Комедии на Невском проспекте) в памяти и у каждого петербуржца, и у всякого иногородца, который хоть что-либо помнит о своем визите в наш город. Он на видовых открытках, в альбомах, на эмблемах, хотя и другие его постройки ничуть не менее интересны. Например, здание Русского Географического Общества (пер. Гривцова, 10). Прочие постройки его перечислены ниже. Их списка вполне хватило на всю без остатка жизнь и без энциклопедии. Но мало этого, он был еще и редактором-издателем чрезвычайно интересных, наполненных важнейшими материалами специализированных периодических изданий, в которых печатал результаты своих исследований уже как ученый. И снова этого мало – он выдающийся специалист по строительному и градостроительному праву, по его истории и теории, эксперт и консультант, автор и разработчик, преподаватель и организатор…
Предоставляемый ниже труд – его статья из его журнала «Строитель», посвященная мобилизации интеллектуальных предпосылок для разработки проекта Строительного Уложения. Прошло 100 лет после публикации этой статьи. Сегодня мы снова заняты сочинением строительного уложения наших дней – Градостроительным Кодексом. И для нас все сказанное в ней – абсолютно актуальное откровение…
Увы, статья не закончена. В конце стоит «Продолжение следует». Но то ли мне не посчастливилось его найти, то ли автору – закончить свой труд или опубликовать его завершение. Но и без того сказанное в полной мере самоценно и полноценно.

Текст и вступительная статья подготовлены и предоставлены архитектором П. Н. Никоновым (СПб, ЗАО «Петербургский НИПИград).
Редакторская правка заключилась лишь в приведении текста к современной орфографии.

Постройки Барановского Г.В. в Петербурге:
  1. Надстройка художественной мастерской на доходном доме Г. Г. Елисеева. Биржевая линия, 18. 1887.
  2. Доходный дом Г. Г. Елисеева. Наб. р. Фонтанки, 64. 1889-1890.
  3. Доходный дом Г. Г. Елисеева. Ул. Ломоносова, 14. 1891-1892.
  4. Особняк Г. Г. Елисеева. Биржевая линия, 12, 14. Реконструкция и отделка интерьеров. 1893-1894.
  5. Особняк И. А. Дурдина. Свердловская наб., 36. 1895. (Перестроен).
  6. Доходный дом Г. В. Барановского. Ул. Достоевского, 36. 1897.
  7. Здание женской гимназии кн. Оболенской (А. Б. Мещерского). Басков пер., 8. 1899-1900. (Расширено).
  8. Комплекс торгового дома т-ва "Братья Елисеевы". Невский пр., 56 - М. Садовая ул., 8. Перестройка, сооружение нового углового здания. 1900, 1902-1903.
  9. Здание Русского географического общества. Пер. Гривцова, 10. 1907-1909.
  10. Здание ломбарда. Наб. р. Мойки, 72. Перестройка. 1909.
  11. Жилой дом при Буддийском храме. Приморский пр., 93. 1909-1910.
  12. Буддийский храм. Приморский пр., 91. 1909-1915. Первоначальный проект Н. М. Березовского.
Лит:
Барановский. Вып. I. С. 21-22; Кириков Б. М., Федоров С. Г. Зодчий-энциклопедист. О творческом пути архитектора Г. В. Барановского // ЛП. 1985, N 2. С. 29-32; Таратынова О. В., Горюнов В. С. Новое о творчестве архитектора Г. В. Барановского // Вопросы истории, теории и практики архитектуры. Межвузовский тематич. сб. трудов. Л., 1985. С. 83-88.

“СТРОИТЕЛЬ”
Вестник Архитектуры, домовладения и санитарного зодчества 1902 г.
№№ 5, 7-8; 9-12; 13-18
Г.В. Барановский

МАТЕРИАЛЫ К ИСТОРИИ СТРОИТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ И ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА В РОССИИ В ТЕЧЕНИЕ XIX СТОЛЕТИЯ.

Более или менее правильная организация в России строительной части, как особой отрасли государственного хозяйства, тесно связана с делом учреждения и развития министерств — вообще и М-ва Внутренних Дел — в особенности.
В виду этого истекающее 8-го сентября 1902 года столетие со дня учреждения М-ва Внутренних Дел следует считать особенно важным по отношению к строительной части, которая за это время вызвала к жизни целый ряд специальных установлений и, если не привела к окончательной разработке нашего строительного законодательства, то во всяком случае решительно наметила основные его положения, дала, в смысле простейших норм, обильный материал для дальнейшей работы в указанном направлении; а во многих отношениях, в особенности в отношении наличного запаса рациональных формул обычного права в своей специальной области — опередила строительную регламентацию запада.
С этой точки зрения большой интерес представляет не только полная история нашего строительного управления и законодательства, о которой пока и думать невозможно, но даже простой перечень относящихся сюда исторических фактов и материалов, которые к сожалению до настоящего времени не получили достаточного распространения в среде отечественных строителей.
В настоящей статье мы имеем в виду дать краткий очерк деятельности М-ва Внутренних Дел в области строительной за первый период его существования т. е. с 1802 по 1831 год, когда заведывание этой частью перешло в руки Главного Управления Путей Сообщения и Публичных зданий.
В 1802 году строительная часть поступила в заведывание Министерства Внутренних Дел.
Второму Отделению Первой Экспедиции Департамента Внутренних Дел, учрежденному при Министре, были поручены публичные здания, т.е. возведение присутственных мест, губернских и уездных острогов, всякого рода казенных магазинов; на них же было возложено наблюдение за действительным состоянием этих зданий, а также собрание планов их и фасадов, исчисление и назначение сумм на исправление в тех случаях, когда стоимость последнего превышала ремонтную сумму; сношения по этим предметам с Казенными палатами, отчеты и употребление строительных сумм; распоряжение о построении городов, составление планов их, «соображение их с переменами, представляющимися по обстоятельствами», обращение ветхих казенных зданий на пользу общую, назначение новых сооружений, как то: укрепление берегов, осушение местностей и другие работы, предпринимаемые «к пользе и украшению городов».
До того времени строительная часть находилась в печальном состоянии. Казенные здания, а особенно здания присутственных мест в губерниях обветшали, остроги обвалились и местами грозили падением и опасностью побегов со стороны арестантов; карантинные строения существовали только по имени, и самое управление строительным делом запущено было с давних пор.
Князь В. П. Кочубей, первый министр Внутренних Дел, немедленно занялся приведением его в порядок.
В своем всеподданнейшем докладе, Высочайше утвержденном 24 февраля 1803 года, «о средствах исправления ветхих и о постройке новых казенных зданий» министр изложил следующее:
«Министерство Внутренних дел с самого начала его учреждения, получая представления от Губернских Начальств о назначении сумм на исправления и новое устроение казенных зданий, признало нужным положить себе общее на сию обширную часть правило, и как о ней неоднократно уже было рассуждаемо в Правительствующем Сенате, старалось, собрав нужные сведения, привести их в единообразие. По сведениям сим нашло оно сию часть в следующем положении:
Казенные публичные здания, в разные времена и по большой части непрочно по Губерниям устроенные от давних уже лет требовали исправлений. Ежегодно с большей или меньшею настоятельностию входили в Правительствующий Сенат о сем представления. Положенная на все чрезвычайные по Губернии издержки, на содержание колодников, на отправление курьеров и на все починки сумма очевидно была к сему недостаточна. Но с одной стороны неумеренность требований, а с другой и недостаток в деньгах были причиною, что все сии представления отлагаемы были до общего соображения.
Отсюда произошло, что от одного года к другому здания, ветшая без исправления, приходили в совершенный упадок, и где в один год требовалась известная сумма на починки, там на другой вступали уже представления о перестройке или совсем новом здании. К сему присоединилось еще и то, что по уничтожении в 1797 году многих Губернских и Уездных мест, здания, ими занимаемые, оставлены были совершенно на произвол времени без призору, и по восстановлении сих мест найдены в существенном упадке.
В 1798 году Правительствующий Сенат, обратясь к общему распоряжению, к коему давно уже все сии представления были отлагаемы, нашел, что по исчислениям местных Начальств по двадцати только Губерниям, на починку и новые постройки требовалось до 3.071,055 рублей.
Неумеренность сей суммы, а паче невозможность по тогдашнему состоянию доходов ей удовлетворить, были причиною, что Правительствующий Сенат, не сделав по сим требованиям положения, предписал представить себе о тех только строениях, коих крайность требует неминуемого исправления, как то, об острогах, денежных кладовых и тому подобных зданиях.
Таким образом дело cиe после нескольких лет обращено к прежнему его началу.
По сим предписаниям представлены новые сметы, по коим сумма на починку и постройку новых зданий по 35 Губерниям простирается до 1.965,444 руб., в том числе на одну починку ветхих строений до 427,548 руб., да сверх того в 33 Губерниях на постройку вновь острогов до 663,168, всего вообще до 2.628,612 рублей.
Под именем новых зданий не разумеются здесь какие-либо огромные строения, но по большей части пристройки к ныне существующим для помещения Присутственных мест.
Сообразив все сии представления, Правительствующий Сенат в минувшем году положил, чтоб для единообразия казенных зданий по всем Губерниям, сочинить для каждого Губернского места и домов первых чиновников Губерний общие планы и примерные сметы, которые разослав по Губерниям, предписать чтоб соображаясь с местными удобностями, сделаны были и представлены новые вернейшие сметы, по коим бы можно было на каждую назначить для строения потребные суммы.
При сем положении о новых зданиях не сделаны однако же на починку ветхих и времени нетерпящих никакого определения. Планы по вторичным проектам, от Действительного Тайного Советника Князя Юсупова сделанным, отданы были к сочинению в Хозяйственную Экспедицию, которая, окончив их, мне представила.
В сем состоянии нашло Министерство дело сие при его учреждении.
Вскоре потом Правительствующий Сенат доставил ко мне выписку из смет и требований, к нему вошедших о нужных починках и строениях по 35 Губерниям, возложив на меня сделать по оным надлежащее рассмотрение.
Исполнение сего поручения, обязанность, возложенная на Министерство доставлять от одного года на другой к Министру Финансов примерный счет расходов, по ведомству их быть могущих, настоятельные представления, от многих мест ко мне по сей части прямо уже вошедшие, и с одной стороны известность, что действительно во многих губерниях казенные здания приходят к падению, Уездные Суды помещаются почти, так сказать, в погребах, и даже в самой Столице, не говоря о нижних местах, дом Губернского Правления угрожает падением и нагбенные его потолки едва поддерживаются внешними только подпорами; с другой стороны достоверность, что чем более исправления будут отлагаемы, тем сумма, на них требуемая, будет возрастать, и наконец выйдет из той великой меры, в коей теперь она представляется: все cиe заставило Министерство, войдя ближе в сию часть, сделать на нее следующие предположения, на Высочайшее Вашего Императорского Величества утверждение представляемые:
  1. Как скоро доставлены будут от Правительствующего Сената все представления, по сей части к нему вошедшие; то сообразив их с теми, кои поступили уже и в течении времени поступить могут к Министру Внутренних дел, по подробном их рассмотрении, полагается разделить все требования на три рода:
    В первом означатся починки и исправления, времени нетерпящие и положенную ремонтную сумму превышающие.
    Во втором поставятся здания, кои с починкою из ремонтной суммы простоять еще могут.
    В третьем наконец здания, вновь назначаемые.
  2. В рассуждении первого рода зданий Министр, по мере рассмотрения присланных смет, будет представлять на Высочайшее усмотрение как причины, нудящие принять скорые меры к починкам, так и суммы на то потребные, и будет испрашивать повеления на их отпуск.
  3. По второму роду зданий будет он подтверждать Губернаторам, чтоб они поддерживали их починкою из ремонтной суммы, и никак не допускали бы до упадка; если же по отзывам их найдет действительную к тому невозможность, тогда места сии будет он причислять или к первому роду, назначая им скорые починки, или относить к третьему, предполагая новые для них построения, а дотоле вместо починок назначая им некоторую сумму на помещение наймов, если ремонтная к тому будет недостаточна.
  4. В рассуждении новых зданий предполагается принять следующие меры:
    1. Составив общие планы на каждый род здания и сообразив их чрез знающих Архитекторов, сколь можно более с удобностями, с меньшими издержками и с добрым вкусом, разослать планы сии по Губерниям, с тем, чтоб не только в прожектировании новых смет на здания, к построению предполагаемые, с оными соображались; но даже и при переделке старых, где можно и где удобность позволит, придерживались бы оных, допуская различия в наружных только украшениях и делая их простее, где все должно быть из кирпича, и несколько богатее, где есть камень.
    2. При составлении смет в Губерниях на новые здания, надлежит принять основанием, что здания сии должны быть каменные, и изъятие от сего правила допускать только в тех местах, где представится к тому действительная невозможность, и там деревянные здания должны быть по крайней мере на каменном фундамент, а дерево заимствовать, где есть, из казенных лесов.
    3. Чтоб сметы сии удобнее по Губерниям могли быть сделаны, доставить вместе с планами и составленные здесь исчисления, без означения только цен.
    4. Настоятельно подтвердить Губернаторам, чтоб составляли сии сметы по самым выгоднейшим ценам под точным их ответом, если откроется в сем небрежение или упущение.
    5. При сем дать им почувствовать, что в особенное уважение принято будет, если старанием их доставлены будут способы уменьшить казенные в сей части издержки посредством складок Дворянства, или выгодною покупкою домов, кои бы переделаны и обращены могли быть в казенные здания.
    6. В городах, где есть значащие доходы, а наипаче в тех, кои пользуются правом винных откупов, обратить доходы сии на строения, поколику сие возможно, соображаясь с другими расходами. Таковые издержки обратиться могут в пользу городов сих, кои, будучи украшены, вмещая Губернские Начальства и прочее, привлечь могут сугубо разного звания жителей и приумножить средства к избыткам и другим оборотам.
    7. Определить, какие по крайней мере могут быть строения, произведенные на счет городских доходов или Приказов Общественного Призрения.
    8. Сверх сего не излишнее будет, во время производства строения послать и нарочных Инспекторов, которые бы, имея нужные сведения, могли судить о прочности зданий, о материалах, о ценах, и меру сию поставить при самом начале в виду Губернаторов.
    9. Наконец, когда здания будут устроены, положить с самых первых лет особенную ремонтную сумму, не смешивая ее с общими чрезвычайными издержками по Губернии, и предполагая, что постоянным ее отпуском в каждой Губернии составится со временем из остатков ремонтный капитал, который можно будет отдать в обращение Приказам Общественного Призрения.
Представляя сии предположения на Высочайшее Вашего Императорского Величества утверждение, я имею счастие донести, что исчисленную Правительствующим Сенатом на починку, поправление и новые построения сумму, при общем счете всех расходов по Министерству Внутренних дел, поставил я в виду Министра Финансов; и в следствие того, что в общем расписании расходов на нынешний год назначено и Высочайше утверждено отложить на все строения по Государству 1 000 000 рублей.
По мере того, как нужные и нетерпящие времени починки определяемы и по докладам моим Вашим Императорским Величеством утверждаемы будут, я буду сообщать Министру Финансов об отпуске из сей суммы потребных денег.
Между тем рассмотрев планы зданий, в Экспедиции Государственного Хозяйства сделанные, и найдя в некоторых из них излишества, в других недостатки, я счел нужным просить Президента Академии Художеств, чтоб приказал одному из знающих Архитекторов сделать новые планы с добрым вкусом и с экономическими выгодами более сообразные.
Академик Захаров, Президентом к сему назначенный, удовлетворил сему поручению. — Планы, им сделанные вместе со сметами, имею счастие поднести при сем на усмотрение Вашего Величества, присовокупляя к ним и прежние планы, в Экспедиции Хозяйства сочиненные.
Впрочем при доставлении сих планов в Губернии, не предполагается непременным правилом, чтоб в каждой из них производимы были все те строения, кои в них назначены: они послужат только образцом на тот случай, когда в какой-либо Губернии казенное здание вновь построить или старое переправить признается необходимыми и когда представление о том удостоено будет Высочайшего утверждения. В сем случае планы сии доставят каждому Губернскому Начальству удобность, по недостатку Архитекторов, применяясь к сим образцам, делать местные соображения с большею основательностию и с лучшим расположением, нежели какое могли бы они принять без сего руководства».
В том же году М-во начало и усиленную строительную деятельность.
Приступлено в 31 губернии к возведению необходимейших казенных зданий и ремонтированию ветхих; карантинные строения, существовавшие прежде почти только по имени, получили в этом году начало; остроги, большею частью обвалившиеся, а местами грозившие даже падением или опасностию побегов со стороны арестантов, начали вновь устраиваться или исправлялись; разосланы к Начальникам Губерний примерные планы, составленные в Академии Художеств.
Начаты работы по переустройству состоявших при Киевском Приказе; домов рабочего, богаделенного, смирительного и для умалишенных; для приведения в надлежащий вид С.-Петербургской богадельни и смирительного дома, составлен особый Комитет из двух медицинских чиновников, Члена Приказа и Архитектора; по представленным ими планам, приступлено к значительным переделкам и новым сооружениям. В Малороссийских губерниях начата постройка весьма многих благотворительных заведений, в особенности по губернии Полтавской, которая в этих видах разделена на пять «хозяйств»; в каждом хозяйстве предположено учредить больницу с помещением для умалишенных, и богадельни для престарелых и бедных, в каждом уездном городе уездное училище, а в самой Полтаве гимназию и дом воспитания бедных.
1804 г. В 23 губерниях приступлено к постройке новых казенных зданий, а в 13 к исправлению существовавших; к первым принадлежали преимущественно домы присутственных мест, церкви в гг. Гродно и Одессе, Одесские карантинные помещения, порт, набережная, госпитали, фонтаны и водопроводы; сделаны все нужные подготовительные работы по постройке нового гостиного двора в г. Макарьеве.
Сделаны распоряжения к сооружению благотворительных заведений в Таврической и Херсонской губерниях.
1805 г. Возведение новых казенных зданий, и преимущественно присутственных мест, производилось в 22 губерниях, а исправление ветхих в 27. Город Черкаск, главный в Донском Войске, представлял многие неудобства своим положением, сырым и затопляемым водою; вследствие чего решено было, перенести его на другое место и устроить под именем Нового Черкаска, на что назначено от казны 300,000 р.; также оказаны пособия от Правительства городам Херсону и Николаеву и учрежден особый Комитет для наблюдения за постройкою в них публичных зданий. В Макарьеве окончен первый корпус гостиного двора.
В 1806 г. сделаны коренные преобразования строительной части. Основанием для них послужил Высочайше утвержденный доклад Министра Внутр. Дел, в котором говорилось:
«С поступлением в Департамент Внутренних дел строительной части, признано было нужным постановить прежде всего общие правила о порядке, коим дела сего рода должны быть производимы. Правила сии представлены были мною Вашему Величеству в докладе 24 Февраля 1803 года, и, быв удостоены Высочайшего утверждения, сообщены в то же время к Начальникам Губерний для надлежащего с оными соображениями.
По правилам сим в производстве дел строительных наблюдается ныне следующий порядок:
  1. По представлениям Губернских Начальств о необходимости исправления, или новой постройки зданий, требуются от них планы и сметы.
  2. Планы сии и сметы по доставлении их сюда, соображаются с общими образцовыми планами, Высочайше утвержденными. Подробности сего соображения доныне особенно поручаемы были Академику Захарову. По замечаниям его делаются нужные перемены и исправления.
  3. По соображении таким образом планов и смет, по надлежащем уважении действительной нужды предполагаемого строения и по соразмерности его с общим количеством строительного капитала, располагается производство здания на известное число лет, и по докладам, от меня на Высочайшее утверждение подносимым, ассигнуются потребные суммы.
  4. Производство строений на месте возлагается на попечение Начальников Губерний. В местах где предполагаемые здания по важности своей требуют особенного внимания, назначаются вместе с тем и особенные Строительные Экспедиции, коим поставляется в обязанность, производя строение хозяйственным образом под надзором Начальника Губернии, давать в употреблении сумм надлежащие отчеты Казенным Палатам по установленному порядку.
В сем состоит порядок строительных дел, на общем их плане основанный и доселе в производстве их наблюдаемый.
Следующие обстоятельства, по четырехлетнему опыту открывшиеся, требуют в сем порядке особенного дополнения:
  1. Первые потребности строительной части главнейше относились к починкам и исправлениям прежних строений. С течением времени и по удовлетворении первых нужд обращено внимание на построение и новых зданий в тех местах, где старые по ветхости; своей с выгодою казны поддерживаемы быть не могли. По сему, рассмотрение планов и соображение смет, от одного года к другому возрастая, требовало более времени и трудов. Академик Захаров, употребленный к сему делу, быв обязан другими должностями, при всем усердии его не может один с надлежащею скоростью производить сей ревизии, требующей части переделки самых планов и смет. Сверх сего занимаясь сим упражнением не по месту своему, но по единому приглашению, и так сказать Побочным образом, не может он принять на себя той ответственности, какую ревизия сия по существу своему должна бы была предполагать.
  2. В общем плане строительной части, в докладе 24 Февраля 1803 года принятом, в 3 пункте между прочим положено: во время производства строений посылать нарочных Инспекторов, которые бы, имея нужные сведения, могли судить о прочности зданий, о материалах и о ценах, и меру сию при самом начале поставить в виду Губернаторов.
Знатнейшие отпуски сумм в течение первых лет по издании сего плана чинимы были по большой части на заготовление материалов, а потому и осмотр зданий не мог еще иметь места; но ныне, когда в некоторых Губерниях приступлено к действительному производству строений, а в других, судя по времени, могли они быть доведены уже и до нарочитого совершенства, осмотр сей представляется необходимым.
Приняв во уважение оба сии обстоятельства, я осмеливаюсь представить на уважение Вашего Императорского Величества следующие меры в дополнение к тому порядку, который ныне в строительной части существует.
  1. Поелику рассмотрение здесь планов и смет, из Губерний представляемых, так как и осмотр зданий на местах, требуют людей с особенными знаниями в Архитектуре и практичном производстве строений, и как по сему не можно предполагать, чтоб чиновники в Департаменте Внутренних дел служащие, могли быть с успехом на сие дело употреблены, то единое средство к достижению цели сей было бы то, чтоб из людей, испытанных в сем роде познаний, составить особенный Строительный Комитет, коего предметом должно быть единственно рассмотрение по правилам науки и по опытности планов и смет, и по временам обозрение строений на месте.
  2. Комитет сей составлен быть может из 4 членов, из коих один или два, по усмотрению нужды, будут наряжаться для осмотра зданий.
  3. Как должность сих чиновников в Комитете будет только временная, то и могут они вместе с тем занимать другие места. На жалованье им нет нужды делать особенного назначения; оно может быть им производимо из того же строительного капитала. Сумму, на сие и на издержки при сочинении планов потребную, можно определить вообще до 7000 рублей. Оклады каждому соразмеряемы будут с жалованьем из других мест получаемым и назначаемы каждый раз особенно при определении.
  4. Должность Комитета сего состоят будет в следующем:
    1. Рассматривать все доставляемые в оный от Министра Внутренних дел планы и сметы казенным строениям и делать на оные свои примечания.
    2. Когда примечания сии утверждены будут Министром Внутренних дел, тогда делать в планах и сметах сообразные оным перемены и исправления.
    3. Министр Внутренних дел из Членов сего Комитета будет наряжать по усмотрению нужды одного из двух, для осмотра казенных строений на месте.
    4. Чиновник для осмотра сего посылаемый, снабжен будет выписками из смет от местных Начальств сюда представленных и другими подобными наставлениями, к предмету его послания принадлежащими. Основанием оных принято будет.
    5. В местах, где для строения заготовлены еще только материалы, осмотреть оные в отношении к количеству их, цене и прочности, и сообразить их со сметами и планами зданий.
    6. В местах, где самое строение уже производится, удостовериться в прочности его и в сообразности с планами.
    7. Преподать, где нужно, местным Архитекторам наставления и примечания к лучшему и выгоднейшему построению.
    8. Заметить неисправности, а паче упущения, кои могли быть в зданиях допущены и предложив местным Начальствам способы поправления, о всем подробно сюда донести.
    9. По пути осмотреть, где представится удобность, и другие казенные здания, а паче те, кои по ветхости их могут требовать скорых исправлений.
  5. Сумма, потребная на проезд для сего осмотра, употребляема будет из строительного капитала, по предварительному о ней каждый раз исчислению.
  6. При рассмотрении планов зданий по пространству своему или по особенным трудностям местоположения особенного уважения требующих, могут быть в Строительный Комитет для совета приглашаемы и другие, знаниями своими отличные Архитекторы из находящихся по разным ведомствам в Столице; в семь случае, яко относящемся к общей пользе службы, без отвлечения от их должности, они будут обязаны не отрекаться от такового приглашения и содействовать своими советами.
  7. Сверх сего в случаях особенной важности, в предметах строений затруднительных и спорам Архитекторов подлежащих, планы могут быть препровождаемы, по сношению моему с Президентом Императорской Академии Художеств, на особенное ее уважение. Содействие ее в сих случаях будет сообразно общей ее цели и попечению о распространении изящных художеств в Империи.
Представляя распоряжения сии на Высочайшее Вашего Величества усмотрение, я считаю долгом моим донести, что установление сие может иметь следующие пользы:
  1. Ревизия планов и смет из Губерний сюда присылаемых, в Комитете сем будет производимо со всею точностию и добросовестностью, каковой дело сие требовать может.
  2. Ответственность местных Начальств по строительной части приведется сим в точнейшие пределы.
  3. Упущения, коих по недостатку в губерниях Архитекторов, ожидать при строениях можно, осмотром их благовременно могут быть исправлены.
  4. Наконец Правительство приобретет сим новое удостоверение в правильном употреблении знатных сумм, на часть сию отпускаемых.
Если сии предположения удостоены будут Высочайшего утверждения, то на первый раз Членами Строительного Комитета имею счастие представить следующих чиновников:
Отставного от Артиллерии Майора Экспара, с жалованьем по 2.000 рублей и на квартиру по 500 рублей.
Архитектора Руско, с жалованьем по 1.000 рублей, предоставив ему избрать помощника с жалованьем по 500 рублей.
О прочих Членах Строительного Комитета, по избрании надежнейших к тому людей, впредь буду иметь счастие представить».
Нельзя не заметить, что именно учреждение этого Комитета и послужило впоследствии в 1863 году схемой для нынешняго Технич.-Строит. Комитета М-ва Вн. Дел.
В том же 1806 г., по представлениям губернских Начальств, сделаны назначения сумм для возведения новых казенных зданий, преимущественно присутственных мест в 16 губерниях; важнейшие назначения и отпуски сумм были по губерниям Нижегородской, Симбирской, Смоленской, Таврической, Казанской и Малороссийским.
В 1807 г. строительная деятельность, несмотря на военные обстоятельства и значительные чрезвычайные расходы, сопряженные с ними, нисколько не останавливалась: в 14 губерниях назначены новые строения, в 16 починки и исправления; важнейшие отпуски сумм сделаны по губерниям С.-Петербургской (47.944 р. 20 к.), Московской (33.650 р.), Екатеринославской (29.943 р. 6 коп.) и Курляндской (29.979 р. 94 к.).
1808 г. начался и сопровождался обстоятельствами весьма неблагоприятными для строительной части, в силу которых деятельность М-ва была направлена главным образом на части продовольственную, врачебную и военную.
Несмотря однако на затруднения, многие здания в губерниях окончены, в том числе новый гостиный двор в Макарьеве из 2,200 лавок и два корпуса богоугодных заведений в Курске.
Между прочим предположено устроить больницы для рабочих на судах, в Саратове, Камышине, Цаpицыне и Хвалынске.
Предпринять ряд работ по укреплению Элтонского озера, на вырытие там каналов и возведение гати отпущено 15.616 р.
В 8 городах Рязанской губ. приступлено к постройке каменных соляных магазинов, для чего назначено было 120.572 р. 40 коп.
Кроме того сделано распоряжение об учреждении при Приказах фабрик для выделки сукон.
К следующему 1809 году относится установление Правил для построек в г. С.-Петербурге.
В Высочайше утвержденной записке исправляющего должность Санктпетербургского Военного Губернатора «О правилах, какие должны быть наблюдаемы в рассуждении обывательских Санктпетербургских строений для предосторожности от пожарного случая» говорится:
«Высочайшим Вашего Императорского Величества указом в 9 день сего Сентября повелено: дать свободу здешним обывателям разделять дворы на части с осторожностию только от Полиции, чтобы тесноты между строениями не было.
Осторожность сию считаю я нужным наблюдать в следующем:
  1. Деревянных жилых строений (то есть имеющих печи) не дозволять строить без разрыву более 12 сажен длины.
  2. Двухэтажных деревянных строений не позволять, а деревянный 2-й этаж может быть на каменном нижнем этаже.
  3. Бываемые однако же на домах так называемые мезонины, в счет этажа идти не могут.
  4. Вышиною от фундамента деревянным строениям быть не более 8 аршин.
  5. Разрывы между деревянных строений должны быть в 4 сажени.
  6. Если где скажутся не большие строения деревянные, гораздо менее 12 сажен, между таковых наблюдать тот же расчет, то есть чтобы на каждый 12 сажен застроенных было промежутков не застроенных на 4 сажени.
  7. Везде где встретится неудобность по тесноте места и прочее, или нежелание строящегося хозяина наблюсти таковый разрыв или промежуток, позволять делать между строений, вместо разрыва, брандмауэр, с наблюдением, чтобы он безобразия в фасаде не делал.
  8. В каменных сплошных строениях наблюдать, чтобы на чердаках в крыше были брандмауэры, отделяющие строящийся или переделывающийся дом от соседних; а на больших домах более 12 сажен длиною по нескольку таковых на капитальных стенах, смотря по пространству, дабы в случае пожара, таковые брандмауэры не дали распространиться оному по стропилам, как то не редко случается.
  9. Брандмауэром разуметь каменную стену сплошную, не имеющую на оном ни дверей, и превышающую несколько крышу дома.
Каковые правила испрашиваю Высочайшего позволения привести в исполнение по Санктпетербургской Полиции».
На подлинной записке написано рукою исправляющего должность Военного Губернатора:
«Высочайше утверждено сие предположение во всех частях и повелено, не медля, привести его в исполнение и впредь наблюдать».
В декабре того же года Циркулярным предписанием Министра Внутр. Дел был объявлен Именной Высочайший указ «О строении частных домов в городах по вновь Высочайше утвержденным фасадам». В этом предписании читаем:
  1. «Не иначе давать от сего времени дозволение строить домы в городах в вверенной вам Губернии, как по произвольному выбору тех, кто желает строиться одного из Высочайше утвержденных фасадов.
  2. О успехе таковых по новым фасадам строений не оставите Ваше Превосходительство доставлять мне в Декабре каждого года ведомость по прилагаемой у сего форме».
1810 г. Чрезвычайные финансовые меры 1810 г. отразились и на строительной части, затруднения которой еще более увеличились оттого, что один миллион рублей, отпускавшийся ежегодно с 1803 г. из Государственного Казначейства на постройки новых зданий, расходовался, в значительном количестве, на починку ветхих казенных строений, в особенности на разные постройки по соляному управлению и «Духовному Департаменту», а новых зданий, по этой причине, было возведено, с 1803 по 1810 г., менее, чем бы следовало; ходатайства же губернских Начальств о новых постройках и починках старых домов, приходивших в ветхость и разрушение, увеличивались с году на год; в 1808 и 1809 г. они простирались на 6 слишком миллионов рублей. Не имея возможности удовлетворить всем этим ходатайствам, Министерство Внутренних Дел составило особые правила по строительной части и испросило Высочайшее на них утверждение. Правилами этими постановлено: 1) до приведения государственных доходов в лучшее состояние, каменные казенные строения производить только в губернских городах, a в уездных «временные на каменном фундаменте деревянные мазанки по обычаю полуденного края»; 2) такие же деревянные здания возводить в тех губернских городах, «где необходимость того потребует, а особливо корпусы губернских городов, уездных судебных мест и больницы для штатных команд»; 3) издержки на строения по Духовному Департаменту отнести на счет Государственного Казначейства, а по соляной части — на ее собственные средства.
В своем Всеподданнейшем докладе, Высочайше утвержденном 26 февраля 1810 г., «о новых предположениях по производству в Губерниях казенных строений» Министр изложил следующее:
«Со времени образования Губерний, по Высочайшему учреждению в 1775 году изданному, предположено устроить в оных для помещения главных Начальников и Судебных мест прочные здания, на что и сумма в каждую по 20.000 рублей ежегодно была отпускаема; но в 1788 году, с умножением других Государственных издержек отпуск ее прекращен и строения остановились; а потому Губернии сперва открытые, получив суммы больше, несколько зданий на оную построить успели, другие, открытые позже, обратились к накоплению ее раздачею в проценты, некоторые же употребили часть на хозяйственную выделку для строения кирпича, и из всего того, что по день остановления строений в заимообразных раздачах и в материалах осталось, часть употреблена на удовлетворение подрядчиков, строение производивших, а прочее причислено в общую массу Государственных доходов.
Вскоре после сего предстала нужда как в починке оных зданий, так в постройке новых, без коих обойтись было невозможно, о чем по временам выходили различные повеления (Указами повелено было; 1) Ноября 12 1796 года о строениях собрать ведомости, где оные определены и строятся, как отпускаются на них суммы; как далеко строения доведены, и к которому времени могут быть кончены. 2) Февраля 14 I797 года, чтобы на строение соляных магазинов, на починку казенных строений и на наем для Присутственных мест домов и прочего отпускать в каждую Губернию по 10.000 руб. 3) Апреля 26 1798 года производить те только строения, кои сочтутся нужными, и при каждом таковом), по которым Правительствующий Сенат собирал подробнейшие сведения, делал из них соображения и предположения, но все оные окончания своего не получили до тех пор, пока в 1802 году учредились Министерства, из коих во внутреннее перешед часть сия в нерешимом виде, сугубое внимание на себя обратила.
В докладе предместника моего, 24 Февраля 1805 года Вашим Императорским Величеством конфирмованном, изображены правила, на которых строительная часть впредь существовать долженствовала, и которыми она ныне руководствуется, представлен также упадок казенных строений, до учреждения Министерств произведенных, и выведена сумма на починку оных и на произведение новых по тогдашним соображениям ценам и надобностям, требовавшиеся всего по 35 Губерниям, 2.628.607 Руб(В числе сей суммы полагалось на новые здания. 1.537.891 руб. На починку старых 427.548 — И на построение вновь острогов . . 663.168 — Всего . 2.628.607 руб.), но по числу прочих Государственных надобностей ассигновано оной на 1804 год только один миллион руб., в каковом количестве и доныне строительный капитал ежегодно в распоряжение Министра Внутренних дел определяется.
Если бы сей миллион рублей обращен был на одно токмо новое строение, без сомнения некоторые Губернии могли бы до ныне снабдиться полным числом потребных строений, но поелику из оного уделялись весьма значащие издержки с одной стороны на починку прежних зданий, в совершенную ветхость пришедших; а с другой на строения по Духовному Департаменту и на соляные магазины, кои прежде из особых сумм производились, и из коих сии последние в выведенный по прошедшей статье счет включены не были; то на все таковые надобности ассигнуемый каждый год миллион рублей был недостаточен (О рассигновании строительного капитала в течении шести лет, т. е.: с 1803 по 1809 год прилагается генеральная ведомость под литерою А, из которой явствует, что на строения по Духовному Департаменту и на соляные магазины в течении сего времени употреблено строительного капитала 1.443,17 руб. 31/4 коп., да в прошедшем 1809 г. и наступившем 1810 году ассигновано к употреблению 319,748 руб. 38 коп.—всего 1.762.920 рублей 46 1/2 копеек.); а от того новых зданий для Судебных мест и Начальников Губерний произведено весьма мало, да и те на несколько лет рассрочены (О рассроченных строениях прилагается ведомость под литерою Б.), от сего надлежало в настоящем году ассигновать сумму предыдущего, и такими из года в год переходами дошло до того, что на прошедший 1809 год оставалось строительного капитала с небольшим 200.000 руб., требований же в 1808 и 1809 годах вступило и еще не удовлетворено на 6.048.845 рублей (По каким именно Губерниям, и сколько требуется оной суммы, прилагаются ведомости под литерами В и Г.).
Сумма сия столь велика, что об ассигновании ее никакого почти начала сделать не можно; ибо должно будет обратить годовую миллионную пропорцию целых шести лет; а потому в прочих Губерниях все починки и другие необходимые строения, яко то: тюремные замки и денежные кладовые до ныне пристойных и надежных помещений не имеющие, должно или вовсе остановить, или заимствуя для сих и других, нетерпящих отлагательства, нужд каждогодно сумму из Государственных Казначейств на счет лет отдаленных, расстроивать тем предварительные их соображения, и отнимать от них, так сказать, возможность удовлетворять другие Государственные расходы не меньше важные,
Из сего выходит, что должно обратиться к той же мере, и рассрочить отпуск столь значащей суммы и самое производство строения на многие годы, в чем существенной выгоды быть не может; ибо доколе последнее из таковых зданий начнется, первые уже обветшают и востребуют знатной починки, или цены на строительные материалы, в продолжении рассроченных лет ощутительно возвысясь, выйдут из пределов смет, ныне утвержденных, и местное начальство принуждено будет требовать добавки на то суммы.
Таковые обстоятельства поставили меня в обязанность предварительно донести об оных Вашему Величеству и просить Высочайшего дозволения, чтобы строительной части сделать некоторое вспомоществование и представить тому мой план, на что в 15 день Декабря 1808 года и последовала изустно Высочайшая Ваша воля.
Во исполнение оной долгом себе ставлю представить Вашему Императорскому Величеству.
  1. Доколе положение Государственных доходов не получит лучшей возможности, новые каменные строения производить только в одних городах Губернских, а в уездах строить временные на каменных фундаментах деревянные, или мазанки по обычаю полуденного края, которые по практическому опыту при хорошем устройстве и хозяйственном надзоре от 15 до 20 лет простоять могут, и которым примерные планы и фасады при сем представляю.
  2. Строения сии определить преимущественно по тем Губерниям, где или вовсе нет никакого помещения, или платится за наем отяготительная сумма, что и предоставить личному наблюдению и распоряжению Министра Внутренних дел.
  3. Сию платимую за наем сумму, поелику Казначейство ее и теперь издерживает, дозволить причислять к миллиону рублей, на строения ассигнуемому, и оставить в распоряжении Министра Внутренних дел.
  4. Следуя сему порядку, Министр Внутренних дел в таковые предназначаемые по соображению его к обстройке Губернии заранее разошлет деревянным строениям примерные планы, истребует всем зданиям сметы и, по рассмотрении оных, ассигнует сумму из назначенного строительного капитала предварительно, дабы благовременным приготовлением материалов строения все конечно в течении двух лет кончиться могли.
  5. Временные деревянные строения, кроме уездных, дозволить производить и в Губернских, где необходимость того востребует, а особливо корпусы Губернских городов, Уездных судебных мест (Помещение некоторых мест по утвержденным планам в общих с Губернскими Судебными местами корпусах, назначено не было, почему ныне ВЫСОЧАЙШЕ дозволено строить для них особые корпусы по планам, для Полтавской Губернии опробованным.) так же и больницы для штатных команд, лес же вообще на сии деревянные строения (где есть) заимствовать без излишества казенный, как то Высочайше и дозволено.
  6. Все издержки, какие ныне требуются и впредь требоваться могут на счет Духовного Департамента и соляной части, производить первые от Государственного Казначейства, а по части соляной на счет собственных оборотов соляных дел, которые и не составят никаких новых от Казначейства издержек, когда угодно будет дозволить введете вольной продажи соли.
  7. Сии по части строительной распоряжения предполагаю я начать с наступившего 1810 года, удовлетворяя из вступивших в 1808 и в прошедшем 1809 годах требований те, кои по изъясненному в 4 пункте правилу, Министром Внутренних Дел назначатся; а достаточный за тем, по мере возможности денежных способов, в последующие годы.
  8. Когда таким образом Губернские города потребным числом прочных зданий обстроятся; тогда обратиться к производству оных по Губернским и уездным городам, вместо предполагаемых ныне деревянных постепенно, где оные от времени в ветхость приходить будут.
  9. Производимый таковым порядком, равно существующие уже новые строения, естественно будут приходить в ветхость и потребуют необходимых починок, которые, если не удовлетворятся при самом начале, то чрез год из мелочных соделаются важными, потом строения обветшают, и неизбежно придут в гибельное положение, в каковом до 1803 года находились; в отвращение чего, нужно заранее обратиться к общим правилам домостроительства, т. е. к определению на поддержание строения ежегодного ремонта, о котором и в докладе 1803 года Февраля 24 дня было уже предполагаемо, но исполнения не последовало, и о котором, по уважению необходимости, имел я счастие 1 юня 23 дня 1808 года подносить Вашему Императорскому Величеству мои предположения, кои, быв удостоены Высочайшего одобрения, по повелению Вашему разосланы ко вcем Начальникам губерний, с требованием местных их по оному соображений и мнений, и возложены на соображение Строительного Комитета, по получении коих, приведя дело сие в должную известность, донесу Вашему Императорскому Величеству в свое время особо.
В сем заключается основание, на котором я строительную часть для будущего времени учредить предполагаю, и которое предая Высокомонаршему Вашего Императорского Величества воззрению, испрашиваю Высочайшего утверждения».
Не смотря однако на такое затруднительное положение, следующие новые здания были, в 1810 г., окончены: в Курске два каменных корпуса для помещения бедных, престарелых и одержимых неизлечимыми болезнями, в Макарьеве новый гостиный двор из 2.200 лавок, в Белом, Рославле, Юхнове, Ельне, Красном и Духовщине, Смоленской губернии, а также в Муроме, Владимирской губернии, уездные присутственные места, в самом же губернском городе Владимире — дом для Гражданского Губернатора.
15-го Мая 1810 г. издан Правительствующим Сенатом приказ (24233) ((О непроизведении нигде строений без плана», следующего содержания:
«Правительствующий Сенат по делу о состоящих Рязанской Губернии в городе Касимове кожевенных заводах, противно Высочайше конфирмованному тому городу плану устроенных, Приказали: всем Начальникам Губерний и Губернским Правлениям подтвердить, дабы ни под каким видом не дозволяли производить строения не по плану; и буде, где оные после утвержденных планов дозволены и существуют, таковых перенесение на места исполнить на счет позволивших, со взысканием с них понесенных хозяевами убытков».
К концу года (3 ноября — 24406а) был объявлен Министром Полиции Военным и Гражданским Губернаторам указ «О недозволении делать никаких отступлений от конфирмованных городам планов, без особого на то разрешения», в котором читаем:
«Государь Император, усмотрев из поступающих по части Министерства Полиции дел, что в некоторых городах Управляющие Губерниями дозволяли строения, в противность конфирмованных оным планов, Высочайше указать изволил, всем Г.г. Начальникам Губерний подтвердить, чтобы они впредь сами собою отнюдь не дозволяли никаких от конфирмованных планов отступлений; а буде по местным уважениям признают нужным, сделать какие-либо противу планов, перемены, то в каждом таковом случае представляли б о сем предварительно Министерству для всеподданнейшего доклада и ожидали разрешения».
В следующем, 1811 г. , закончена постройка в С.-Петербурге знаменитого Собора во имя Казанской Божия Матери. 26 августа этого года, была совершена в последний раз божественная служба в прежнем храме и вслед за тем старая церковь разобрана до основания. Новый храм Казанской Божия Матери предназначил воздвигнуть Государь Император Павел I в 1800 г. Воспитанник и Член С.-Петербургской Академии Художеств Воронихин составил план, фасад и профили всему зданию, а самое построение храма возложено на Комиссию, состоявшую, под председательством Действительного Тайного Советника Графа А. С. Строгонова, из Тайного Советника Ходнева, Действительных Статских Советников Пушкина, Чекалевского и Авсова. Художники здесь были: по части живописи — Шебуев, Егоров, Безносов, Боровиковский, по части скульптуры — Мартос, Прокофьев, Щедрин, Демут и Пименов. В 1801 г. Государь Император Александр I положил первый камень в основание храма; окончание же и освящение его с приделами состоялось в последних числах сентября 1811 г. Граф Строгонов, в день освящения храма, произведен в Действительные Тайные Советники I класса (прочие участники в этом деле получили также приличное награждение), и вслед затем, 27 сентября того же года, скончался и погребен в Александро-Невской Лавре. Тут кстати еще заметить, что по воле Государя Императора ни одна рука чужеземца не коснулась нашей святыни при ее сооружении; все принимавшие какое бы то ни было участие в этом деле были исключительно Русские,—художники, мастера и рабочие.
Переходя затем к другим предметам строительной части, находим еще известие об окончании корпуса присутственных мест в г. Юрьеве-Польском, Владимирской губернии.
В этом же (1811 г.) воспоследовало опубликование нескольких законодательных постановлений, а именно: (Июля 1 — 24703) «О фасадах для ворот и заборов».
«Утвердив фасады для заборов и ворот к частным в городах строениям, Я Повелеваю вам, потребное число экземпляров сих фасадов, для производства впредь по оным строений на том же точно основании, как предписано о фасадах для частных зданий, разослав к Начальникам Губерний, истребовать за напечатание и рассылку оных по семнадцати рублей по пятидесяти копеек за каждый экземпляр из доходов тех городов, для коих экземпляры сии посланы будут».
Затем Июля 20 последовал указ (247З2) из Военной Коллегии «О дозволении строить фахверковые здания и каменные фундаменты под деревянные домы при крепостях не ближе 450 сажен от короны гласиса».
«Государственная Военная Коллегия, по предложению Г. Военного Министра, полученному сего Июля 20 числа, коим изъясняет указами Правительствующего Сената и определениями Военной Коллегии, разновременно состоявшимися, постановлено:
  1. При пограничных крепостях на эспланадах в расстоянии 130 саженей от гласиса никаких строений не заводить и старое починивать не допущать.
  2. На форштатах за эспланадами, строение располагать под анфиладу крепостных верок и производить только одно деревянное и не на каменных фундаментах, и вокруг домов и огородов никаких рвов не делать и погребов не иметь.
  3. Самые огороды позволят заводить на эспланадах от конца гласиса не ближе 50 саженей, с тем однако ж, чтобы огороживаемы были тонкими кольями или решетками; а бревенчатыми досками или палисадом обносить их запрещать. Рижский Военный Губернатор, Генерал от Инфантерии Князь Лобанов-Ростовский, имея в виду сии постановления и начатую купцом Греном постройку сахарной фабрики из фахверка, приказал оную, яко неуместную, воспретить, и испрашивал Высочайшего разрешения, дозволять ли построение фахверковых зданий на форштатах? Инженерный Департамент, соображению коего поручен был сей вопрос, мнением своим полагал: фахверковые строения и каменные фундаменты под деревянные домы позволять можно не ближе 450 сажен от короны гласиса. Государь Император, утвердив мнение Инженерной Экспедиции, Высочайше указать соизволил: подтвердить Г.г. Комендантам и Инженерным командам и Г.г. Гражданским Губернаторам о неослабном наблюдении вышеприведенных постановлений и мнения Инженерного Департамента. Военная Коллегия благоволит о сем Высочайшем соизволении дать знать по всему военному ведомству; Гражданским же Губернаторам будет оно объявлено посредством Г. Министра Юстиции. — Приказали: о вышеизображенном Высочайшем Его Императорского Величества соизволении дать знать по всей армии, а Г.г. Комендантам и правящим их должности об оном подтвердить».
И наконец, ноября 23 (24886а) изданы следующие правила о производстве в городах частных строений, относящаяся к наружному виду зданий: «О правилах при производстве в городах частных строений».
«По вступившим из некоторых Губерний представлениям о неудобствах, встречаемых в построении частных домов по Высочайше опробованным фасадам, Государь Император Высочайше указать соизволил, предписать циркулярно Г.г. Начальникам Губерний, что строение домов по опробованным фасадам может быть производимо в большей или меньшей величине, с уменьшением числа окон и размера их, наблюдая при том:
  1. Чтоб во всяком фасаде посредине было окно, а не простенок, и потому строения будут иметь одно, три, пять и более окон.
  2. Чтоб в каменных строениях окны были вышиною не менее 21/4 аршин, а шириною 11/4 арш., исключая мезонинов и антресолей в коих окны могут быть и ниже.
  3. Чтоб простенки между окон не были уже широты окна, и чтоб от окна до кровли с карнизом не было менее 14 арш.
  4. Чтоб разделение и украшение окон и всего строения, было принято с одного фасада из Высочайше апробованных, чем сохранится образец без потери его правильности; но будет только более или менее величиною; ибо на множество случаев не возможно найти столько-же точных образцов.
  5. В предупреждение затруднений в построении маленьких домов для бедных жителей нужно определить высоту частей, составляющих строение, а именно: высота окон должна быть не менее 2 арш., а ширина 1 арш. и 2 вершка, широта же простенков не уже окон, кои от земли должны быть возвышены не менее 2 арш., в каковом пространстве могут свободно поместиться поколь и полы; и на последок от окон до кровли с карнизом должно оставаться не менее одного аршина, что составит снаружи 5. а внутри около 4 аршин: — таковой размер высоты будет самый крайний; ибо в противном случае строения были бы неудобны для жительства и неприличного вида; кровли же должны быть крыты не выше 4 части широты самых строений».
1812 г. Распоряжения, изданные в этом году по возведению новых зданий, находятся в прямой связи с отечественною войною и торговлею. Так в память освобождения России от нашествия неприятельского и «в ознаменовение благодарности к Промыслу Божию» повелено построить в Москве храм во имя Христа Спасителя; а для развития торговых оборотов построена в С.-Петербурге новая биржа. Кроме того, окончен каменный корпус для присутственных мест в г. Галиче. Наконец, по строительной части состоялось 7 февраля (24988) нижеприведенное постановление Сената. — «О свидетельстве казенных построений, работ и починок со сметами не самыми производителями оных, но лицами, нарочно для сего отряжаемыми».
«Правительствующий Сенат слушали предложение Г. Министра Юстиции Дмитриева: по главному управлению ревизии Государственных счетов открываются случаи, что при производстве хозяйственным образом разных построений, починок и работ удостоверением прочности, исправности и соответственности их во всех частях с предварительными сметами, приемлемы бывают свидетельства тех самых Чиновников и лиц, коим производство сих зданий, починок и работ было доверено. Поелику же по разуму существующих узаконений таковое свидетельство ни в каком случае не может служить ручательством, что работа, здание или починка произведены прочно, исправно и без всяких упущений против предварительно составленных смет: то Его Императорское Величество, в следствие всеподданнейшего доклада Г. Генерала-Контролера, Высочайше повелеть соизволил, сделать повсеместное от Правительствующего Сената подтверждение, чтобы по производству на будущее время хозяйственным образом казенных построений, починок и работ, каждый раз, когда оные совершены будут, чинимо было свидетельство оных со сметами, не самими производителями работ, но лицами, нарочно для сего отряжаемыми и потребные к тому сведения имеющими; в противном же случае удостоверения и свидетельства самими производителями работ сделанные, в том, что суммы на тот или другой предмет по смете отпущенные, употреблены действительно согласно с положениями в смете означенными и с выгодою казенною, законными документами при ревизии счетов приемлемы быть не могут. Он Г. Министр Юстиции о исполнении сей Высокомонаршей воле предлагал Правительствующему Сенату. Приказали: во исполнение изображенного в сем предложении Г. Министра Юстиции и Кавалера Высочайшего Его Императорского Величества повеления, всем Губернским Правлениям и Гражданским Губернаторам подтвердить, чтобы по производству на будущее время хозяйственным образом казенных построений, починок и работ, каждый раз, когда оные совершены будут, чинимо было свидетельство оных со сметами не самими производителями работ, но лицами нарочно для сего отряжаемыми и потребные к тому сведения имеющими; и дабы в противном случае удостоверения или свидетельства самими производителями работ сделанные, в том, что суммы, на тот или другой предмет по смете отпущенные, употреблены действительно согласно с положениями в смете означенными и с выгодою казенною, законными документами при ревизии счетов приемлемы не были. О чем дать знать таковыми же Г.г. Министрам и Государственному Контролеру, Военным Губернаторам, управляющим по Гражданской части и всем Присутственным местам; а в Московские Сената Департаменты и в Святейший Синод сообщить ведения».
1813 г. Война 1812 года, остановившая постройки казенных зданий в России, была, с другой стороны, поводом к учреждению в 1813 г. в разоренной неприятелем Москве Комиссии для строений. В Комиссию эту повелено отпускать из Государственного Казначейства, в течение 5 лет, по миллиону руб.; она должна была состоять из тех же лиц, из которых составлялся бывший Каменный Приказ и пользоваться правами его; обязанности ее заключались в выдаче пособий тем из Московских жителей, которые понесли убытки от пожаров и неприятельского разорения, и в наблюдении за возведением зданий и порядком при устройстве их, по Высочайше утвержденным планам. Пособия выдавались ею деньгами и материалами, на основании свидетельств местного Начальства, с залогом мест и возводившихся на них зданий и с возвратом, без процентов, в течение 5 лет; после чего возвращенный капитал мог быть вновь раздаваем, если не все были удовлетворены при первоначальной раздаче.
В 1814 г. закрыта Строительная Экспедиция, существовавшая при Феодосийском Градоначальнике, так как, по случаю войны и затруднительного положения финансов, все работы по этой части были прекращены; вместо Строительной Экспедиции, учреждено при Канцелярии Градоначальника Строительное Отделение из бухгалтера, Архитектора и Казначея.
В 1815 г. Учрежден в Киеве лесной и дровяной магазин с целью удерживать цены на лес и дрова в этом городе. Из положения, об этом магазине, узнаем, что § 24 Высочайше конфирмованного, 12 ноября 1810 года, постановления, (постановление это в Полном Собрании Законов т. XXXI) повелено, учредить подобные магазины в С.-Петербурге, Москве и Казани.
1816 г. Пожар, истребивший гостиный двор в Макарьеве, подал Начальнику Нижегородской губернии мысль, устроить ярмарочные помещения на более твердом и более безопасном от Волги грунте, так как берег ее, на котором производилась Макарьевская ярмарка, обрывался. Министерство не могло одобрить тогда этой мысли, по причине недостатка сведений о месте, где бы можно было возвести ярмарочные строения, и, отложив обсуждение Губернаторского предположения до собрания положительных данных, исходатайствовало отпуск из Государственного Казначейства 239310 р., заимообразно, для постройки в Макарьеве на прежнем месте временных балаганов, надеясь, что заем этот выручится из найма их; — так как гостиный двор в Макарьеве, построенный в 1810 году и состоявший из 2.200 лавок, обошелся в 700000 р., а дохода приносил ежегодно не менее 100.000 р.
К значительным сооружениям этого года, далее, принадлежат чугунный мост чрез Обводный канал в С. Петербурге, при Московской заставе, для которого чугунные ящики и прочие принадлежности отливались на Пермских заводах Демидова, и отлитый, по Высочайшему повелению, под наблюдением Министерства Внутренних Дел, художником Мартосом памятник гражданину Минину и Князю Пожарскому. Без сомнения, были и другие еще сооружения, но у нас не достает по этому предмету сведений; так как хотя Министр Внутренних Дел, в 1810, 1811 и 1812 годах, предписывал Начальникам Губерний, доставлять в Министерство годовые и третные ведомости о суммах, которые отпускались на строения в губерниях, и о самых строениях; но ведомости эти и неполны и неудовлетворительны, а «от многих и совсем не присылались». Такая неточность со стороны Начальников Губерний подала мысль Министру, предписать им, чрез Правительствующий Сенат, об исполнении требований Министерства, по части строительной, а потому он исходатайствовала указ о доставлении этих ведомостей ежегодно, не позже февраля месяца.
Для приведения в лучшее устройство зданий и гидравлических работ в С.-Петербурге, учрежден особый Комитет.
Благосостояние городов, чистота и правильность их улиц обратили на себя внимание Императора Александра I, который изволил собственноручно начертать следующие правила (1816 г., 5 октября 26450) объявленные Управлявшим Министерством Полиции, в циркуляре, Начальникам Губерний, к строгому и непременному исполнению: «1) запрещается улицы громоздить и на них что либо складывать, разве при случае постройки домов, и то временно; 2) все находящееся на улицах, в кучах ли разбросанных, как-то камни, доски, бревна, скамьи, всякий лом и прочее, прибрать с улиц, дабы оные чисты были; 3) улицы планировать, дабы ям или бугров не было и до самых домов; 4) неопрятства на улицах никакого не терпеть».
Кроме того, нельзя пройти молчанием учреждения особой Комиссии для обревизования С.-Петербургского Приказа и постановления о том, чтобы все предметы, относящиеся до заведений Приказов, были обсуждаемы общими их присутствиями, а не одними Начальниками Губерний. Постройки и починки зданий разных Приказов производились по прежнему.
1817 г. Нижегородский Граждански Губернатор, вследствие Высочайшего намерения, учредить Макарьевскую ярмарку в Нижнем Новгороде, представил, по этому предмету, свои соображения. Для рассмотрения их и для выбора места в Нижнем Новгороде, составлен был, при Министерстве Внутренних Дел, Комитет. Комитет этот склонялся на предположение Гражданского Губернатора, на том основании, «что учреждение ярмарки при Нижнем Новгороде, будучи на твердом грунте, при лучшем положении сухопутных путей и при расположении плодородных окрестностей, обильных съестными припасами и другими жизненными потребностями, представляет удобность к скорейшему сооружению нового и прочного гостиного двора, а вместе с тем благонадежные виды и к производству значительнейшей торговли противу Макарьева». Между тем для производства торговли, а также и для опыта, были построены в Нижнем Новгороде временные балаганы для ярмарки. После того Министр Внутренних Дел признал необходимым, учредить в самом Нижнем Новгороде Комитет «для приведения в известность удобства или неудобства помещения навсегда Макарьевской ярмарки» в этом городе и в первом случае, для избрания места к прочному построению гостиного двора. Первая Нижегородская ярмарка, в этом году, во временных балаганах, «превзошла Макарьевскую по многолюдству и по множеству товаров. Тогда торговцы сознали преимущество нового места, у Оки и Волги, и сами обратились к Правительству с просьбою об окончательном устройстве ярмарки в Нижнем Новгороде. Таким образом свершился перевод знаменитой Макарьевской ярмарки, ведущей свое начало от Казанской на Арском поле и так медленно развивавшейся.
Утвержден штат Комиссии для строений в Москве.
Император Александр I и в этом году, обратил внимание на города и к прежним собственноручно начертанным правилам изволил присоединить еще дополнительные о дорогах, городах и деревнях.
В указе (13 декабря 1817 г., 27180), при котором были препровождены эти правила Министру Полиции, сказано, между прочим:
«Замечания, сделанные Мною в прошедшем году о городах, принесли очевидную пользу. Я с удовольствием видел в нынешнее обозрение губерний приметное исполнение правил сих, и в некоторых Губерниях сами Губернаторы относили улучшение в устройстве городов на счет преподанных им наставлений. Желая более усовершенствовать часть сию, а вместе с нею и дорожную, Я по собственному опыту составил дополнительные статьи к прошлогодним замечаниям и препровождаю записку о том, повелевая разослать экземпляры оной к Гражданским Губернаторам для непременного исполнения, ибо единое попечение требуется здесь, а не новые какие-либо издержки.
Мне приятно изъявить при сем случае, что в губерниях малороссийских, Слободско-Украинской и Курской, нашел Я наилучшие дороги; в Кременчуге, Харькове и Белгороде, примерную чистоту и Полицейское устройство; а Богоугодные заведения в совершенном порядке: в Полтаве, Харькове и Калуге. Вы не оставите объявить о сем во всех губерниях, поставив Начальников оных и полиции в ответственность за все то, что найду Я, при будущем обозрении Губерний, противным желанию Моему, в общем наставлении изъявленному».
В упомянутых правилах, между прочим, изложено:

«25. Дабы улицы в селах и деревнях имели по крайней мере от 10 до 15 сажен широты.
33. На почтовых станциях в каждом селении иметь особый столб с надписью, означающею имя станции и число верст от города, по рисунку у сего прилагаемому под № 4.
35. Не позволяется впредь заводить церквей в селениях иначе, как на площадях; среди же обывательских домов построение оных строго воспрещается.
37. Будки для ночных сторожей иметь везде одинакие, по рисунку и описанию, по № 5 здесь прилагаемому. Из сего правила изъемлются только существующая в некоторых городах каменные будки, но и они должны быть выкрашены по рисунку; а впредь и каменные строить по оному.
40. Мостовые содержать всегда в исправности, починивая испортившиеся места и выбоины немедленно.
41. Незастроенные места огораживать забором, а бедным жителям позволяется обносить их и частоколом, обрубая верхи оного ровно.
45. Запрещается пестрить домы краскою, как например видел я черные ставни и двери на выбеленных домах.
46. Вообще дозволять красить домы нижеследующими только цветами, белым, палевым, бледно-желтым, светло-серым, диким, бледно-розовым, сибиркою, но с большею примесью белой краски и желто-серым. От Министерства полиции доставлены будут в губернии дощечки, сими красками выкрашенные, для показания настоящих цветов».
1818 г. Во время Нижегородской ярмарки прошлого года, был, по Высочайшему повелению, командирован в Нижний Новгород Инженер Генерал-Лейтенант Бетанкур, для обозрения площади, избранной под торговлю местным Начальством, или так называемой стрелки между Окою и Волгою Генерал Бетанкур нашел это место «несравненно лучшим пред прежним и самым приличнейшим для столь важного назначения». Представленное им донесение, об этой местности и о самой ярмарке, было рассмотрено в Комитете Министров, который одобрил предположения его. После того, составлены планы для устройства ярмарки, признано нужным возвысить и уравнять площади на стрелке, провести каналы, сделать шлюзы, приступить к постройке в 1818 году и окончить в 1821 году гостиный двор. Часть строительная этого дела поручена Генералу же Бетанкуру и учрежден в Нижнем Новгороде Комитет по строительной части из избранных Бетанкуром двух Инженеров, под председательством Начальника губернии; между тем, для постройки мостов через Оку и в других местах этой ярмарки ассигнована сумма, собранная на ней , за переправу чрез плавучий мост, в прошлом году.
В С.-Петербурге построен чрез Мойку чугунный Синий мост.
По связи строительной части всего государства, здесь нельзя пройти молчанием, что, 20 февраля этого года, последовал Высочайший указ об учреждении Комиссии для перестройки Исаакиевского собора, по плану, начертанному Архитектором Монфераном. Членами Комиссии назначены Министр Духовных дел и Народного просвещения Князь Голицин и Инженер Генерал-Лейтенант Бетанкур. — Октября же 23, последовал Высочайший указ Управлявшему Министерством Полиции, о сооружении памятников пред храмом Казанской Божьей Матери Князю Голенищеву-Кутузову-Смоленскому и Генерал-Фельдмаршалу Барклаю-де-Толи.
В заведениях некоторых Приказов произведены разные починки и исправления, как и в прежние годы.
Что касается законодательных распоряжений, то из них следует отметить еще указ Сената, от 19 Марта (27309) объявленный Министром Внутренних дел Гражданским Губернаторам. «О починке казенных зданий заблаговременно, не допуская их до большей ветхости и совершенного разрушения», такого содержания.
«Г. Генерал от артиллерии Граф Аракчеев сообщил мне, что Его Императорское Величество усматривая, что гражданские казенные строения в некоторых губерниях, оставаясь долгое время без починки, будут в поправлении своем год от года становиться дороже, Высочайше мне повелеть соизволил, обратить на предмета сей вообще по Государству особенное внимание, и те здания, кои необходимо нужны, распоряжал бы я к отделке, а ненужным назначал приличное употребление, чтобы не делать на них напрасных издержек, и не доводить до совершенного разрушения.
Во исполнение сей Высочайшей Его Императорского Величества воли, я прошу:
  1. Предписать Губернскому Архитектору обще с Асессором Строительной Экспедиции, и еще с одним или двумя Губернскими чиновниками, по вашему избранию, осмотреть немедленно все казенные в Губернском городе гражданские здания, и сделать каждому из них опись, с означением, когда, и из какого материала они построены, сколько в них комнат, служб и других принадлежностей, чем оные заняты, на какие суммы оные строены и починяются, то есть: казенные, общественные или земские, и в каком состоянии находятся.
  2. Подобные описи составить и в уездных городах чрез посредство Городничих, обще с Земскими Исправниками; или же чрез других доверенных чиновников, по вашему усмотрению. Описи сии должны быть за подписанием тех лиц, кои при осмотре находиться будут.
  3. Рассмотрев и сообразив таковые описи с тем употреблением, для которого каждое здание назначено, определить по лучшему вашему, для выгод казны и службы, рассуждению, какие из них должны быть оставлены для настоящего употребления, и какие не нужны; а могут быть употреблены для других предметов, и для каких именно.
  4. Означенные описи и с мнением вашим, как выше сказано, прислать ко мне, сколько можно, поспешнее, и не позже, как чрез два месяца, по получении сего моего отношения; что и возлагается на особенное ваше попечение и ответственность.
  5. Между тем сделать распоряжение, чтобы на починку и поправку тех казенных строений, о коих Министерству внутренних дел до ныне представлено не было, изготовлены были сметы и планы на точном основании циркулярного отношения моего от 8-го Июня 1817 года, и присланы ко мне для рассмотрения в Строительном комитете по установленному порядку.
Я прошу также вас, милостивый государь мой, обратить ваше внимание и на то, чтобы казенные здания, на постройку или починку коих ассигнованы уже от казны суммы, непременно приведены были в надлежащее состояние, так как всякое отлагательство в сем случае, производя неминуемый ущерб казне, обратится без сомнения на ответственность Начальства».
1819 г. Здесь следует сказать о памятнике, который жители Могилевской губернии предположили соорудить в Могилеве бывшему Начальнику белорусских губерний Генерал-Фельдмаршалу, Графу Захару Григорьевичу Чернышеву. Для осуществления этого предприятия Высочайше разрешено открыть подписку добровольных приношений.
1819 г. Декабря 30 (28060). Высочайше утверждено положение Комитета Министров. «О постройке по губерниям станционных домов».
«В заседание 12 Августа 1818 года слушана записка Министра Внутренних дел, в копии при сем прилагаемая, от 9 августа, с представлением планов, о постройке по губерниям станционных домов.
Комитет определял утвердить представление Министра Внутренних дел. И внесенные им планы представить на Высочайшее благоусмотрение.
В заседании 30 Декабря 1819 года Комитету объявлено, что Государь Император, утверждая во всем положение Комитета Министров, изволит только отменить домы третьего разряда; за каковою Высочайшею волею и остаются к построению дома первого разряда и средние. Касательно же приведенных здесь в образец почтовых домов в Смоленской, Витебской, Псковской и Могилевской губерниях, Его Величество усмотрев лично, что они величиною превосходят те, которые выстроены на Нарвском тракте, предоставляет на волю Дворянства строить их по примеру уже построенных в вышеозначенных губерниях, или в размере подобные тем, какие учреждены на упомянутом Нарвском тракте. Комитет определил: сообщить о том Главноначальствующему над Почтовым Департаментом и Министру Финансов к исполнению выписками из журнала, препроводив к первому и планы.
Записка. В Феврале месяце текущего года Комитет Г.г. Министров сообщил мне для исполнения выписку из журналов своих, 15 и 26 Генваря сего года состоявшихся, коими определено составить в Строительном комитете планы и фасады на постройку по губерниям станционных домов, для представления оных на Высочайшее утверждение; и между прочим изъяснено, что Его Императорскому Величеству угодно, дабы по представлении планов и фасадов разного рода почтовым домам, приложены были при оных и планы существующим на главных к Столицам трактах почтовым домам, дабы яснее видеть разницу между ими.
Приступив к рассмотрению дела сего, я нашел, что еще в 1806 году по Министерству Внутренних дел рассуждаемо было о устройстве по губерниям станционных домов, и тогда составлены оные планы и фасады, которые удостоены Высочайшего одобрения. Препроводив планы сии в Строительный Комитет, я приказал рассмотреть их вновь, и буде найдет нужным что либо исправить, составил бы новые, приобщив при том мнение свое на счет постройки станционных домов.
Строительный Комитет, при соображениях об определении пространства таковым домам по всем трактам России, рассуждал, что ближайшим для него размером можно принять число содержимым на станциях лошадей. На сем основании, и чтобы дать удобное и покойное пристанище проезжающим, не обременяясь однако же излишними постройками, положил определить станционные дома в трех размерах:
Первого размера, по мнению его, могут быть построены на одних главных трактах, в виде гостиниц, по планам, Высочайше опробованным для губерний: Псковской, Витебской, Могилевской и Смоленской.
Для второго размера он составил планы и фасады вновь, полагая строить таковые дома там, где содержится на станции меньшее число лошадей.
Для третьего или малого размера домов сочинил также планы и фасады, полагая впрочем, что оные могут быть строены и по Высочайше опробованным в 1806 году планам.
При сем Строительный Комитет рассуждал, что при постройке станционных домов нужно наблюдать те же правила, какие и прежде приняты были в руководство, то есть, чтобы первая и вторая станция от города имели дома меньшего пространства; а третьего, или как местное положение дорог позволит, большего пространства, дабы проезжающие на двух первых станциях, останавливаясь на короткое время, могли иметь на сей последней довольно выгодное пристанище для отдохновения и ночлега. Сообразно сему он полагает по главным трактам, где построены будут дома в виде гостиниц, на состоящих между оными станциях строить дома второго размера; по тем же дорогам, где дома среднего размера приняты будут в виде пространных, строить между оными дома меньшего размера. Впрочем, поелику на станциях бывает не одинаковое число лошадей, то Строительный Комитет назначил на планах пространство конюшен и навесов для экипажей примерное, на тот конец, чтобы при строении уже станционных домов таковое устройство соразмерно было на каждой станции числу лошадей и экипажей, а не пространству, в планах назначенному. Посему в ином месте понадобится площадь двора уменьшить, а в другом увеличить, что будет зависеть от местных соображений.
Дело сиe внесено было потом в совет Министерства Внутренних дел, который, рассмотрев в подробности планы, составленные Строительным Комитетом для станционных домов, нашел, что оные соответствуют предполагаемой цели. Он при сем положил:
  1. Что надобно, сколько можно, избегать огромных и обширных строений; и для сего по первому размеру, в которых должны быть заводимы гостиницы, строить, сколько можно, реже, как потому, что содержан.е их, в надлежащей исправности, для земли будет крайне отяготительно, так и для того, что не далекое между гостиницами расстояние будет всегда делать подрыв содержателям оных.
  2. Постановить правилом: а) чтобы дома первого разряда, или гостиницы строены были по одним главнейшим трактам, а между ими дома по разряду второму, б) По другим трактам, где разъезды не так велики, принять главным строением дома по второму разряду, а между ими малые по разряду третьему, в) Для лучшего однако ж по сей части устройства, местные Начальники, сделав свои соображения по местному положению и обстоятельствам, где они какие дома предполагают устроить, должны предварительно представлять их на рассмотрение Министерства Внутренних дел.
  3. Для прочности зданий и спокойствия проезжающих, конечно выгоднее, если бы везде строены были дома каменные; нельзя однако ж определить сего непременным правилом, и потому признается за лучшее предоставить рассмотрению местного Начальства и желанию Дворянства строить их из таких материалов, какие будут выгоднее для губернии.
  4. Распоряжение сиe о устройстве станционных домов отнюдь не требует, чтобы в одно время на всех станциях были дома по оному устроены, но относится к тем только случаям, когда где-нибудь надобно учредить оные вновь, или где существующие пришли в такую ветхость, что должно их неминуемо перестроить.

  1. В Высочайше конфирмованном 16 апреля 1799 года для Почтового Департамента штате сказано, чтобы на всех почтовых станциях для помещения надзирателей с почтарями и лошадьми отводимы были квартиры обывательские.
  2. На основании сего, квартиры отводятся доныне, во многих однако ж местах заведены для сего особые от земли дома, кои состоят в непосредственном ведении местного Начальства; в иных же местах содержатся станции по удобности при казенных почтовых домах, почтовыми конторами и Экспедициям занимаемых для них квартирах.
  3. В 1807 году, вследствие Высочайшего повеления, для выгод и удобства проезжающих, выстроены станционные дома от казны по тракту от С.-Петербурга до Нарвы, о содержании их сделано особенное положение и на основании оного заведены в них почтовые гостиницы.
  4. Потом в 1809 и 1810 годах устроены таковые же дома и гостиницы на некоторых станциях от С.-Петербурга до Москвы, в Померани, Спаско-Полистье, Черной грязи и Подсолнечной горе. Все сии дома как по Нарвскому, так и по Московскому трактам содержатся от казны.
  5. В 1816 году повелено устроить также и станционные дома в Смоленской, Витебской, Могилевской и Псковской губерниях на счет земли, с тем, чтоб завести в них почтовые гостиницы, но содержать и поддерживать их, равно меблировать и отапливать должно на счет земских повинностей. Дома сии по данным планам в Смоленской, Витебской и Псковской губернии уже устроены и в некоторых заведены гостиницы, а в Московской приводятся к окончанию.
  6. Высочайшим указом о дорогах, деревнях и городах, состоявшимся 13 Декабря 1817 года, устройство почтовых домов для спокойства проезжающих, возложено на особенное попечение Начальников Губерний.
Признавая мнение совета Министерства Внутренних дел во всех статьях основательным, я имею честь представить оное на благоусмотрение Комитета Г.г. Министров; прилагая при сем планы и фасады домам:

№ 1. Высочайше конфирмованным в 1806 году.
№ 2. Выстроенным от Санкт-Петербурга до Нарвы.
№ 3. По Московскому тракту в Померанье и Спаско-Полистье.
№ 4. По тому же тракту в Подсолнечной горе и Черной грязи.
№ 5. В губерниях: Смоленской, Могилевской, Витебской и Псковской.
№ 6. Предполагаемых Строительным Комитетом.
Особых же распоряжений, кроме обыкновенных починок, исправлений и небольших построек в зданиях не было.
В 1820 г. ни особых сооружений, ни законодательных распоряжений не было.
1820 г. Строительная часть этого года представляет два факта: утверждение добавочного штата для комиссии строений в Москве и окончание гостиного двора в Нижнем Новгороде, в котором и производилась торговля, по выводе ее из временных балаганов.
  • В видах охранения городов от пожаров, утверждены планы для Якутска, Киренска, Туринска, Ирбити, Нолинска, Орлова и Одессы.
  • С целью удобнейшего размещения арестантов, Управлявший Министерством Внутренних Дел начертал, по Высочайшему повелению, план губернской тюрьмы, «соображенный с порядком нашего законодательства и приспособленный к человеколюбивым правилам Государя, чтобы отдельным помещением арестантов, по степеням их преступлений, достигнуть сбережения их нравственности». Государь утвердил этот план и, согласно с ним, преступлено к возведению тюрем в Харькове и Нижнем Новгороде. — Затем, на основании тех же самых начал, составлены и изданы планы тюремным помещениям в уездных городах, — каменным и деревянным, на каменном фундаменте и с железными крышами.
  • Февраля 12 (28556) Высочайше утверждено положение Комитета Министров «Об определении Архитекторов по разным местам, не испрашивая на то каждый раз особых повелений».
«В заседание 30 Ноября 1826 года слушана записка Министра Духовных Дел и Народного Просвещения от 24 Ноября за № 3859 (по Департаменту Народного Просвещения), внесенная в журнал Комитета под № 2071 об определении Коллежского Советника Бежанова, служащего по ведомству Министерства Внутренних Дел, непременным Членом Строительного Комитета, на вакансию Архитектора по Департаменту Народного Просвещения, с оставлением его и при настоящей должности, и с производством ему положенного по обоим сим местам жалованья. Министр Духовных Дел и Народного Просвещения, испрашивая дозволения на сие, присовокупляет, что все вообще Архитекторы занимают по нескольку должностей; ибо занятия их такого рода, что дозволяют им довольно на сие времени; а потому и полагает, что запрещение о неопределении чиновников к двум должностям, без Высочайшего на то указа, едва ли следует быть распространяемо на Архитекторов.
Комитет полагал: на определение Бежанова по Департаменту Народного Просвещения сверх настоящей его должности с жалованьем по обоим местам, испросить Высочайшее соизволение, представив при том Его Императорскому Величеству: не благоугодно ли будет и вообще разрешить определение Архитекторов по разным местам, не испрашивая на каждый раз особых повелений?
В заседание 12 Февраля объявлено Комитету, что положение оного Высочайше утверждено».

1822 г. Утверждены планы для городов: Черного Яра, Астраханской губернии, для г. Керчи, Таврической, для г. Харькова, для Кизляра и Моздока; представлены на Высочайшее утверждение: для Бахмута, Александровска, Перми и Нижнего Новгорода; рассмотрены планы для городов Житомира, Новомосковска и Верхнеднепровска.
  • Хотя гостиный двор в Нижнем Новгороде окончен в прошлом году, но на отделку его потребовались новые издержки до 1.500.000 р., которые и отпущены из Государственного Казначейства. Этим расходом совершенно устроен Нижегородский гостиный двор и дал доходу более 766.000 р.
  • Для обширной ярмарки г. Ростова, Ярославской губернии, предположено было также, возвести гостиный двор на исчисленную сумму до 2 миллионов рублей от казны и поручено Генерал-Лейтенанту Бетанкуру, составить план и фасады ярмарочным строениям; но Ярославский Гражданский Губернатор представил, что предприятие это легче и удобнее исполнить местными средствами, именно доходами г. Ростова и Ярославля, а также предоставив купцам Ярославской и других губерний, брать места и строить на свой счет лавки, с правом пользования ими от 5 до 10 лет; Министерство вполне одобрило такое представление.
  • Июля 4 (29105) Высочайше утверждено положение Комитета Министров «О сохранении памятников древности в Крыме».
В заседание 2 Мая слушана записка Министра Духовных Дел и Народного Просвещения от 17 Апреля за № 1219 (по Департаменту Народного Просвещения), внесенная в журнале Комитета под № 766, о средствах к сохранению древних достопамятностей Тавриды. В следствие утвержденного Комитетом представления Министра Духовных Дел и Народного Просвещения, относительно сохранения и возобновления в Крыму памятников древности, отправлены были туда в прошедшем году Академик, Статский Советник Келер и Архитектор Паскаль, для отыскания и принятия надлежащих к тому мер. В последствии времени Академик Келер представил, что памятники Архитектуры, ныне в Крыму существующие, могут быть разделены на два класса: к первому относятся те, которые с небольшими издержками могут быть восстановлены на долгое время, как-то: мечеть, находящаяся в Евпатории, Мавзолеи при Экскиюрде, укрепления Балаклавы, Майкопа, Судака, бани в Феодосии, кои могут быть обращены в Музей для сохранения древних мраморов; мечеть в том же городе, обращенная в Римско-Католическую церковь, также крепость и мечеть в Эски-Сарае. На поправку всех сих зданий потребуется 41100 руб., да на содержание Архитектора Паскаля, коего Келер предлагает там оставить, по 3000 руб. в год. Ко второму классу древних памятников принадлежат те, кои представляют только одни развалины, и не могут быть поправлены; но, будучи охраняемы от разрушения, могут существовать целые века; таковы например: гробницы открытые в курганах около Керчи, также основания храмов и больших зданий. Академик Келер, сверх предполагаемого исправления, признает нужным всем древним памятникам в Крыму издать описание с рисунками, употребив для составления сих последних находящегося в Риме Голландского живописца Деринга. Академия Наук одобрила все предположения Келера, отозвавшись только на счет означенного описания и рисунков, что предмет сей до нее не относится; ибо принадлежит более к Художествам, нежели к Наукам, а Президент Академии испрашивает с своей стороны о награждении Келера за усердное исполнение возложенного на него поручения, чином действительного Статского советника. Келер состоит в службе с 1797, а в настоящем чине с 1806 года. Управляющий Министерством Внутренних дел, с которым производимо было сношение на счет мер к охранению древностей Тавриды, отозвался, что он, по личному объяснению о сем предмете с тамошним Губернатором, полагает следующее:
1) Из памятников, доныне в Крыму неразрушенных, не столько заслуживают сбережения остатки построений Турецких и Татарских, ближайших к нашему, времени, как построения греческие и генуэзские. К сим последним принадлежат развалины крепостей в Балаклаве, Майкопе, Судаке и некоторых других местах; для поддержания оных можно отделить на сей раз из строительного капитала 10.000 руб. В распоряжение Таврического Губернатора, с тем, чтобы он к сохранению сих древностей употребил такие меры, какие признает лучшими, наблюдая однако же, чтоб владельцы земель, на коих некоторые из древностей находятся, не отнесли мер сих к прикосновению их собственности, 2) Мечеть в городе Феодосии, занимаемая ныне Римско-Католическою церковью, требует не одного поддержания, но и приведения оной в приличный христианской церкви вид, к чему город сей собственных способов не имеет; а потому нужную на сие сумму назначить от казны, предоставя, между тем, Губернатору составить план и смету на таковую перестройку, 3) Мечеть в Евпатории требует весьма значительных издержек, коих тамошние жители принять на свой счет также не в состоянии, но можно чрез Муфтия пригласить к пособию им всех вообще жителей Магометанского закона в Крымском полуострове, посредством добровольной подписки, что и возложить на попечете Губернатора. 4) Мечеть в Эски-Сарае нужно отделать только внутри для отправления в ней богослужения: мера сия предохранит и от дальнейшего повреждения. Для приведения оной в исполнение, можно пригласить к пожертвованиям жителей окрестных мест, что также предоставить Губернатору, равно как и принятие приличнейших мер к поддержанию Эски-Юрдских мавзолеев, не вводя Казну в излишние издержки. 5) феодосийские бани, составляющие частную собственность и назначенные уже к сломке для очищения площади, поддерживать нет никакой надобности; и 6) оставлять в Крыму Архитектора Паскаля с особым жалованьем не нужно, ибо гражданский Губернатор имеет в своем распоряжении двух Архитекторов, одного губернского в Симферополе а другого городского в Феодосии, сверх того отправлен в Крым для производства казенных строений один опытный Архитектор отсюда. Министр Духовных дел и Народного просвещения, будучи согласен с таковым мнением Управляющего Министерством Внутренних дел, испрашивает на оное утверждения и награды Академика Келера чином действительного Статского советника, присовокупляя к тому, что если на издание предполагаемых Келером рисунков и описания назначено будет нужное пособие, которого впрочем и определить теперь еще невозможно, то употребить для живописи Художников российских, а не иностранных.
Комитет полагал: 1) предположения Управляющего Министерством Внутренних дел, относительно сохранения Крымских древностей, утвердить, испросив на то Высочайшее соизволение; 2) Келеру дать чин действительного Статского советника, поднеся о том проект указа к подписанию Его Величества; и 3) издание особого описания и рисунков отложить впредь до удобнейшего времени.
В заседание 4 Июля объявлено Комитету, что по сей статье последовало собственноручное Его Императорского Величества повеление: «Подать мне смету, во что будет стоить издание описания и рисунков): За тем указ о Келере подписан 30 Июня 1822 года, и на положение Комитета, относительно сохранения Крымских древностей, Государь Император соизволяет.
Комитет определил: сообщить о том Управляющему Министерством Внутренних дел, Министру Финансов, Министру Духовных дел и Народного просвещения к исполнению выписками из журнала, препроводив к последнему из них и указ».
1823 г. При составлении планов и фасадов тюремным зданиям в городах были приняты в особенное соображение удобства размещения арестантов без стеснения и разделение их на полы и степени преступления. Вследствие того стали поступать в министерство от начальников губерний представления, из которых оказалось, что при назначении постройки в разных губерниях тюремных помещений предполагалось возводить их одинаковой или почти равной величины по всем уездным городам; тогда, как из ведомостей об арестантах, который присылались в министерство, видно было, что во многих уездных городах их бывало в сложности, средним числом, в одно время, неболее 8-ми, 20-ти или 30 человек; от этого произошло, что в городах, где число арестантов небольшое, обширные тюрьмы находились пустыми. Министр по этому лично объяснялся с некоторыми «главнокомандующими» в губерниях и гражданскими губернаторами и пришел к убеждению, что лучшее средство избежать таких несоразмерностей было соединить помещения арестантов с присутственными местами, где представлялась к тому возможность, «дабы посредством сего достигнуть двоякой цели, и постройки каменных присутственных мест в уездах и основание надежнейших помещений для заключения арестантов». Основываясь на таких сообщениях, управлявший министерством представил в комитет министров новые планы и фасады и испрашивал высочайшего разрешения: а) тюремные помещения по прежним планам строить в тех уездных городах, где «по немалому» стечению арестантов, они необходимы, б) в тех же городах, где содержалось обыкновенно «весьма ограниченное число» и где предполагалась постройка присутственных мест, тюремные помещения учреждать при них; в) наконец там, где здания для присутственных мест уже существовали и где содержалось обыкновенно небольшое число заключенных, устраивать помещения для них особо при присутственных местах или городнических правлениях. Представление это утверждено и объявлено начальникам губерний в циркуляре 28 февраля.
Обращено было также внимание и на лучшее устройство благотворительных учреждений, состоящих при приказах. С этою целью здания эти были разделены на четыре разряда, больший, несколько меньший, средний и небольшой, предоставляя местному начальству выбор. Разделение на четыре разряда богоугодных заведений приказов сопровождалось наставлением, каким образом устраивать их. Здесь объяснены все мельчайшие подробности постройки здания, внутреннего его расположения и принадлежностей. Так как больницы, между заведениями приказов составляют одно из важнейших учреждений, то на них, по-видимому, и более было обращено внимания. Место для них предписывалось избирать внутри города, в отдаленности от строений, или и вне, но недалеко от города, преимущественно при реках; место это должно быть высокое, ровное, открытое, не у больших песков, в отдалении от болот, боен, фабрик и других подобных заведений, удобное для разведения сада; главный корпус больницы, «для избежания пыли, а от проезжающих и проходящих шуму», назначался внутри двора и отнюдь не у самой улицы и площади; место, от этих последних, определялось для насаждения кустарника или небольших деревьев; главная лестница и сени должны были отапливаться; больничная церковь снабжалась окнами в больничные палаты и коридоры; палаты располагались на юг, особенно в северных губерниях, и разделены на мужские и женские, потом на отделения острых, наружных, эпидемических и прилипчивых болезней и для выздоравливавших. Почти с такими же подробностями даны наставления и об устройстве прочих богоугодных заведений приказа.
Июня 25 (29516а)- «наставление для строения богоугодных заведений приказов общественного призрения».
«Циркулярное предписание управляющего министерством внутренних дел гражданским губернаторам, от 25 Июня, о правилах на устроение зданий для заведений приказов общественного призрения».
«На устроение зданий для богоугодных заведений ведения приказов общественного призрения и на размещение призреваемых в оных людей доселе не было издано никаких правил и здания сии строились, можно сказать, произвольно, не заключая в себе всех удобств, нужных для призреваемых людей, а иногда вовсе не соответствуя своему предназначению.
Обратив на сей предмет внимание, я признал нужным издать примерные для богоугодных заведений в разных видах планы и к оным правила. На каковой конец и учрежден мною особый комитет, который, занимаясь возложенным на оный поручением, составил и непосредственно для заведений некоторых приказов планы.
Планы сии, быв представлены мною на Высочайшее благоусмотрение Государя Императора, одобрены его Императорским Величеством. Они могут служить основанием, как в целом, так и в частях, при устроении и в других городах новых и при случае исправления, по мере нужды, существующих уже заведений, и суть из числа таких, кои предположено издать для примеров.
Посему министерство внутренних дел и сделало распоряжение о напечатании оных и о рассылке в приказы общественного призрения по одному экземпляру.
Издание сих планов, относясь к пользе Богоугодных заведений Приказов и к руководству самим Приказам, издержки на сей предмет должны быть обращены на счет Приказов же.
В следствие чего я прошу Ваше Превосходительство, предложить Приказу Общественного призрения, чтобы причитающиеся от оного в пополнение суммы, на печатание планов потребной, деньги 37 руб. 50 коп., возвращены были из сумм, на содержание Канцелярии Приказа определенных, а в случае недостатка, из доходов Приказа, в Хозяйственный Департамента.
Самые планы доставлены будут Приказу от упомянутого Департамента, как только будут напечатаны.
Равномерно доставлены будут Приказу от Департамента сметы к сим планам, с наставлениями о построении вообще Богоугодных заведений; и следующая за них сумма должна быть выслана в Департамент на том же основании, по уведомлению оного.
Ваше Превосходительство не оставите предложить Приказу, чтобы впредь при составлении планов для постройки Богоугодных заведений, или для перестройки оных, принимаемы были уже в соображение планы и правила, ныне преподаваемые, доставляя всегда таковые планы предварительно на рассмотрение Министерства Внутренних дел.
Одно из правил, какие соблюдать должно при сем случае, состоит в том, чтобы постройки по новым планам, приводить в действие единственно по мере нужды и возможности, не бросая, так сказать, прежних зданий без употребления, и не спеша строить новые.
Суммы на новые здания потребные, конечно, будут значительны, и многие Приказы, по состоянию своих доходов, найдутся в невозможности удовлетворить сей надобности, а особливо единовременно.
Посему и должно, чтобы в тех местах, где существуют уже здания каменные, или и деревянные прочные, оставляя оные в настоящем положении, при случае, когда представится необходимость в перестройках, внутреннее расположение палат, так например: в больнице по роду болезней, по числу кроватей и проч. сообразовать с планами и правилами, ныне преподаваемыми.
Где заведения не все еще устроены, равно как и в таком случае, когда существующие ветхи, там можно составить общий план для построения их: когда оный утвердится, то и проводить в исполнение постепенно, по мере могущих представиться способов, оставляя некоторые из прежних строений до постройки новых частей, дабы найтиться в возможности продолжать призрение, и переводя призреваемых в новые, по мере постройки оных».
Вслед за тем Августа 7 (29573) Высочайше утверждено положение Комитета Министров «О возложении мощения улиц против казенных зданий во всех городах, на отчет тех ведомств, коим оные здания принадлежат».
«В заседание 19 Июня слушана записка Управляющего Министерством Внутренних дел от 18 Июня, за № 964 (по исполнительному Департаменту), внесенная в журнале Комитета под № 871, касательно мощения мостовой противу казарм Инженерного ведомства в Риге.
Комитет, соглашаясь в полной мере с заключением Управляющего Министерством Внутренних дел, полагал: починку мостовой противу штурмовых казарм в Риге возложить на инженерное ведомство, в заведывании коего состоят те казармы, а вместе с тем постановить на будущее время, чтобы мощение улиц противу казенных зданий во всех городах исправляемо было от самых тех ведомств, коим таковые здания принадлежат, на счет экономических их сумм, подобно тому, как сие предписано в обеих столицах; на что и испросить Высочайшее соизволение.
В заседание 7 Августа объявлено Комитету, что Государь Император на положение Комитета соизволяет.
Комитет определил: сообщить о том Управляющему Министерством Внутренних дел к исполнению выпискою из журнала. Записка Управляющего Министерством Внутренних дел.
Рижский Военный Губернатор в отношении своем ко мне изъяснил, что по донесение Полиции города Риги о повреждении мостовой противу состоящих там I штурмовых казарм Инженерного ведомства, требующей починки, от чего однако ж Инженерная команда отказывается, он входил в рассмотрение сего обстоятельства; и удостоверясь, что штурмовые казармы в 1811 году приняты из городского в Инженерное ведомство, и содержатся от оного, относился в Военное Министерство; но сие отозвалось, что хотя в выписке из журнала Совета Военного Министерства и значится, что мощение улиц города Риги камнем в тех местах, где мостовые содержались от Инженерного ведомства, следует производить от оного же ведомства; однако же оно не может принять такой новой на себя обязанности, на которую и суммы не ассигнуется; а потому полагает, что исправление мостовой противу состоящего в ведении его здания остаться должно на попечении и отчете города.
Маркиз Паулуччи, находя себя не вправе обременять город новыми не касающимися до него расходами, просит разрешения: на какой счет должна быть исправлена мостовая противу штурмовых казарм в Риге.
Находя, что в столицах, по указу 12 Февраля 1802 г., мощение улиц, лежащих против мест казенных, выключая площадей, должно быть на собственном сих мест попечении и счете экономических сумм каждого, и считая, что правило сие тем более должно принять в отношении мостовой противу штурмовых казарм в Риге, где, как и вообще во всех почти губернских городах, доходы неизбыточные и нередко не достают даже на самые нужнейшие надобности, по содержанию Полиции и устройству пожарной части, относился я к Г. Начальнику Главного Штаба Его Императорского Величества, прося его распоряжения об исправлении упомянутой мостовой в Риге на счет того ведомства, коему принадлежит самое здание.
Князь Петр Михайлович Волконский, не разрешив обстоятельства сего сам собою, предоставил мне внесть оное на рассмотрение Комитета Г.г. Министров, как предмет подлежащий его соображению.
Доводя о сем до сведения Комитета Г.г. Министров, я с моей стороны честь имею присовокупить к вышеизъясненному заключению моему по сему предмету, что если Комитету благоугодно будет согласиться на оное, то я полагал бы правило, в обеих столицах существующее, о мощении улиц противу зданий казенных от самих тех ведомств, коим они принадлежат, распространить во всех прочих городах при случае подобных нынешним вопросов».
1824 г. Последовало важное постановление по указанию самого Государя. Некоторые Начальники Губерний представили Министерству Внутренних Дел о починках в казенных зданиях, произведенных, по крайности случая, без разрешения Министерства. Хотя этим нарушались строительные правила, но Министр, уважив обстоятельства, не терпевшие отлагательства и бывшие причиною отступлений от порядка, вошел в Комитет Министров с представлением, испрашивая утверждения сделанных издержек. Комитет Министров, и с своей стороны, признал крайность случаев, не дозволявших терять времени в переписке, и согласился с мнением Министра, но полагал, предписать Начальникам Губерний, чтобы они, на будущее время, не отступали от установленных правил. Государь утвердил положение Комитета Министров, однако с тем, «чтобы дозволено было Губернаторам в случае надобности исправления казенных зданий, употреблять на то в год 5.000 р., но всякий раз уведомлять о сем Министерство Внутренних Дел и представлять оному в издержанных таким образом деньгах отчет». Министр, желая согласить Высочайшую волю с видами и средствами Министерства по строительной части, объяснил Начальникам Губерний: 1) по мнению его, к таким не терпящим отлагательства исправлениям должны принадлежать те починки и поправки, которых предвидеть, определить и о которых представить Министерству заблаговременно нет возможности, как то, при внезапном падении зданий, при повреждениях от бурь, наводнений и пожаров, а не украшения зданий; 2) исправления следует располагать в таком порядке, сперва починять а) мосты, содержавшиеся на казенный счет, потом б) тюремные помещения, далее в) денежные кладовые, г) присутственные места, наконец е) Губернаторские и Вице-Губернаторские дома. С этим вместе Управлявший Министерством предлагал Начальникам Губерний, составлять, исключая чрезвычайные обстоятельства, планы и сметы, соблюдать экономию, свидетельствовать установленным порядком исполненные работы и представлять Министерству подробное описание причин повреждения, с показанием издержек и приложением планов и смет; во всяком случае, немедленно извещать Министерство о происшествиях или причинах, вызывавших подобный исправления, чтобы оно могло распорядиться отпуском сумм из строительного капитала и не было поставлено в затруднение при удовлетворении многих требований, вдруг поступавших из губернии. Нельзя и в этом распоряжении не заметить той системы централизации, которая была принята, с 1802 года, в основание Министерского управления и с тех пор все более и более развивалась. Министр, по-видимому, хотел несколько ослабить ее в этом случае, высказывая только свое мнение, и, как будто, не обязывая, по крайней мере, прямо к непременному исполнению его.
По примеру власти, представленной Начальникам Губерний, производить, без разрешения Министерства, починки в казенных зданиях на сумму 5.000 р. в год, дозволено Генерал-Губернаторам давать разрешения на подобные исправления в зданиях Приказов Общественного Призрения на такую же сумму и на тех же основаниях, а Гражданским Губернаторам до 2.000 р. по С.-Петербургской и Московской губерниям, и до 500 по прочим. Министр ходатайствовал собственно о Гражданских Губернаторах; но Государь, утверждая представление его, распространил положение на Генерал-Губернаторов и назначил сумму 5.000 р., свыше которой они уже не могли действовать, без ведома и согласия Министерства.
Июля 20 последовало распоряжение, вменяющее в обязанность составлять всем казенным зданиям планы и фасады (29987). Именный, объявленный Гражданским Губернаторам Управляющим Министерством Внутренних дел «О планах и фасадах казенным зданиям».
«Г. Статс-Секретарь Кикин сообщил мне Высочайшую Его Императорского Величества волю, чтобы Начальствующие лица, имеющие в заведывании своем казенные здания, вменили в непременную себе обязанность иметь всем оным зданиям планы и фасады.
Во исполнение такового Высочайшего повеления, я прошу приступить неукоснительно к надлежащему распоряжению, чтобы всем казенным Гражданским зданиям по вверенной вам Губернии, как то: Губернским и уездным присутственным местам, тюрьмам, кладовым, домам Г.г. Начальников Губерний и Вице-губернаторов и тому подобным, под вашим начальством и попечением состоящим и при- надлежащим, в построении и содержании своем, ведомства Министерства Внутренних дел собственно по Строительной части, планы и фасады как те, по коим оные строены, так и те, по коим учинены какие-либо значащие в оных перемены, были собраны, или вновь с натуры составлены, и хранились бы при Губернском Правлении совокупно в надлежащем месте с приличными описями, по номерам, и означением времени постройки; наблюдая такой же порядок и впредь, когда новые здания строены будут.
Я прошу вас, Милостивый Государь, все таковые описи или реестры в списках доставить в Министерство Внутренних дел, с уведомлением, где именно те планы и фасады и в каком виде сохраняются».
1825 г. Недостаток правил, которыми следовало руководствоваться при составлении смет на разные строения, производил неудобства в делах этого рода по ведомству военных поселений. Главный Начальник над военными поселениями предположил «воспользовавшись многочисленными и обширными опытами по производству строений, установить определенный порядок и пресечь произвольные в сметах предназначения, затруднявшие как рассмотрение самых смет, так и ревизию отчетов. По мере приведения, посредством опытов, в достоверную известность действительной потребности материалов на разные части строений, были составлены сперва частные правила, а потом, по достаточному умножению опытов, приступлено к изложению полной системы правил, относительно исчисления материалов на постройку домов каменных и деревянных, в виде особого положения». Положение это два раза рассматривалось в Совете Главного Начальника над военными поселениями и в Инженерном Департаменте, и, по исправлении, найдено, «что положение сие в предмете исчисления материалов на постройку домов полнее, яснее, определительнее и основательнее всех прочих правил и описаний, кои прежде по сей части принимаемы были в основание». Комитет Министров утвердил его и полагал распространить его и на гражданское ведомство, при содействии Управлявшего Министерством Внутренних Дел. Государь утвердил мнение Комитета Министров.
25 Января Высочайше утверждено новое постановление (30194) «Положение о количестве материалов, какое назначать должно при составлении смет на постройку домов», напечатано, по распоряжению Министра разослано по ведомству Министерства Внутренних Дел и принято в руководство для Приказов Общественного Призрения. Это распоряжение находится в связи с другим, сделанным в 1822 и повторенном в 1823 и 1824 годах, именно, с составлением атласа всем богоугодным заведениям Приказов. Еще в 1810 году потребованы были Министерством Полиции планы городам, в которых находились эти заведения, планы местам, где они построены, планы с фасадами и разрезами самим строениям, «историческим и топографическим описанием». Составление этого атласа в Министерстве не состоялось, потому что представленные планы оказались разнообразно составленными и не вполне удовлетворительными. Между тем в самих заведениях произошли перемены: некоторые из них уничтожены, другие вновь учреждены; одни здания проданы, другие построены вновь и переделаны. В виду этого Князь Кочубей испросил Высочайшее соизволение прекратить составление атласа по прежним планам и потребовать новые, а Василий Сергеевич Ланской привел в исполнение эту Высочайшую волю, предписав Начальникам Губерний исправить прежние планы и доставить их Министерству в новом виде. Потом, когда последовало Высочайшее повеление о том, чтобы всем Начальствующим лицам, которые имели в своем заведывании казенные здания, вменено было в непременную обязанность, составить им планы и фасады, Министр, объявляя эту Высочайшую волю, вновь подтвердил о доставлении Министерству планов заведениям Приказов для составления атласа. Дело это однако в 1825 году не окончено.
Января 21 издан указ, (30200), Сенатский, по Высочайше утвержденному положению Комитета Министров «О неназначении в крепостях, или около оных, мест для строения без сношения с Инженерным ведомством».
«Правительствующий Сенат слушали предложение Министра Юстиции, при котором предложил Правительствующему Сенату к надлежащему исполнению в копии выписку из журналов Комитета Г.г. Министров 10 Июня и 7 Октября прошлого года с изъяснением положения оного Комитета, удостоенного Высочайшего утверждения, о неназначении в крепостях, или около оных, мест для строения без сношения с Инженерным ведомством, которая есть следующего содержания: В заседание 10 Июня слушана записка Начальника Главного Штаба Его Императорского Величества от 31 Мая за № 980 (по Канц.), внесенная в журнале Комитета под № 1173; о неназначении в крепостях или около оных, мест под строения без сношения с Инженерным ведомством. Высочайше утвержденным в 1811 году положением о содержании при крепостях эспланад, между прочим, постановлено: 1) при пограничных штатных крепостях на эспланадах, в расстоянии 130 сажен от гласиса, никаких строений не заводить и старое починивать не допускать. 2) На форштатах за эспланадами строения располагать по анфиладу крепостных верков и производить одно только деревянное и не на каменных фундаментах, а вокруг домов и огородов никаких рвов не делать и погребов не иметь. 3) Самые огороды позволять заводить на эспланадах от конца гласиса не ближе 50 сажен с тем однако ж, чтобы огораживаемы были тонкими кольями, или решетками, а бревенчатыми досками, или палисадом обносить их запрещать. 4) Фахверковые строения и каменные фундаменты под деревянные дома позволять не ближе 450 сажен от короны гласиса. Строгое смотрение за точным наблюдением сих правил возложено на Комендантов и Командиров Инженерных команд; но были иногда случаи, что сии местные в крепостях Начальники затруднялись воспретить возведение в близком расстоянии от крепостных верков не только казенных не Инженерного ведомства, но даже и частных строений, потому, что места назначены по планам, утвержденным высшим Начальством, и на произведете работ сделано уже было разрешение. Для отвращения сего на будущее время, Его Императорское Высочество Генерал-Инспектор по Инженерной части находит нужным постановить, чтобы о местах, выбранных в крепостях, или около оных, для казенных строений не Инженерного ведомства, до составления смет и чертежей, извещаем был предварительно Его Императорское Высочество в таком случае, когда предположение сделано в С.-Петербурге, и чтобы давалось знать о сем Инженерным командам, когда выбор места предоставлен местному Начальству, в ведомстве коего строение состоять должно. Начальник Главного Штаба Его Императорского Величества, соглашаясь совершенно с сим мнением, представляет о том на рассмотрение Комитета. Комитет полагал, утвердить сие представление и на основании оного постановить, дабы изъясненное требование Его Императорского Высочества Генерал-Инспектора по Инженерной части исполняемо было со стороны Гражданского Начальства, на что и испросить Высочайшее соизволение. В заседание 7 Октября объявлено Комитету, что Государь Император на положение Комитета соизволяет. Комитет определил: сообщить о том Начальнику Главного Штаба Его Императорского Величества выпискою из журнала, препроводив таковую же и Министру Юстиции для предложения Правительствующему Сенату. Приказали. О должном по сему Высочайшему Его Императорского Величества повелению исполнении во все губернские и Областные правления, Правительства, Войска Донского в Войсковую канцелярию и Присутственные места послать Указы, каковыми уведомить Г.г. Министров, Военных Губернаторов управляющих Гражданскою частию, Генерал-Губернаторов, Гражданских Губернаторов и Градоначальников; в святейший же Правительствующий Синод, в здешние и московские Сената Департаменты и Общие оных Собрания сообщить ведения».
Июля 6 опубликован (30414) Сенатский указ «Об утверждении положения о составлении смет на постройку казенных зданий».
«Правительствующий Сенат слушали рапорт Г. Управляющего Министерством Внутренних Дел, в котором изъясняет, что Комитет Г.г. Министров сообщил ему для надлежащего исполнения выписку из журналов своих 13 Декабря 1824 и 17 Января 1825 годов следующего содержания: В заседании Комитета Декабря 13 слушана записка Главного над военными поселениями Начальника от 18 Июля за № 2298 (по Экономической части), внесенная в журнале Комитета под № 2341, с представлением на утверждение положения, заключающего в себе правила о составлении смет на постройку разных зданий. Недостаток правил, коими надлежит руководствоваться при составлении смет на разные строения, производил ощутительные неудобства в делах сего рода при первоначальном устройстве округов военного поселения. Причина сия побудила Главного над военными поселениями Начальника обратить на столь важный предмет особенное внимание, с тем, чтобы воспользовавшись многочисленными и обширными по производству строений опытами, можно было установить определительный по сей части порядок и пресечь произвольные в сметах назначения, затрудняющие рассмотрение сих смет и последующую ревизию отчетов и могущие служить поводом к самым неверностям и злоупотреблениям. По мере точного на опыте удостоверения о действительной потребности материалов на разные части строений, постановляемы были частные правила и наконец при достаточном умножении опытов приступлено к изложению полной системы правил, относительно исчисления в сметах материалов на постройку домов каменных и деревянных в виде особенного по сему предмету положения. Положение сие два раза рассматриваемо было в Совете Главного над военными поселениями Начальника и в Инженерном департаменте; по сделанным же замечаниям учинены в оном подлежащие дополнения и исправления, и наконец Советом признано, что положение сие в предмете исчисления материалов на постройку домов полнее, яснее, определительнее и основательнее всех прочих правил и описаний, кои прежде, по сей части принимаемы были в основание. Главный над военными поселениями Начальник, соглашаясь с мнением Совета его и признавая нужным, чтобы действие означенного положения по ведомству военных поселений имело всю силу законного постановления, представлял оное на утверждение Комитета. Комитет, находя представленное Главным над военными поселениями Начальником положение о правилах, коими должно руководствоваться при составлении смет на разные постройки, весьма полезным, полагал оное утвердить и принять для руководства при построении казенных зданий как по части военных поселений, так по военным Департаментам и по всему Гражданскому ведомству; причем предоставить ему Управляющему Министерством Внутренних Дел донести о сем положении Правительствующему Сенату для опубликования к повсеместному сведению и исполнению в том уважении, что оно может служить впредь основанием и к разрешению споров и недоумений по казенным строениям, производимым хозяйственным образом, или и чрез подрядчиков; для сего напечатать потребное число экземпляров означенного положения, в типографии Штаба военных поселений с заплатою подлежащей суммы от Министерства Внутренних Дел, равным образом обратить оное в продажу и для частных людей, кто пожелает его иметь, на что и испросить Высочайшее соизволение. В заседание 17 Января объявлено Комитету, что Государь Император утверждает положение Комитета Г.г. Министров 15 Января 1825 года. Во исполнение сей Высочайшей воли, получив ныне от Г. Генерала от Артиллерии Графа Аракчеева потребное, по сделанному в Министерстве Внутренних Дел соображению, число экземпляров вышесказанных правил на счет сего уже Министерства напечатанных, под заглавием: Положение о количестве материалов, какое назначать должно при составлении смет на постройку домов (См. № 30194) и донося о сем Правительствующему Сенату, он Управляющий Министерством Внутренних Дел представляет 250 экземпляров с тем, не благоугодно ли будет оные опубликовать посредством рассылки по экземпляру к Г.г. Министрам и Главноуправляющим особыми частями, Начальникам Губерний и Областей, в Губернские и Областные правления и в Казенные Палаты, с надлежащим предписанием о должном наблюдении изъясненных в том положении правил при построении казенных зданий. Приказали: Во исполнение изъясненной в вышеозначенном рапорте Управляющего Министерством Внутренних Дел Высочайшей воли, представленного им положения о количестве материалов, какое назначать должно при составлении смет на постройку домов, для должного наблюдения изъясненных в том положении правил, при построении казенных зданий, разослать по одному экземпляру к Г.г. Министрам, Военным Генерал-Губернаторам, Военным Губернаторам, управляющим и Гражданскою частию, Гражданским Губернаторам, равно в Губернские и Областные Правления, Казенные Палаты и Присутственные места при указах, а в Святейший Правительствующий Синод, в здешние и Московские Сената Департаменты при ведениях».
1826 г. Министерство Внутренних Дел вменило себе в обязанность заняться издание новых планов городам, и 19 марта 1812 года сообщены всем Начальникам Губерний правила для составления городских планов. Представлявшиеся от губернских Начальств и составлявшиеся в самом Министерстве планы рассматривались определенным при нем Архитектором, который, по мере надобности, посылался на места, и вносились чрез Комитет Министров на Высочайшее усмотрение. В текущем году рассматривались планы Томска, Омска, Красного Яра, Кеми, Овруча, Новоград-Волынского, Ковля, Владимира (Волынской губернии) и Житомира, а Высочайше утверждены Василькова, Сквиры, Звенигорода, Черкаска, Чигирина, Радомысля, Таращи, Киевской губернии, Вольска, Хвалынска, Камышина, Петровска, Сердобска, Аткарска и Балашева, Саратовской, Покрова, Владимирской, и Новозыбкова, Черниговской.
Строительного капитала назначено, в 1826 году, 916.058 p. 57,5 к., израсходовано 874.854 р. 9,25 к. и сверх того 2 миллиона, ассигнованные заимообразно, на 24-летних правилах, из Заемного Банка. На первую сумму разрешены новые строения по ведомству Министерства Внутренних Дел: присутственные места в двух городах Нижегородской и Тамбовской губернии; приводившиеся к окончанию присутственные места вместе с тюрьмами в четырех городах Пермской, в восьми Оренбургской и в одном Подольской; тюрьмы в Екатеринославе и в 11 городах Тульской губернии, и исправления некоторых зданий в разных губерниях. Из второй суммы сделаны издержки: на окончательное устройство тюрем в Херсоне, Тобольске, Екатеринославе, и в одном уездном городе Нижегородской губернии; в двух городах Костромской присутственных мест, также на исправление тюрем и присутственных мест во многих городах, губернаторских и других домов, на постройки, перестройки и исправление медицинских зданий в 5, богоугодных в 10 местах и общественных в 12 губерниях. Обе суммы ассигнованы не на одни эти строения, но на все, без исключения, ведомства Империи, здесь же упомянуты лишь здания собственно Министерства Внутренних Дел. В этом же году одобрена Василием Сергеевичем Ланским мысль, полное развитие и приложение к делу которой с видимым успехом принадлежит Серию Степановичу Ланскому: о найме частных зданий для помещения тюрем. Строительные Комитеты учреждены в гг. Измаиле и Кишиневе.
Марта 9 (186) Высочайше утверждено Положение Комитета Министров «О правилах устроения церквей».
«В заседание 20 Февраля слушана записка Управляющего Министерством Внутренних дел, от 6 Февраля, за № 60 (по Депар. Госуд. Хозяйс. и Публич. зданий), внесенная в журнал Комитета под № 293; о правилах для устроения церквей. Комитет полагал: изъясненные в сем представлении предположения Управляющего Министерством Внутренних Дел утвердить, испросив на то Высочайшее соизволение. В заседании 9 Марта объявлено Комитету, что Государь Император на положение Комитета соизволяет.
Комитет определил: сообщить о том Управляющему Министерством Внутренних Дел по исполнению выпискою из журнала.
Записка. В Июне прошедшего 1825 года Г. Генерал от Артиллерии Граф Аракчеев сообщил мне, что блаженные памяти Государь Император Александр I-й, в проезд свой из Санктпетербурга в военное поселение, изволил заметить в Яму Чудове построенную новую церковь, которой фасад весьма не понравился Его Императорскому Величеству; вследствие чего и состоялась Высочайшая воля, дабы я доставил сведение, кем утверждены фасад и план сей церкви и были ли оные на рассмотрении в учрежденном при Миниcтepcтве Внутренних Дел Строительном Комитете?
Как план сей и фасад в Министерстве Внутренних Дел рассматриваем не был, то я и требовал подробного по сему объяснения от Новгородского Гражданского Губернатора; из ответов его и присланных плана и фасада, как оригинальных, так и снятых с строения в натуре, открылось, что церковь в Яму Чудове начата строением по желанию тамошних священно-церковно-служителей и прихожан на сумму доброхотных дателей, по проекту ими составленному и одобренному покойным Михаилом, Митрополитом Новгородским, а производилось сие строение под смотрением и распоряжением одного из Новгородских Архитекторов.
При чем Губернатор объяснил, что как не было определительных правил об отношениях Гражданского Начальства к постройке церквей, особенно в уездах, а также и образцовых для оных фасадов не было, пока от Министерства Внутренних Дел издана особая книга к руководству при сих строениях; то Духовное Начальство и распоряжалось вообще по сей части без всякого сношения с Гражданским, которое вовсе не находило права вмешиваться в сии распоряжения, особенно в отношении благовидности церковных зданий в уездах.
При соображении в Строительном Комитете доставленных от Губернатора планов и фасадов оказались в произведенном строении церкви разные несходства, даже и против утвержденного для того Духовным Начальством проекта.
О сих обстоятельствах я сообщал Г. Генералу от Артиллерии Графу Аракчееву, для представления Его Императорскому Величеству.
В Сентябре 1825 г. Граф Аракчеев сообщил мне Высочайшее Государя Императора повеление, дабы я, по надлежащем сношении с Преосвященным Митрополитом Серафимом, постановил на будущее время постоянным правилом, чтобы все планы на построение церквей были от Духовного ведомства сообщаемы в Министерство Внутренних дел, для надлежащего, по принадлежности сему Министерству, соображения. На что Его Величеству угодно, дабы мера сия не служила медленностию в построении церквей и дабы на медленное рассмотрение в Министерстве Внутренних дел не произошло жалоб от Духовного Начальства.
Известив о сем Митрополита Новгородского и Санкт-Петербургского, я вместе с тем сообщил ему о мерах, которые, по мнению моему, могли бы споспешествовать к исполнению означенной Высочайшей воли; которые состояли в следующем:
  1. Как церкви строятся часто под ведомством Духовного Начальства и вообще по одобрению оного, исключая особенных случаев; то Епархиальным Архиереям должны быть каждому в своей Епархии известны заблаговременно предположения о построении церквей, равно как о перестройке и починке оных.
  2. При каждом таковом предположении, Преосвященные получать должны сведения о всех обстоятельствах, сопряженных с целию желаемого построения церкви, как то: в городе ли, или в селении; внутри или вне обывательских жилищ; Соборная ли, приходская, кладбищенская, монастырская, или при каком-либо публичном заведении; сколько она должна иметь приделов; теплая ли, или холодная; на какое число людей она требуется, сколько и какого веса колоколов полагается быть на колокольне, и тому подобное.
  3. Таковые сведения должны быть сопровождаемы планами, фасадами и подробными сметами на построение, с описанием местоположения и грунта земли под основание. Епархиальные Преосвященные, по изъявлении своего согласия на таковую постройку, будут все сие, и с своими, если нужно, замечаниями, сообщать Министерству Внутренних дел.
  4. Когда только требуется перестройка или починка церкви, то нужно препроводить в Министерство точный план и фасад: оной, как оно было до повреждения, с подробным означением и описанием, в чем и каким образом положено ее исправить или переменить.
  5. Если случится, что для предполагаемой церкви плана, фасада и сметы представлено Духовному Начальству не будет по неимению Архитектора; то оно, по крайней мере, обязано требовать описания всех вышеизложенных в 2 пункте обстоятельств, и настоящего грунта земли до известной глубины, и чтобы определено было в точности, до какой суммы может простираться издержка построения, и какие по местным соображениям могут быть удобнейшие средства к приобретению материалов и рабочих людей, и в таком виде оно может обо всем сообщить Министерству Внутренних дел, которое не оставит учинить распоряжения о сочинении в Строительном Комитете подлежащих плана, фасада и сметы и обратит оные к Преосвященным, для следующего по оным производства.

  6. Сообщения таковые могут быть или прямо от Преосвященных к Управляющему Министерством Внутренних дел, или из Консисторий в Департамент Государственного Хозяйства и Публичных зданий.
  7. При соблюдении такового порядка, когда все потребные сведения будут в виду, не может последовать никакой медленности в рассмотрении или в составлении планов; но между тем, со стороны Епархиального Начальства поставлено должно быть тем, под надзором коих будет производиться строение, за непременное правило, чтобы при самом сооружении церквей соблюдены были в совершенной точности все размеры одобренных в Строительном Комитете Министерства Внутренних дел планов и фасадов, и чтобы материалы употреблены были самые лучшие, и все меры были бы приняты к отвращению самовольства или неопытности в строителях. На сей конец весьма много послужить бы могло внимательное наблюдение наставлений и правил, изложенных подробно в изданной от Министерства Внутренних дел книге, под заглавием: Собрание планов, фасадов и профилей для строения каменных церквей; каковую книгу многие Преосвященные для себя уже, согласно одобрению Святейшего Синода, и выписали из Министерства.
  8. При всем том однако уже во всяком строении церкви, по планам ли, на месте составленным, или по сочиняемым в сем Министерстве, наблюдать должно, чтобы, если невозможно иметь для всегдашнего за оным надзора Губернского, городового или другого аттестованного Архитектора, то, по крайней мере, непременно нужно, чтобы кто-либо из опытных в каменном строении людей, по засвидетельствованию Губернского, или другого известного Архитектора, был к тому приставлен, и чтобы таковой Архитектор доставлял строителям нужные шаблоны и размеры для важнейших частей строения, осматривая, сколько можно, производство работ, и по окончании оных утверждая исправность и прочность оных своим свидетельством.
  9. Что касается до построения или починки церквей и других духовных зданий, на счет казны, или строительного капитала, в Министерство Внутренних дел назначаемого; поелику постройка таковых зданий главнейше зависит от того, можно ли отпустить требуемую сумму; то случающаяся иногда остановка в сих строениях не должна производить жалоб со стороны Духовенства на медленность в Министерстве, которое не может отпускать сумм более, как сколько в годовой смете расходов Высочайше оному назначено на известные предметы.
Для устранения же сей медленности единственное средство есть, вносить заблаговременно всякий раз в смету расходов будущего года потребную сумму на духовный строения, и если таковая сумма будет с Высочайшего соизволения признано частию строительного капитала, то в отпуске оной никакого препятствия не будет.
Минувшего Генваря 30, я получил от Митрополита Новгородского и С.-Петербургского отзыв, что Святейший Синод, имея в виду два рода церквей, из коих на одни отпускается сумма из казны, по рассмотрении и утверждении планов и смет в Министерстве Внутренних дел, а другие устраиваются и починиваются иждивением прихожан или на сборную сумму, и на сем основании сообразив меры, с моей стороны изложенные, полагает:
Относительно построения вновь каменных церквей, или перестройки и починки существующих на счет казны:
  1. Когда встретится где по Духовному ведомству в сем надобность, то Епархиальным Архиереям делать сношения с местным Губернским Начальством, прописывая в оных и те сведения, которые изложены во 2, 4 и 5 пунктах моих предположений, и требовать со стороны оного Начальства командирования Губернского Архитектора, или кого другого, для освидетельствования при Благочинном или Депутате духовного ведомства, под новые церкви местоположения и грунта земли, и какие по местным соображениям могут быть удобнейшие средства к приобретению материалов и рабочих людей.
  2. По таковом освидетельствовании и соображении, сочинять посредством оных Архитекторов планы, фасады и сметы.
  3. Планы сии составлять во всех частях сообразно Соборным о построении церквей постановлениям, чтобы назначаемы были на оных места для хранения ризницы, утвари, библиотеки и по близости алтаря для жаровни, а в паперти или трапезе и для женского пола, приходящего в церковь в установленное время после родов для очистительных молитв; под колокольнею же назначать место и для сторожей.
  4. В смете по тем планам и фасадам вносить сумму и на наем Архитектора, или других опытных привилегированных людей для присмотра за прочностию материалов, за работами и за всеми размерами важнейших частей строения.
  5. Таковые планы с фасадами и сметами и прочими сведениями Гражданские Начальства доставляют к Епархиальным Архиереям; а сии представляют оные с мнением Святейшему Синоду, из которого препровождать уже установленным порядком в Министерство Внутренних дел для дальнейшего рассмотрения их в Строительном Комитете; а где по неимению Архитекторов, планов сделано не будет, то сообщать одни описания изъясненным во 2 пункте предположений моих обстоятельствам, для сочинения по оным в сем Министерстве планов и ассигнования потом суммы из назначаемой по годовой смете на таковые расходы.
  6. По утверждении планов и смет и по отпуске суммы производить и построение церквей под ведомством Духовного Начальства, или светского, смотря по тому, к какому более ведомству принадлежать оные будут, так как и доныне построение церквей в крепостях производится под смотрением и ответственностию тамошних Начальств, со стороны же Духовной зависеть будет только, чтобы при освидетельствовании церквей пред освящением оных, все части соответствовали церковным постановлениям.
  7. Так как в некоторых Губерниях Высочайше дозволено строить на счет казенный и частный церкви и деревянные, по неимению удобности и способов к устроению каменных, а в Сибири исключительно с дозволения Епархиального Архиерея, без представления Святейшему Синоду; в прочих же местах не иначе, как чтобы таковые неудобности были засвидетельствованы местными Гражданскими Начальствами; то оное наблюдать и впредь; но что касается до сочинения планов, смет и до составления прочих сведений, то поступать так, как при построении каменных церквей, исключая Сибири, во избежание могущей последовать от того медленности.
Относительно церквей второго рода, Синод полагает:
  1. Когда в построении их вновь встретится надобность, то по изданным на сие узаконениям, прихожанам входить о том с прошениями к Епархиальным Архиереям, с изъяснением побуждающих к тому причин, а также сколько при оной церкви имеет быть в приходе мужеска и женска пола душ, вновь ли поселившихся или отходящих от других приходских церквей за отдаленностию оных от жилищ их и неудобностию в пути.
  2. При таковых прошениях прилагать планы с фасадами и со всеми вышепрописанными на них назначениями и прочими сведениями, сочиняемые по ходатайству прихожан, Губернскими или другими привилегированными Архитекторами; но с тем, чтобы таковые планы составляемы были по состоянию прихожан и способам, какие от них могут быть доставлены без отягощения к построению хотя неогромных церквей и без излишних украшений Архитекторских, и каковые могут обойтись в самую умеренную цену.
  3. Поелику во многих местах прихожане изъявляют желание строить церкви сообразно древним оных видам; то Святейший Синод находит необходимо нужным, к изданной от Министерства Внутренних дел книге, под названием: Собрание планов, фасадов и профилей для строения каменных церквей, составить несколько таковых планов по примеру древних Православных церквей.
  4. Епархиальные Архиереи по таковым прошениям делают сношения с Гражданскими Начальствами об освидетельствовании, чрез кого следует, при Благочинном или Депутате с духовной стороны, удобности местоположения под новые церкви; а также количество поименно имеющих быть прихожан, соответствует ли оное указному положению, и точно ли приписываемые от других церквей к новой прихожане имеют неудобности и затруднения оставаться в приходе при прежних церквах.
  5. Когда по сим исследованиям причины к построению вновь церкви признаны будут уважительными: то Епархиальные Архиереи представляют о том дела с планами и фасадами Святейшему Синоду; по воспоследовании же от оного на построение церквей разрешения, планы со всеми при них приложениями доставляются установленным порядком в Министерство Внутренних дел; а по рассмотрении и утверждении оным и по возвращении в Синод, отсылаются из оного к Епархиальным Архиереям; по каковым планам и приступают прихожане к устроению церквей, но с тем, чтоб прежде заложения оных в селах отведено было к ним указное количество десятин земли для продовольствия Священно и церковно-служителей, а для жительства их вообще при новых церквах устрояемы были и удобные дома.
  6. При случае перестройки и починки церквей, которые требовать будут во многом перемены, а прихожан состоит указное количество, Преосвященные, по существующему порядку, не представляя Синоду, дают дозволения на оные от себя; но прежде того представляемые от прихожан планы и фасады препровождают из Консисторий в Департамент Государственного Хозяйства и Публичных зданий; а по утверждении оным и по возвращении в Консистории, отдаются для исполнения прихожанам; но ежели прихожан количество недостаточно, а по близости есть церкви прочные, и в причислении их к сим церквам препятствий не будет, то, дабы не умножать без нужды церковных причтов, упраздняя таковые церкви, приписывать прихожан к ближним церквам; в противном же случае, со всеми обстоятельствами, на основании изданных о таковых малоприходных церквах узаконений, представлять Святейшему Синоду.
  7. Ежели в церквах будут открываться починки, заключающие в себе поновление иконостаса, или переделку полов, печей, крылец, поправку штукатурки и выбеление, или выкрашение стен и кровель, и другие маловажные поправки, не требующие никакого соображения Архитектора; то оные дозволять Епархиальным Архиереям, не составляя для сего планов и прочаго, яко могущаго послужить к отягощению прихожан и излишней переписке. Наконец
  8. При построении вновь или перестройке и починке церквей приходских по планам, соблюдение всех мер, мною предположенных, оставить на попечении и ответственности прихожан; со стороны же местного Духовного Начальства зависеть должно только, чтоб по устроению церкви, внутренние и наружные украшения и прочие части соответствовали постановлениям о сем, в правилах Соборных и предписаниях из Святейшего Синода изложенным.
Мнение Управляющего Министерством.
Приняв в соображение обе вышеизложенные меры, Святейшим Синодом представленные, так и мною описанные, и рассуждая, что главная и единственная цель Высочайшего по сему предмету повеления, без сомнения, состоит в том, чтобы церкви вообще в Государстве строены были по планам и фасадам согласно правилам Архитектуры, и для того рассмотрение тех планов и фасадов возложено на Министерство Внутренних дел, я нахожу, что в сем отношении обе означенные меры совокупно исполнены быть могут; и потому, не касаясь в сем случае распоряжений Святейшего Синода, кои собственно касаются до правил церковных, я полагаю ограничить мое заключение тем, что принадлежит единственно к строительному художеству.
Меры, Святейшим Синодом полагаемые, различествуют от предложенных мною только в том, что в оных:
  1. Строение, переделка и починка приходских церквей по искусственной части оставляется на попечении и ответственности прихожан; а духовенство только заботиться должно о том, чтобы все части строения соответствовали Соборным и Синодальным правилам.
  2. Требуется, чтобы составлены были еще планы и фасады церквей, сообразно древним оных видам в России; и
  3. Дозволяется в Сибири Епархиальным Архиереям разрешать строение каменных и деревянных церквей без представления планов.
В рассуждении первого обстоятельства я считаю, что когда планы и фасады строению или переделке предварительно рассмотрены и одобрены Епархиальными Архиереями, или и Святейшим Синодом, а потом утверждены или исправлены в Министерстве Внутренних дел, разумеется в том только, что до искусственной части касается; то, согласно прежде изложенному мнению моему, вся важность состоять должна в том, чтобы строители ни малейше ни в чем не отступали от планов и фасадов; но сего не можно возложить на одних прихожан; и потому Г.г. Губернаторы, посредством Архитекторов, или других знающих людей имеют обязанность за тем наблюдать и свидетельствовать, как в означенном моем мнении в 7 статье сказано; а за сим уже местному Духовному Начальству нет нужды что либо в строении против планов и фасадов убавлять, прибавлять или переменять.
Что касается до второго, то есть, чтобы еще составить несколько планов и фасадов по видам древних церквей в России; то я уже сделал распоряжение, чтобы члены Строительного Комитета занялись сим предметом, и коль скоро, таковые планы и фасады будут изготовлены, я не оставлю представить о том Комитету Гг. Министров.
Относительно положения Святейшего Синода о строении церквей в Сибири, хотя действительно представление планов и фасадов, за отдаленностию мест, может произвесть немалое замедление; однако, по мнению моему, медленности избежать в сем случае удобно тем, если, вместо представления Министерству Внутренних дел, таковые планы и фасады будут от Епархиальных Архиереев препровождены к Гражданским Губернаторам для рассмотрения Губернских Архитекторов, по одобрению коих, и с согласия самих Губернаторов, производить строение каменное или деревянное».
Мая 24 (366) издан указ именный, объявленный Гражданским Губернаторам Управляющим Министерством Внутренних дел «О переведении из городов заведений, смрад и нечистоту производящих».
«По получении в Министерстве Внутренних дел от Гг. Начальников Губерний требованных циркулярным предписанием Управлявшего бывшим Министерством Полиции, покойного Графа Вязьмитинова, от 18 Октября 1818 года сведений о существующих по городам заведениях, смрад и нечистоту производящих, составлена и внесена была в Комитет Гг. Министров общая об оных заведениях ведомость. Комитет, усматривая из означенной ведомости, что заведения сии во многих городах внутри оных существуют и что Губернские Начальства большею частию представляют о переводе оных на другие места, полагал: дабы не расстроить хозяев тех заведений переносом всех их вдруг, дозволить оставить оные в настоящем положении; но при том предписать Губернским Начальствам отвести во всех городах для устроения заведений подобного рода, удобные места вне города, вниз по течению рек, и раздавать желающим в собственность безденежно с тем, чтобы, кроме сих мест, нигде более устраивать таковых заведений дозволяемо не было; хозяевам же тех заведений, которые уже существуют, назначить 10-летний срок, дабы они в продолжение сего срока перенесли свои заведения на вновь отведенные места.
В заседание 13 минувшего Апреля объявлено Комитету, что положение оного Высочайше утверждено».
Августа 25 (555) опубликовано положение «О производстве постройки боковых и поперечных заборов в домах на общий счет смежных владельцев».
«Правительствующий Сенат слушали: во-первых, предложение Г. Обер-Прокурора Журавлева, что по определению 1-го Департамента Правительствующего Сената, о поставлении правилом, чтобы постройка боковых и поперечных заборов в домах производима была на общий счет смежных владельцев, Г. Министр Юстиции вносил записку в Комитет Гг. Министров, который, признавая и с своей стороны означенное определение Правительствующего Сената правильным, полагал: на приведение оного в исполнение испросить Высочайшее соизволение. А в заседании 30 числа минувшего Июня объявлено Комитету что Государь Император на положение оного соизволяет О таковом Высочайшем соизволении он Г. Обер-Прокурор предлагал, вследствие данного ему Г. Министром Юстиции предписания, Правительствующему Сенату к надлежащему исполнению; и во вторых, справку, что Г. Управляющий Министерством Внутренних дел рапортом Правительствующему Сенату представлял, что Московский Генерал-Губернатор Г. Генерал от Кавалерии Князь Голицын в отношении своем к нему изъяснял, что многие из обывателей Московской Столицы входят в Комиссию для строений в Москве с прошениями, о понуждении смежных соседей к постройкам заборов, как боковых так и в задних поперечниках, если при оных находятся дворы смежных владельцев. Хотя по свидетельствовании Землемерами и Архитекторами с Полицейскими чиновниками таковых мест и понуждаются соседи к построению заборов, но они производят споры, и от того смежные дворы, оставаясь не загороженными, и владельцы, терпя неудовольствия, входят вновь с прошениями. По неимению на сей предмет законоположения Комиссия встречает затруднение, в чью обязанность поставить постройку заборов в задних поперечниках или боковых, и не может настоятельно действовать в понуждении. Поелику же каждого двора боковые и в задних поперечниках заборы служат обоюдно для соблюдения порядка и к уничтожению неудовольствия между владельцами, то Комиссия полагает, что сии заборы, кроме тех, которые выходят на проулки, улицы, или проезды, должны быть огорожены на общий счет смежных соседних владельцев, с дозволения делать таковые внутри дворов дощатые, бревенчатые и каменные или, если на то будет обоюдное согласие, и решетчатые; каковое мнение, по силе Высочайшего образования ее 5 Мая 1813 года, и представила для испрошения Высочайшего оному утверждения.
Г. Генерал от Кавалерии Князь Голицын, полагая и с своей стороны, что в помянутых местах заборы должны быть устраиваемы на общий счет смежных владельцев пополам, испрашивал по сему обстоятельству разрешения. Находя и с своей стороны заключение Московской Строительной Комиссии, одобренное и Г. Московским Военным Генерал-Губернатором, основательным, чтобы постройка у каждого двора боковых и в задних поперечниках заборов производима была впредь на общий счет смежных владельцев, с дозволением делать таковые в внутри дворов дощатые, бревенчатые и каменные, или, если на то будет обоюдное согласие, и решетчатые, он Управляющий Министерством Внутренних дел представлял о сем на утверждение Правительствующего Сената, с тем, не угодно ли для единообразного по сему исполнения предписать всем Начальникам Губерний. Правительствующий Сенат, утверждая вышеозначенное заключение Московской Строительной Комиссии, одобренное Г. Московским Военным Генерал-Губернатором, и мнение Г. Управляющего Министерством Внутренних дел, согласно оным определил: постройку у каждого двора боковых и в задних поперечниках заборов производить впредь на общий счет смежных владельцев с дозволением делать таковые внутри дворов дощатые, бревенчатые и каменные или, если на то будет обоюдное согласие, и решетчатые. Но не приводя сего определения в исполнение, предоставить Г. Министру Юстиции испросить на оное чрез Комитет Гг. Министров Высочайшее Его Императорского Величества разрешение, для чего в Департамент Министерства Юстиции сообщить, и сообщена была, с определения, копия. Приказали: о должном по означенному Высочайшему Его Императорского Величества соизволению исполнении к Г. Московскому Военному Генерал-Губернатору и в тамошнее Губернское Правление послать указы, каковыми предписать всем Начальникам Губернии и всем Губернским и Областным Правлениям и Правительствам и уведомить Г. Управляющаго Министерством Внутренних дел, а в Святейший Правительствующий Синод, во все Департаменты Правительствующего Сената и в Общие оных Собрания сообщить ведения».
Ноября 20 (685) Высочайше утвержден доклад Обер-Прокурора Синода — «О строении церквей в Грузии, Имеретии и Мингрелии, также у Горских, Осетинских и других народов».
«Высочайше утвержденным в 9 день Марта сего года положением Комитета Министров поставлены правила о строении церквей, равно и перестройке и починке оных, с изданием от Министерства Внутренних дел, для руководства в сих случаях, и особой книги под заглавием: Собрание планов, фасадов и профилей для строения каменных церквей.
В правилах сих между прочим повелевается:
  1. При каждом таковом предположении представлять Министерству Внутренних дел сведение о всех обстоятельствах построения церкви, как-то: в городе ли, или селении, внутри или вне обывательских жилищ; Соборная ли, приходская или при каком либо заведении, сколько должна она иметь приделов, теплая или холодная, на какое число людей она требуется, сколько и какого весу колоколов полагается при ней.
  2. Таковые сведения должны быть сопровождаемы планами, фасадами и подробными сметами на построение, с описанием местоположения и грунта земли под основание.
  3. Когда требуется перестройка, или починка церкви, то при доставлении плана и фасада оной, прилагать и подробное описание, в чем и каким образом положено ее исправить, или переменить.
  4. Если случится, что для предполагаемой церкви планы, фасады и сметы представлены духовному Начальству не будут, по неимению Архитектора, то оно по крайней мере обязано требовать описания всех вышеизложенных обстоятельств и настоящего грунта земли до известной глубины, и чтобы определено было в точности, до какой суммы может простираться издержка построения и какие по местным соображениям могут быть удобнейшие средства к приобретению материалов и рабочих людей, для составления по сим сведениям в Строительном Комитете надлежащих плана, фасада и сметы.
  5. При самом строении, если не возможно иметь для всегдашнего надзора Губернского, Городового, или другого аттестованного Архитектора, то по крайней мере непременно нужно, чтобы кто-либо из опытных в каменном строении людей, по засвидетельствованию Губернского или другого известного Архитектора, был к тому приставлен и чтобы такой Архитектор доставлял строителям нужные шаблоны и размеры, осматривая, сколько можно, производство работ и, по окончании оных, утверждая исправность и прочность оных своим свидетельством.
  6. При строении церквей в Сибири за отдаленностью мест и во избежание медленности при пересылке планов в Министерство Внутренних дел, повелевается доставлять таковые планы от Епархиальных Архиереев к Гражданским Губернаторам, для рассмотрения Губернских Архитекторов, по одобрении коих и с согласия самих Губернаторов, производить строение каменное, или деревянное.
По рассылке сих правил для повсеместного исполнения к Епархиальным Преосвященным, Экзарх Грузии, Архиепископ Иона вошел в Святейший Синод с представлением о затруднениях к исполнению оных, как по Грузии, Имеретии и Мингрелии, так и по ведомству Осетинской Духовной Комиссии.
Затруднения сии заключаются в следующем:
  1. По Грузии, Имеретии и Мингрелии. В Епархиях сих церкви, исключая немногих городских и сельских Соборов, не имеют по наружному своему виду даже признаков познания в нашей Архитектуре. Четыре небольшие стены, выведенные инде из кирпича, инде пополам с булыжником на извести или просто на глине, земляной потолок без кровли, как строятся обыкновенно там и дома обывателей, составляют наружный вид церкви. Внутреннего украшения вовсе никакого нет, так что вместо иконостаса служит заборник из досок, на коих повешено два или три образа и прилеплено несколько картин бумажных, а алтарные двери заменяет, и то не везде, лоскут бурмета. Грузинский народ, сколько по невежеству, столько, или еще более, по чрезвычайной бедности своей, выстроив в селении своем таким образом церковь и довольствуясь тем, что она есть, ни о наружном, ни о внутреннем благолепии ни мало не заботится и вкладов, исключая самых незначительных, в пользу ее не делает, так что даже необходимые в священнослужении вещи употребляет приходский Священник свои собственные. При запрещении жителям строить церкви простым их художеством должно опасаться, что они останутся без храмов Божьих. На счет Грузинских и Имеретинских церковных доходов производить строения приходских церквей также не возможно, потому, что доходы с их имений обращаются на жалованье Духовенству, чиновников и содержание Духовных Училищ; остатки же хранятся на непредвидимые надобности, а по Мингрелии доходы сии вовсе неизвестны, ибо там заведывает всем владетельный Князь Дадиан.
  2. Относительно церквей, строящихся по ведомству Осетинской Комиссии. Церкви сии строятся в Кавказских городах у новообращенных в Христианство Осетин и других народов по планам и фасадам, кои представляемы были в 1820 году на рассмотрение Святейшего Синода, и на счет временно отпускаемой по Высочайшим повелениям из казны суммы, которой употребляется на построение каждой церкви от 300 до 600 руб. серебром, смотря по местным обстоятельствам и ценам на материал. Каменщики и плотники употребляются на месте из среды самых Осетин. Они едва могут разбирать и нынешние простые планы. С изменением сих, понадобятся мастера, умеющие их разбирать. Таковых людей нельзя найти ни из горского народа, ни из числа самих священно и церковнослужителей Осетинских; живущие же в Грузии и других местах художники и каменщики не согласятся ехать и проживать в таких местах гор Кавказских, куда и власть Правительства или мало, или совсем еще не простирается, где предстоит всегда почти опасность быть ограбленным и даже лишиться жизни и где самые священники во время смятений принуждены оставлять свои приходы и возвращаться не прежде, как по водворении спокойствия. По сим причинам не представляется никакой возможности исполнить вышеозначенные правила как в составлении плана, или описания грунта земли и издержек, на построение церкви потребных, так и при производстве и освидетельствовании самого строения по составленным в Строительном Комитете планам. Сверх того и самые издержки, на построение там церквей употребляемые, должны весьма увеличиться, как за недостатком нужных материалов, так и за неимением рабочих людей, ибо горские жители вообще народ ленивый, беспечный и своевольный, и хотя некоторые из них соглашаются работать, но за дорогую цену и при том непостоянно каждый день, а когда сколько времени кто захочет; из-за чего строение Осетинских церквей, в которых, с умножением числа верующих, увеличивается потребность, может быть продолжительно и сопряжено с большими, неудобствами.
Святейший Синод, приняв в уважение представленные Экзархом Грузии затруднения в строении церквей по правилам, 9 Марта сего года Высочайше утвержденным, полагает: в Грузии, Имеретии, Мингрелии, также у горских Осетинских и прочих народов разрешить строение церквей по прежнему простой Архитектуры. Но дабы Высочайшую волю о строении церквей по планам и фасадам, согласно правилам Архитектуры, исполнить, то предоставить Экзарху Грузии, вместе с тамошним Гражданским Правительством вводить сии правила исподволь и постепенно сперва в Грузии, Имеретии и Мингрелии, и когда дикие горские народы просветятся и нравы их смягчатся, то и по ведомству Осетинской Духовной Комиссии. При чем не должно прибегать к требованиям и настояниям у прихожан, но употреблять благоразумные убеждения; в случае же согласия их, планы с фасадами составляемы быть должны Тифлисским Губернским Архитектором сообразно состоянию жителей и способам, какие от них могут быть доставлены, без их отягощения, а за тем делать исполнения по ним, не испрашивая каждый раз на то разрешения Святейшего Синода и не представляя, ни планов, ни фасадов на рассмотрение Министерства Внутренних дел (как то и для Сибири поставлено).
О таковом предположении Святейшего Синода, по поручению оного, я имею счастие представить на Высочайшее Вашего Императорского Величества благоусмотрение. Резолюция. Весьма справедливо».
Декабря 7 издан указ, (732) именный, объявленный Гражданским Губернаторам Управляющим Министерством Внутренних дел с препровождением рисунка новых плат-форм.
«Начальник Главного Штаба Его Императорского Величества, Г. Генерал-Адъютант Барон Дибич, препровождая ко мне экземпляры разосланных по Высочайшему повелению по Военному ведомству вновь утвержденных рисунков, по которым должны быть устроены во всех местах плат-формы для четырех различных караулов, как-то: для главной гауптвахты, офицерского и унтер-офицерского караулов и для караула у застав, требует разослать оные Гг. Гражданским Губернаторам для распоряжения со стороны их о устройстве, где следует, от Гражданского ведомства плат-форм по новым образцам.
Вследствие сего, я честь имею препроводить у сего экземпляр вышеупомянутых рисунков для распоряжения со стороны вашей о устройстве по городам вверенной вам Губернии плат-форм по сим образцам».
Декабря 31 опубликован указ (794) именный, объявленный Гражданским Губернаторам Управляющим Министерством Внутренних дел «О доставлении сведений об остатках древних зданий в городах и о воспрещении разрушать оные».
«Государь Император Высочайше повелеть мне соизволил, собрать немедленно следующие сведения по всем Губерниям: 1) В каких городах есть остатки древних замков и крепостей, или других зданий древности, и 2) В каком они положении ныне находятся? Воля Его Величества в то же время есть, чтобы строжайше было запрещено таковые здания разрушать; что и должно оставаться на ответственности Начальников городов и местных Полиций.
Государю Императору угодно, дабы я, получая сии сведения, доносил о них Его Величеству, по мере поступления их из каждой Губернии.
Буде есть возможность снять с таковых зданий планы и фасады в нынешнем их положении; то сие Его Величеству весьма желательно.
Для приведения сего Высочайшего повеления со стороны Вашего Превосходительства в точное и непременное исполнение, я прошу вас, Милостивый Государь, принять немедленно все зависящие от вас меры. При сем вам нужно будет приказать отыскать в Архивах, от Губернских Присутственных мест зависящих, и в записках Городских прежних времен, и потребовать от других Начальств, какого бы звания ни были, подробных сведений о всех вышеупомянутых зданиях: а) когда и кем оные строены, или перестроены; б) по какому случаю или для какого намерения; в) если они не полны, то сколько, когда и почему они разрушены; г) из каких материалов строены; д) какие в них достойные примечания, или отличные от обыкновенных вещи или части оных находятся; е) в каком они теперь положении, в чьем ведении и для чего употребляются; и наконец, можно ли их поддержать починкою, не переменяя их древних планов и фасадов.
Сведения таковые, вероятно, могут быть получены и от частных лиц, а особливо владельцев тех мест, где древние здания или остатки находятся, почему весьма полезно было бы в таких случаях войти в сношение с сими лицами и приличным образом просить их о содействии в сих полезных открытиях.
Что касается до планов и фасадов сих зданий, кои Его Императорскому Величеству особенно иметь угодно; то я прошу Ваше Превосходительство поставить в обязанность Губернского и Городских Архитекторов, где оные есть, и пригласить других знающих в снятии планов и фасадов людей, чтобы, по мере открытия сих древностей, планы оных и фасады аккуратно были составляемы, и чрез вас ко мне присылаемы, если не вместе с вышеизложенными сведениями, которые нужно немедленно мне доставить, то по крайней мере вслед за ними.
«Высочайше утвержденным в 9 день Марта 1826 года положением Комитета Министров постановлены правила о построении, перестройке и починке церквей, как на счет казны, так и на счет прихожан.
В правилах сих между прочим повелевается:
  1. При каждом таковом предположении, представлять Министерству Внутренних дел сведения о всех обстоятельствах построения церкви, как-то: в городе ли или селении, внутри или вне обывательских жилищ, Соборная ли, приходская, или при каком либо заведении, сколько должна она иметь приделов, теплая ли, или холодная, на какое число людей она требуется, сколько и какого весу колоколов полагается при ней.
  2. Таковые сведения должны быть сопровождаемы планами, фасадами и подробными сметами на построение, с описанием местоположения и грунта земли под основание.
  3. Когда требуется перестройка или починка церкви, то при доставлении плана и фасада оной, прилагать и подробное описание, в чем и каким образом положено ее исправить, или переменить.
  4. Ежели случится, что для предполагаемой церкви плана, фасада и сметы представлено Духовному Начальству не будет, по неимению Архитектора, то оно, по крайней мере, обязано требовать описания всех вышеизложенных обстоятельств и настоящего грунта земли до известной глубины, и чтобы определено было в точности, до какой суммы может простираться издержка построения, и какие по местным соображениям могут быть удобнейшие средства к приобретению материалов и рабочих людей, для составления по сим сведениям в Строительном Комитете надлежащих плана, фасада и сметы.
  5. При самом строении, если невозможно иметь для всегдашнего надзора губернского, городового, или другого аттестованного Архитектора, то, по крайней мере, непременно нужно, чтобы кто-либо из опытных в каменном строении людей, по засвидетельствованию губернского или другого известного Архитектора, был к тому приставлен, и чтобы таковой Архитектор доставлял строителям нужные шаблоны и размеры, осматривая, сколько можно, производство работ, и, по окончании оных, утверждая исправность и прочность оных своим свидетельством.
  6. При строении церквей в Сибири, за отдаленностию мест и в избежание медленности при пересылке планов в Министерство Внутренних дел, повелевается доставлять таковые планы от Епархиальных Архиереев к Гражданским Губернаторам, для рассмотрения Губернских Архитекторов, по одобрению коих и с согласия самих Губернаторов, производить строение каменное или деревянное.
По рассылке сих правил для повсеместного исполнения к Епархиальным Архиереям, Экзарх Грузии, нынешний Митрополит Иона, вошел в Синод с представлением о затруднениях к исполнению оных, как по Грузии, Имеретии и Мингрелии, так и по ведомству Осетинской Духовной Комиссии; и Синод, приняв в уважение представленные затруднения, полагал: в Грузии, Имеретии, Мингрелии, также у Горских, Осетинских и прочих народов разрешить строение церквей по прежнему простой архитектуры. Но дабы Высочайшую волю о строении церквей по планам и фасадам, согласно правилам Архитектуры, исполнить, то предоставить Экзарху Грузии, вместе с тамошним Гражданским Правительством вводить сии правила исподволь и постепенно сперва в Грузии, Имеретии и Мингрелии, а когда дикие Горские народы просветятся и нравы их смягчатся, то и по ведомству Осетинской Духовной Комиссии. При чем не должно прибегать к требованиям и настояниям у прихожан, но употреблять благоразумные убеждения; в случае же согласия их, планы с фасадами составляемы быть должны Тифлисским Губернским Архитектором сообразно состоянию жителей и способам, какие от них могут быть доставлены, без их отягощения; а затем делать исполнения по ним, не испрашивая каждый раз на то разрешения от Синода и не представляя ни планов, ни фасадов на рассмотрение Министерства Внутренних дел, как то и для Сибири постановлено. Таковое положение Синода Ваше Императорское Величество прошлого 1826 года Ноября 20 дня соизволили признать «Весьма справедливым» и для должного по оному исполнения предписано из Синода Экзарху Грузии указом. За тем:
  1. Синодальный Член Филарет, Митрополит Московский, представил Синоду, что как главная и единственная цель последовавшего по сему предмету Высочайшего повеления состоит в том, чтобы церкви вообще в Государстве строены были по планам и фасадам, согласно с правилами Архитектуры; но в Москве имеется Комиссия для строений, в которой доныне предварительно рассматриваемы были планы и фасады церквей, строящихся как в Москве, так и в уездах; а от Епархиального Начальства каждый раз предписываемо было, чтобы строение производилося под надзором Архитекторов и других знающих сие искусство людей: то из сего видно, что Высочайшая воля, касательно строения церквей по правилам Архитектуры как доныне была, так и впредь может быть в Московской Епархии исполняема в точности без представления планов и фасадов в Министерство Внутренних дел: а потому просит о исходатайствовании Высочайшего дозволения строить церкви в Московской Епархии по рассмотрении планов в Комиссии для строений в Москве, по предмету, с соблюдением во всем прочем изданных на таковой случай узаконений. К таковому представлению убеждает его Митрополита: во-1-х, то, что когда есть ближайший местный способ исполнить Высочайшую волю о правильном и прочном строении церквей, в таком случае представление планов в Министерство послужило бы только к обременению Начальства и к ненужному продолжению дел о построении церквей; во-2-х, то, что представление в Министерство планов не только на построение, но и на перестройку и на починку церквей, как требуется положением Комитета Министров, произвело бы новое затруднение в приведении церквей в лучшее устройство, а в прихожанах, особенно сельских церквей, в одних ропот по недостатку рассуждения, а в других охлаждение по умножению препятствий в предприятиях усердия, и в-3-х, то, что как по вверенной ему Епархии, кроме ветхих каменных, находится деревянных церквей: городских 6, а сельских 293, и на побуждение к исправлению ветхих и к построению новых сельские прихожане отзываются не редко бедностию и трудностию дела, то при умножении в делах сего рода форм, оные продолжающих и затрудняющих, должно опасаться со стороны сельских прихожан еще большей недеятельности, а за тем и недостатка в потребном числе сельских церквей, по количеству прихожан и по расстоянию мест.
  2. Синодальный Член Серафим, Митрополит Новгородский и Присутствующие в Синоде: Филарет, Архиепископ Рязанский и Григорий, Епископ Калужский, словесно объявили, что затруднения, изъясненный в двух последних пунктах вышепрописанного представления Митрополита Московского и по вверенным им Епархиям имели они уже случаи замечать; и если о таковых же затруднениях не вступило еще большего числа представлений от других Епархиальных Архиереев то сие, как полагать должно, происходит от предстоящего им самим затруднения входить особенными представлениями против распоряжения общего.
  3. Ириней, Епископ Пензенский, представляет между прочим Синоду, что при запрещении строения деревянных церквей, многие из жителей вверенной ему Епархии лишены возможности строить оные каменным зданием, по неимению нужных материалов, ибо во всей луговой стороне Саратовской Губернии глины для делания кирпича, дров на обжигание оного, камня для бута, также песку и извести совсем не находится. Жители сего края, переселившиеся из других Губерний и составляющие несколько десятков тысяч, принуждены по сим обстоятельствам Ездить за священниками, для исправления необходимых треб, верст за 50 и более; слушания же Божественной Литургии и прочих молитвословий совсем лишаются. Посему необходимо признает Епископ Пензенский, чтобы по всей луговой стороне реки Волги дозволить строить без излишка архитектурных украшений деревянные церкви, коих планы и фасады не подвергать рассмотрению Строительного Комитета, а признавать достаточным одно свидетельствование их Губернскими Архитекторами. Синод, находя вышеизложенный представления о затруднениях, встречающихся в построении церквей по правилам Высочайше утвержденного в 9 день Марта 1826 года положения Комитета Гг. Министров, уважительными, и при том приемляя в рассуждение, что доставление планов, фасадов и смет на построение церквей из всех мест Государства в один Санкт-петербургский Строительный Комитет Министерства Внутренних дел, на его рассмотрение при всей деятельности участвующих в сем Присутственных мест, по необходимости сопряжено с большею против прежнего медленностию и затруднительностию в ходе сего рода дел, особенно в тех случаях, когда Строительный Комитет найдет нужным требовать дополнительных сведений с места; и что медленность сия в отношении к перестройке и починке обветшавших церквей, если заставит потерять одно только лето, может сопровождаться опасностию гораздо большего повреждения и самого падения зданий, и долговременного остановкою Богослужения в обветшавшей церкви, — по вышеизложенным обстоятельствам полагает:
  1. По правилам, Высочайше утвержденным в 9 день Марта 1826 года, производить строение тех только церквей, которые созидаются казенным иждивением.
  2. При строении, перестройке и починке церквей на иждивении прихожан, в избежание медленности и затруднений, планы и фасады на оные в Министерство Внутренних дел не посылать, а производить построение, перестройку и починку церквей по планам, рассмотренным: в Столичных городах существующими для сего Присутственными местами, каковы суть: в Санктпетербурге Строительный Комитет, а в Москве Комиссия строений; в прочих же городах и селениях местными Губернскими или другими аттестованными Архитекторами.
  3. От Епархиального Начальства каждый раз предписывать, чтобы строение в точной сообразности с утвержденным планом и фасадом производилось под надзором Архитектора или другого сведущего и опытного в правильном и прочном построении человека.
  4. Для бедных селений, которые не имеют удобства доставать материалы для каменного здания, и в которых существование церквей особенно нужно, дабы тем надежнее предохранять Православных от совращения в расколе, разрешить построение деревянных церквей, с соблюдением впрочем правильности приличия в планах и фасадах, и с таким ограничением, чтобы Епархиальные Архиереи не давали такового разрешения сами собою, но каждый раз представляя, получали оное от Синода, по дознании необходимой в том надобности.
  5. Дабы удобнее и в тех Губерниях, где еще недовольно сведущих и опытных Архитекторов, ввести строение церквей правильное: издать и разослать по Епархиям для руководства собрание планов и фасадов церквей, составленных по наилучшим и преимущественно древним образцам церковной архитектуры, с должным приспособлением к потребности и обычаю Православные Церкви.
Всемилостивейший Государь! Синод, предполагая сии облегчительные меры для поддержания общественного усердия к созданию и благоустроению церквей в числе, сообразном с потребностию общественного Богослужения, всеподданнейше испрашивает на оные Высочайшего Вашего Императорского Величества указа.
Резолюция. Проекты на сооружение новых церквей в Губернских и уездных городах представлять в Министерство Внутренних дел, а впрочем быть по сему».
Июля 30 (2192) — указ Сенатский, с прописанием Высочайше утвержденного положения Комитета Министров.— «О правилах для построения частных домов в городах».
«Правительствующий Сенат слушали рапорт Г. Министра Внутренних дел, что в прошедшем 1827 году, по Высочайшему повелению, препровождены к Управляющему Министерством Внутренних дел, Г. Действительному Тайному Советнику Ланскому, дошедшие до Его Императорского Величества сведения о некоторых упущениях и неудобствах, открывшихся при построении частных домов в городах, особенно в отношении к плоским тесовым кровлям на оных:
  1. Что при выдаче фасадов на построение в городах частных домов назначают, на основании циркулярного отношения бывшего Министра Полиции, Генерал от Инфантерии Балашова, от 23 Ноября 1811 года, чтобы вышина кровли была не более 1/4 части ширины строения, и что в сем случае ссылаются на Высочайше конфирмованные фасады, представленные означенным Министром; но как все почти дома в Губернских городах и особенно в уездных, кроются тесом и редко хорошим, то из опытов находят, что таковая плоская, крытая тесом кровля пропускает течь и долго держит на себе снег, которого в провинциях не сметают.
  2. Что посему кровля таковая весьма непрочна и скоро согнивает; по уважению чего всякий строящийся отступает от выданного ему фасада, делает кровлю выше и большею частию дает ей вышину 1/3 части ширины строения.
  3. Что при сем бывают часто немалые упущения и злоупотребления со стороны градской Полиции, так, что если поверить строения, после утвержденных фасадов выстроенные, то едва ли десятая доля найдется с деревянными кровлями зданий, в коих соблюден размер выданного фасада.
  4. Что поставление плоских крыш произвело новую отрасль к злоупотреблению, и тем более вредную, что отступление от Высочайше конфирмованных фасадов дозволяется под видом необходимого и как бы справедливого снисхождения в пользу обывателей; от чего рождаются понятия, что при постановлении размера плоских крыш было в виду только красивость строения без соображения с выгодами обывателей и с возможностию строить оные по недостатку в провинциях хороших плотников. Для отвращения описанных злоупотреблений по Полиции там, где оные замечены, и для предупреждения в других местах, Управляющий Министерством Внутренних дел от 21 Генваря сего 1828 г. дал циркулярное предписание Начальникам Губерний, о принятии всех зависящих от них мер к ограждению жителей городов от притеснений.
Между тем признано необходимо нужным войти в рассмотрение и тех самых предписаний, которые в 1811 году были сделаны и по коим при рассылке Высочайше конфирмованных фасадов домам требовалось, чтобы крыши на оных были известной вышины; почему поручено было обстоятельство сие соображению Строительного комитета, который, по рассмотрению дела о способах к облегчению обывателей относительно устройства крыш на домах, и руководствуясь многими опытами, нашел, что предназначенная по Высочайшему повелению, объявленному в циркулярном предписании бывшего Министерства Полиции 23 Ноября 1811 года, высота крыш в 4-ю часть против широты строения на обывательских домах, крытых тесом, есть ближайшая к соблюдению красоты зданий и для прочности, если употребляется добротный тес и кровли красят маслиною краскою, без чего и самые крытые крыши подвергаются преждевременному повреждению. Но, дабы соединить приятность вида строений с возможными выгодами обывателей, Строительный Комитет составил следующие правила:
1) наблюдение со стороны местного Начальства за устройством в надлежащей пропорции крыш, должно относиться единственно к тем строениям, которые ставятся по линии улиц; на строениях же, внутри дворов состоящих, особенно жилых и нежилых служб, высоту крыш могут определять сами хозяева домов, по собственным своим соображениям и выгодам. 2) На всех строениях, по линии улиц устраиваемых, если таковые строения не имеют на фасадах правильных Архитектурных украшений, как-то: колонн, пилястр и фронтов, дозволить строить кровли, крытые тесом, высотою в две седьмых части противу ширины самого строения, не включая в ширину строения карнизов, а высоту крыши считать с поперечных связей, в которые укрепляются строительные ноги, 3) На домах, имеющих ширину не более четырех сажен, следует позволить иметь высоту крыш в одну треть ширины строения, по уважению, что на сих малых строениях возвышение таковое неприметно и нужно для чердака. 4) В прочих же случаях выше двух седьмых частей широты строения крыш не дозволяется строить, в отвращение безобразия. 5) Обывателям, которые желают иметь на своих домах кровли вышеизложенной высоты, выдавать фасады без фронтонов, колонн и пилястр. 6) Обыватели, желающие строить дома с колоннами, либо пилястрами, обязаны устраивать крыши тесом крытые, высотою не выше 4 части ширины строения, дабы строения не представляли безобразного вида. 7) Обыватели, которым угодно будет иметь дома с фронтонами, должны устраивать на оных крышу высотою, назначенною на фасаде. 8) Заводские и фабричные строения должны быть вовсе изъяты из правил как на счет фасадов, так и высоты крыш: ибо наружный вид сих строений должен соответствовать внутреннему расположению, приспособляемому к потребностям заведения. Признав таковые предположения Строительного Комитета основательными, он Г. Министр Внутренних дел входил с представлением в Комитет Г.г. Министров, чтобы, для избежания всяких недоразумений со стороны местных Полиций и даже самих Губернских и городских Архитекторов, правила сии утвердить и потом обнародовать повсеместно для надлежащего наблюдения. Комитет Г.г. Министров, соглашаясь с заключением его Министра Внутренних дел, полагал: изъясненные в представлении его вышеизложенные правила утвердить, и для надлежащего наблюдения предоставить Правительствующему Сенату обнародовать оные повсеместно. Таковое положение Комитета Государь Император 3 сего Июля Высочайше утвердить соизволил. В следствие такового Высочайшего повеления, он Министр Внутренних дел представляет о сем для зависящего со стороны Правительствующего Сената распоряжения. Приказали: для должного по означенному Высочайше утвержденному Его Императорским Величеством положению Комитета Гг. Министров исполнения, повсеместного обнародования и надлежащего сведения, во все Губернские и Областные Правления, Правительства и Присутственные места, также к Гг. Министрам, Исправляющему должность Государственного Контролера, Военным Генерал-Губернаторам, Градоначальникам и Войска Донского Наказному Атаману послать указы; а в Святейший Правительствующий Синод, во все Департаменты Правительствующего Сената и в Общие оных Собрания сообщить ведения».
Августа 21 (2249)—указ Сенатский «О представлении к свидетельству построек и починок казенных зданий, планов, фасадов, смет и счетов, с документами о издержанных для того суммах»:
«Правительствующий Сенат в Общем Собрании первых трех Департаментов слушали записку из дела, относительно требования Астраханскаго Гражданского Губернатора о пересылке к нему подлинных шнуровых книг или тетрадей для освидетельствования по оным произведенных тамошним Вице-Губернатором казенных построек. Приказали: находя изъясненные в рапорте Управлявшего Министерством Внутренних дел причины, о неудобности требовать взнесенных уже в Казенные Палаты шнуровых книг или тетрадей с документами об издержках на какие-либо казенные строения, уважительными, Правительствующий Сенат, согласно мнению Управлявшего Министерством Внутренних дел, полагает: всем Казенным Палатам, Губернским Правлениям и Гражданским Губернаторам предписать, чтобы при свидетельстве построек и починок казенных зданий, на основании указа Правительствующего Сената 7 Февраля 1812 года, представляемы были свидетельствующим лицам не только планы, фасады и сметы для построек или починок утвержденные, но и действительные счеты издержанных для того сумм с документами, в случае же, если таковые счеты представлены в Казенные Палаты для ревизии, Начальники, под ведением коих строение происходило, имеют от производителей строений требовать копий тех счетов и документов, кои должны быть сверены с подлинными, находящимися в Казенных Палатах, и по тем копиям приказать совокупно с планами и сметами свидетельствовать произведенные строения».
Ноября 12 1828 г. (2423) воспоследовала Высочайшая резолюция на доклад Министра Внутренних дел — «О планах казенным зданиям, кои должно представлять на Высочайшее усмотрение, и какие дозволяется утвердить Министру». «Вашему Императорскому величеству благоугодно было, чрез Статс-секретаря Муравьева 6 сентября 1827 года, Высочайше повелеть Министру Внутренних дел представлять на благоусмотрение Вашего величества составляемые и рассматриваемые здесь в Строительном Комитете планы всем новым или перестраивающимся казенным зданиям.
С того времени сия Высочайшая воля исполняется неупустительно
.
В Строительный Комитет поступают к рассмотрению планы зданиям не только подведомственным сему Министерству, которые строятся на счет казны, но и по таким, кои принадлежат другим ведомствам, и содержатся из других сумм.
Из сих зданий многие действительно служат не только к пользе, но и к красоте мест, где оные возводятся; но большая часть из них, кроме необходимости, не могут представлять и не требуют особенного внимания в Архитектурном отношении, и вся сущность их состоит в том, что бы были поставлены в приличных местах; так например: магазины, цейхгаузы, этапные тюрьмы, кладовые и проч. и особливо, когда сии здания строятся в отдаленных уездных городах, и большею частью единообразно. Сверх того для Губернских и многих других зданий имеются уже образцовые планы и фасады Высочайше утвержденные; да и для всех вообще в городах частных домов изданы равномерно конфирмованные фасады, с коими и казенные должны сообразоваться по возможности.
Представление всех вообще таких и подобных планов на Высочайшее благоусмотрение Вашего Императорского величества, по многочисленности их, с одной стороны, без особой надобности может обременить Высочайшую Особу Вашего величества, а с другой, необходимо производить переписку, удерживающую часто исполнение по оным.
По сей причине осмеливаюсь всеподданнейше представить, не соблаговолите ли, Всемилостивейший Государь, повелеть из рассматриваемых или составляемых в Строительном Комитете планов, представлять на усмотрение Вашего Величества только те, кои не по утвержденным планам делаются, или на такие здания, кои важностию своею или расположением составляют значительный предмет издержек и общественной пользы, или могут служить украшением города.
Резолюция. На подлинном рукою Министра Внутренних дел написано: Высочайше повелено представлять к Государю Императору только такие планы, которые составлены с отступлением от изданных образцов, и планы на важные здания, требующие значительных издержек, особенно же на помещаемые около площадей и главных улиц города; но все прочие, как на возведение новых, так и на исправление старых зданий, разрешать Министру после того, как планы на то и другое будут рассмотрены в Строительном Комитете с особенным вниманием и рачением, под собственною ответственностью его за всякое упущение. При сих же действиях Строительный Комитет обязан принимать в руководство не токмо Высочайше одобренные образцы, но и Высочайше сделанные доселе на разные планы замечания».
Ноября 15 (2431). Именный, объявленный Министром Внутренних дел Гражданским Губернаторам. «О представлении в Министерство Внутренних дел, вместе с планами строений, планов тех же мест, на коих предполагается постройка казенных зданий».
«Планы и фасады на постройку в Губерниях воинских помещений и других казенных зданий, представляемые от Гражданских Губернаторов в Министерство Внутренних дел, по одобрении оных Строительным Комитетом сего Министерства, вносятся от меня, сообразно Высочайшей воле, на благоусмотрение Его Императорского величества.
Государь Император, при рассмотрении планов и фасадов на некоторые из таковых зданий, Высочайше изволил отозваться, что не видно, на каком месте оные строиться должны, и посему повелеть соизволил: впредь представлять всегда план части улицы или квартала, чтобы можно было судить о приличии фасада. Сообщая Вашему Превосходительству таковое Высочайшее повеление, поручаю вам принять оное к непременному исполнению при всяком случае, когда будут представляемы от вас планы и фасады на постройку каких-либо казенных зданий».
1829 г. Предоставлено Начальникам Губерний утверждать постройки на счет городских сумм до 1.000 р. и разрешен для г. Керчи кредит в 50.000 р. из Государственного Казначейства; утверждены планы областному городу Омску, Шадринску, Кунгуру и Екатеринбургу, пермской, Чебоксарам, Свияжску, Ядрину и Чистополю, Казанской губернии. Кроме того, в Москве разграничены вновь городския части, а в С.-петербурге учреждена Комиссия для осушения его окрестностей.
Март. 26 (2770). Сенатский, с прописанием Именнаго — «О постановлении правилом, чтобы все Архитекторы, строящие казенные здания, непременно руководствовались в составлении смет на материалы и работы строгою справедливостию».
«Правительствующий сенат слушали предложение Г. Управляющего Министерством Юстиции Князя Дол горукого, что Г. Управляющий Главным Штабом Его Императорского Величества от 4 сего Марта сообщил ему, что Государь Император, при рассмотрении объяснения учрежденной под председательством Г. Московского Военного Генерал-Губернатора Следственной Комиссии, производившей изыскание о ветхости, открывшейся в Старо-Сенатском доме в Москве во время самой перестройки оного, и при сочинении плана и сметы на исправление незамеченной, между прочим соизволил Высочайше утвердить мнение оной Комиссии, коим она полагает постановить правилом, чтобы все Архитекторы, строящие казенные здания, непременно руководствовались в составлении смет на материалы и работы строгою справедливостию и тщательным наблюдением прямой точности во всех необходимо нужных к тому отношениях, и чтобы впредь, не полагаясь на односторонние сметы составлявшего оные Архитектора, поручать делать оным поверку посторонним Архитекторам, требуя от сих последних определительного удостоверения, что те сметы поверяемы были по правилам, предписанным в Высочайше утвержденном 15 Генваря 1825 года положении о количестве материалов, какое назначать должно при составлении смет на постройку домов, в случае же неправильного их удостоверения, возлагать на них строгую ответственность по законам, а начальствующим лицам вменить в обязанность на составление смет обращать с их стороны строгое внимание, так как учреждение с торгов цен на работы всегда основывается на сметах. О таковом Высочайше утвержденном мнении Комиссии, он Г. Управляющий Министерством Юстиции предлагает Правительствующему Сенату для объявления об оном повсеместно к исполнению, препровождая при сем доставленное к нему в выписке помянутое мнение Комиссии. Приказали: о должном исполнении означенного Высочайшего Его Императорского Величества повеления, всем Губернским и Областным Правлениям и Правительствам, Присутственным местам, Гг. Министрам, Военным Генерал-Губернаторам, управляющим гражданскою частию, Генерал-Губернаторам и Гражданским Губернаторам предписать указами; а в Святейший Правительствующий Синод, С.-Петербургские и Московские Сената Департаменты и Общие оных Собрания сообщить ведения».
Мая 3 (2857) Именный, данный Министру Внутренних дел. — «О порядке производства дел по Министерству Внутренних дел. — С приложением данных оному в руководство таблиц: о делах, следующих непосредственно на Высочайшее усмотрение, о долженствующих поступать в Комитет Министров и о представляемых окончательному разрешению Министра Внутренних дел».
«Рассмотрев поднесенную вами докладную записку об уменьшении числа дел, Мне представляемых или вносимых в Комитет Министров, Я признал сообразным с пользою службы и с целью учреждения Министерств, предоставить собственному вашему разрешению некоторые из тех, кои поименованы в приложенных к оной записке расписаниях.
В следствие сего составлены из расписаний сих три таблицы, кои препровождаю у сего с тем: чтоб вы приняли оные в руководство для окончания доходящих до вас дел, свойственным каждому порядком. В сих таблицах означены: 1) дела, следующие непосредственно на Мое усмотрение. 2) Долженствующие поступать па Мое усмотрение чрез Комитет Министров; и 3) предоставляемый окончательному вашему разрешению. Но в последнем случае таковые разрешения должны быть объявляемы не от Моего имени, но как действия собственной вашей власти, на основании сего указа.
Таблица II. Означение дел, которые долженствуют поступать на Высочайшее усмотрение чрез Комитет Министров.
IV. По Департаменту Государственного Хозяйства и Публичных зданий.
§ 33. Передача ненужных казенных зданий из ведомства Министерства Внутренних дел в другое ведомство.
§ 34. Сооружение общественных монументов.
V. По Департаменту Полиции Исполнительной.
§ 39. Снисхождение к частным лицам, коих домы по планам городов подлежали бы сломке».
1830 г. Состоялось постановление об учреждении Строительного Комитета в Керчи, в распоряжение которого ассигновано, для пособия жителям, 30.000 р. из Государственного Казначейства заимообразно на 25 лет; планы утверждены для г. Томска, Енисейска, Богуруслана и Горбатова. По строительной части самого Министерства издан штат Комиссии для возведения нового для него здания у Чернышева моста. Дом, в котором помещалось тогда Министерство, находился у Синего моста на самом углу Нового переулка, потом он был занимаем Министерством Государственных Имуществ, наконец продан частному лицу, совершенно перестроен, или вернее сказать, разрушен, а на место его возведен другой дом.
Октября 27 (По сему положению последовало 30 Ноября циркулярное предписание Управляющего Министерством Внутренних Дел Гражданским Губернаторам следующего содержания: В 27 день Октября текущего года удостоено Высочайшей конфирмации, рассмотренное в Комитете Г.г. Министров, Положение о устроении селений, с примерными планами. Государь Император найдя, что Положение сие, заключая в себе подобные правила о расположении крестьянских дворов и всех на оных строений, не представляет в исполнении никаких особенных удобств, для вящего удостоверения в том на самом опыте, Высочайше повелеть изволил: 1) В разрешение затруднений, встречающихся при исполнении правил, в 1817 году (13 Декабря) изданных, препроводить к Начальникам Губерний по одному экземпляру означенного Положения с тем, чтобы они, не делая по Положению сему никаких формальных предписаний, имели оное для собственного своего руководства при исполнении правил 1817 года, в случае построения новых селений, или возобновления оных после пожаров; для лучшего же усмотрения, каким образом селения могут быть располагаемы там, где местное положение не позволит располагать оные по планам, изданным в 1817 году, рассылать планы ныне сочиненные. 2) Фасады разных сельских строений напечатать, или отлитографировать и препроводить также к Начальникам Губерний, дав им знать, что оные издаются не в том предположении, чтобы непременно должно было следовать им при производстве строений, но единственно дабы по оным могли строить сельские жилища, кои того пожелают. 3) Планы и фасады сии дозволить продавать частным людям совокупно, и по листам, подобно тому, как продаются планы и фасады городских строений. Вследствие такового Высочайшего Его Императорского Величества повеления, препровождая у сего к вашему экземпляр Высочайше конфирмованного Положения для устроения селений, и предлагая о исполнении ст. 1-ой оного Высочайшего повеления по сему предмету, нужным почитаю уведомить, что о напечатании планов селениям и фасадов разных сельских строений сделано будет от Министерства Внутренних дел распоряжение и экземпляры оных доставятся и к вам, Милостивый Государь, по отпечатании.)
(4037). Высочайше утверждено Положение для устроения селений.
4. Ширина улиц, особливо в селениях при больших дорогах, определяется вообще не менее 10 сажен. Если же местоположение не позволит сохранить сию широту между двух линий строения, то строение назначать с одной только стороны.
7. Переулки и проезды между гнездом должны быть в 6 сажен шириною.
16. В тех селениях, в коих по местоположению представится неудобство иметь площадь, церкви строить в приличных местах на больших проезжих улицах наблюдая, чтобы строение как крестьянские, так и все другие не менее как в 20 саженях со всех сторон от церквей были располагаемы.
21. Гнезда составлять не более как из 2, 4, 6 и 8 дворов смотря по количеству земли вообще для всего селения определенной и местной удобности.
50. Бани, кузницы или горны устраивать вне усадьб, располагая оные, где имеются водяные урочища, на самых берегах рек, озер и оврагов, или при колодцах нарочно для того вырытых в отдаленности от усадьб.
51. Сушильни для сушки фруктов и все сего рода строение, в коих нужен продолжительный огонь, располагать равномерно вне усадьб.
59 При составлении планов наблюдать сколько возможно, дабы главнейшие строение как-то: каменные гостиные дворы, больницы, школы, Волостные Правления, равно как и самые крестьянские домы не были, без особенной нужды, подвергаемы сломке.
72. После пожаров устраивать селение по новым планам.
73. Места, на которые переселяться будут хозяева, в одном и том же селении, осушивать и вообще приводить в удобное к заселенно состояние миром.
74. миром также производить расчистку прежних мест и приведение оных в удобное состояние к обращению на тот предмет, для коего по плану они предназначаются».
Февраля 9 (4333). Сенатский, по Высочайшему повелению.— «Об ответственности Архитекторов за пожарные случаи».
«Правительствующей Сенат слушали рапорт Г. Управляющего Министерством Внутренних дел, коим изъясняет, что Государь Император, по поводу угрожавшего Обуховской больнице пожара от затлевшейся балки, близ которой находилась труба, выведенная для камина, а потом, с переделкою камина в печь, оставленная в прежнем виде без достаточного отделения от балки, — Высочайше повелеть соизволил Санктпетербургского Губернского Архитектора, Михайлова, за сделанную им, как из собранных сведений оказалось, оплошность при освидетельствовании произведенных в 1828 году в Обуховской больнице перестроек, арестовать, и впредь когда окажется, что пожар произошел от оплошности Архитектора, таким же образом наказывать, о чем Архитекторам и объявить. За сделанным об аресте Архитектора Михайлова распоряжением, со стороны Г. Санктпетербургского Военного Генерал-Губернатора, он Г. Управляющий Министерством Внутренних дел, о вышеизложенной Высочайшей воле, доносит Правительствующему Сенату, для повсеместного предписания, о точном и непременном исполнении по оной. Приказали о таковом Высочайшем повелении, для сведения и надлежащего по оному поступление, в подобных случаях, дать знать Г.г. Министрам, Военным Генерал-Губернаторам, Генерал-Губернаторам, Военным Губернаторам, управляющим Гражданскою частию, Гражданским Губернаторам, Градоначальникам и Областным Начальникам, Губернским и Областным Правлениям, Правительствам, Войсковым Канцеляриям и Присутственным местам указами; а в Святейший Правительствующий Синод, во все Департаменты Правительствующего Сената и Общие оных Собрание сообщить ведение».
1831 г. Утверждены планы Вышнему Волочку, Тверской губернии, Богодухову и Волчанску, Слободско-Украинской; Павлограду и Бахмуту, Екатеринославской, и Новгород-Северску, Черниговской, и изданы правила, о постройке в городах ярмарочных и гостиных дворов.
Мая 30 (4610). Сенатский, по Высочайшему повелению. — «Об оставлении в крепостях Сибирской и Оренбургской линий чистых эспланад в 130 саж. от короны гласиса, и о дозволении возводить всякого рода строения далее сего расстояния»,
Сентября 10 (4789) (Распубликовано 29 Сентября 1831 г.) Высочайше утверждено мнение Государственного Совета «О правилах отчетности по казенным постройкам и заготовлениям, производимым хозяйственным образом».
«Государственный Совет в Департаменте Законов и в Общем Собрании, рассмотрев представление Министра Внутренних дел о правилах отчетности по казенным постройкам, производимым хозяйственным образом, рассуждал: а) Что по самым объяснениям Министра Внутренних дел, правила им внесенные, не суть что-либо новое для законодательства, и издание оных в сем виде будет составлять токмо подтверждение об исполнении существующих правил, соединенных в одно целое и приведенных на счет отчетности в большую определительность и единообразие; б) Что мера сия может быть полезна и по другим Управлением, тем более, что в некоторых из оных производятся хозяйственным образом казенные предприятия еще на важнейшие, чем в Министерстве Внутренних Дел, суммы; но в) Как свойство случаев и самый род дел не во всех Министерствах единообразии, то и правил совершенно одних и тех же постановить для всех Министерств не возможно, по крайней мере нельзя приступить к сему иначе, как по предварительном и совокупном соображении всех тех представлений.
В следствие сего Государственный Совет положил:
  1. Внесенный Министром Внутренних дел правила об отчетности по казенным постройкам и заготовлениям, производимым хозяйственным образом, утвердить, согласно сделанным в них Государственным Советом переменам, обратив оные к исполнению собственно по Министерству управлению его вверенному.
  2. Предоставить Государственному Контролеру войти в сношение с прочими Министрами и Главноуправляющими отдельными частями, дабы и они с своей стороны, где настоит надобность, составили обще с ним таковые же правила по своим ведомствам.
Резолюция. Его Императорское Величество воспоследовавшее мнение в Общем Собрании Государственного Совета, по предмету правил об отчетности по казенным постройкам и заготовлениям, производимым хозяйственным образом, Высочайше утвердить соизволил и повелел исполнить. За Председателя Государственного Совета Граф Литта.
Правила об отчетности по казенным постройкам и заготовлениям производимым хозяйственным образом.
  1. Всякое место или лицо, подведомственное Министерству Внутренних дел при поручении какому-либо Чиновнику производства строения, починки, работы, или другого какого заготовления хозяйственным образом в то же время обязано снабдить его:
    Во-первых: Для записки прихода и расхода денежных сумм, вещей и материалов, шнуровыми книгами, на тот и другой предмет порознь. Книги сии, по силе Инструкции Ревизион-Конторы 1722 г., Декабря 4, статьи 2, Наказа Губернаторам и Воеводам 1728 г. (сентября 12) статьи 21 и 22, должны быть прежде из белых листов переплетены, прошнурованы, концы шнура на последней странице припечатаны прочным сургучом, печатью того места или лица, которое выдает книги, потом все листы перенумерованы, скреплены рукою секретаря, а где оного нет, то самим лицом, отряжающим Чиновника, и на последней странице написано было складом количество всех нумерованных листов, в книге заключающихся, а надпись сия подписана Председательствующим того места или тем лицом, от которого зависит таковое распоряжение.
    Во-вторых. На основании указа 1814 г. Октября 19, снабдить сего Чиновника:
    1. Копиею со сметы предполагаемому строению, работе, или заготовлению. Примечание. Поелику при производстве построек, равно и при поверке строительных отчетов, смета составляет главнейший документ, на котором все действия основываются, то необходимо нужно, чтобы сметы составляемы были на точном основании положения 15 Января 1825 года и подвергаемы предварительной поверке, по силе указа 26 Марта 1829 года.
    2. Сведениями о справочных, или утвержденных ценах материалам и работам, в тех местах, и того времени, где и когда предполагаемая операция производима будет, или откуда и когда приобретать оные следует.

    Но если бы Начальство в доставлении таковых сведений встретило какие-либо затруднения, то надлежит уполномочить требовать оные, откуда следует, самого отряжаемого Чиновника, и сверх того, поелику в хозяйственных постройках, особенно значительных по некоторым предметам строитель не может обойтись без того, чтобы не заключать надлежащих условий или договоров с рабочими и поставщиками, или продавцами материалов; то Начальство, по соображении местных обстоятельств, обязано разрешить его: может ли он сам заключить таковые условия и договоры, или должен представлять их на чье-либо утверждение.
    Сверх сего наблюдать, чтобы ассигнованные на постройку суммы отпускаемы были по мере действительной надобности, наличные же деньги хранились в уездных Казначействах за замком и печатью строителя, согласно правилам, в указе и Июня 1827 года предписанным.
    И в третьих. Снабдить наставлением или инструкциею, в коем сверх внушения о всемерном и тщательном наблюдении пользы казны при исполнении поручения, подтвердить, дабы он на основании Регламента о управлении Адмиралтейством 1722 § 36 и 37, и Инструкции Ревизион-Коллегии 1733 г. Мая 7, статьи 1, приходные книги вел в надлежащем, порядке и чистоте, так, чтобы всегда и каждый день можно было видеть, сколько чего в приходе и в расходе; записывая тот и другой со всею подробностью: когда, по какому поводу, и на какой предмет денежная сумма поступила, или выдана; а под каждою в расход записанною статьею была бы расписка приемщика денег, или вещей; ибо без соблюдения сего по указу 1824 г. Января 23, никакая выдача утверждена быть не может. Под сею же распискою Чиновник сей сам должен подписывать, что деньги или вещи выданы, а под каждою статьею прихода получены. При сем наблюдать, чтобы суммы прихода и расхода писаны были складом, вынося то же самое цифрами в графы, сообразно формам, при упомянутом Адмиралтейском Регламенте приложенным, и отнюдь не чищенья и приправок, особенно в денежных суммах. По окончании же строения, работы, или какого-либо заготовления, Чиновник, занимавшийся сею операциею, закончив книги надлежащим счетом, обязан как оные, так и все полученные с ними сведения, то есть смету, справочные цены и проч. и поступившие к нему во время производимой операции документы, относящиеся до прихода и расхода денег, представить при кратком счете и описи в то место или тому лицу, от коего был он употреблен к выполненному им поручению.
  2. По совершенном окончании постройки или работы, место или лице, от коего сделано было о сем поручение, немедленно, по силе указа 1812 г. Февраля 7, должно распорядиться освидетельствованием оных, чрез особых лиц, не участвовавших в произведении строений, или работ, и имеющих потребные к тому сведения, которые должны удостовериться, все ли то выполнено, что по смете, плану и фасаду строения предполагалось, столько ли употреблено материалов, сколько в отчете показано, надлежащего ли качества и прочно ли произведены работы, действительно ли сумма, на тот предмет по смете отпущенная, употреблена согласно с положениями, в смете означенными и с выгодою для казны; относительно материалов и вещей, которые могут остаться по совершении строительной операции, Начальство наблюдает, чтобы оные не были проданы без надлежащего разрешения и без соблюдения узаконенного порядка, чего не должно упускать из вида и место ревизующее отчеты.
    Наконец Начальство обязано строго смотреть, дабы книги и отчеты от производителей таковых построек непременно представлены были в срок, предписанный указом 1820 г. Марта и (26 Января), т. е. в два, и не более трех месяцев: по самым же важным операциям, продолжающимся иногда год и более, от трех до шести месяцев; но приходо-расходные книги и остатки денег должны быть представлены непременно в течение одного месяца.
  3. По учинении вышеупомянутого свидетельства оконченному строению, или работе, и по представлении отчетов, сии последние то место или лице, от коего зависело распоряжение хозяйственной постройки или работы, должно поверить с книгами и документами, по правилам, предписанным в Инструкции Ревизион-Конторы 1722 года Декабря 4, статей 4 и 5; Наказа Губернаторам и Воеводам 1728 г. статьи 23, Инструкции Ревизион-Коллегии 1733 Мая 7 статей 6, 9 и 12. Инструкции Генеральной Комиссии 1733 Мая 7, статья 11, и Манифеста 1811 г. Января 28, § 2, то есть: 1) Книги приходные и расходные, ведены ли по узаконенному порядку, 2) Документы, относящиеся до прихода и расхода согласны ли с книгами, 3) То ли самое количество денег поступило в приход, какое ассигновано было на произведенную постройку или работу и в свое ли время ассигнованные деньги в приход записаны. 4) При употреблении денег в расход, не превышает ли оный средних справочных или утвержденных цен на материалы и работы. 5) Заготовление и употребление материалов и число рабочих, не превышает ли сметного исчисления, и если была по какой либо необходимой надобности закупка материалов или вещей, не входящих в смету: то уважительна ли сия надобность, или причина; также в свое ли время и с выгодою ли для казны сделаны закупки и наем работников и все ли закупленное употреблено по назначению. б) верен ли расход платежа. 7) верен ли приход с расходом. 8) верны ли показанные остатки сумм, отпущенных на операцию и в том ли количестве оные представлены от исполнившего операцию?
  4. Когда по освидетельствованию таким образом отчета, окажется оный во всех отношениях правильным, то согласно 4 статьи Инструкции Ревизион-Конторы, место или лице, свидетельствовавшее отчет, выдав Чиновнику или Комиссионеру квитанцию в исправном выполнении возложенного на него поручения, обязано к самому отчету, на основании указа 1814 года Октября 29, присовокупить: a) Сведение, с чьего дозволения произведена таковая постройка или работа. b) Копию со сметы постройки или работы, с) Сведение о справочных или утвержденных ценах па материалы и работы, d) Копии с условий или договоров, если производитель строения разрешен будет на заключение оных. е) Свидетельство постройке, пли работе учиненное по силе указа 1812 г. Февраля 7.

  5. Затем означенные отчеты с книгами и подлинными документами, с означением по указу 1824 года Июля 31, чина, имени, фамилии и какого ведомства тот Чиновник, коим произведена операция, препроводить на ревизию в Казенную Палату, или в Государственную Экспедиции для ревизии счетов, судя потому, куда из сих мест, на основании Высочайшего указа 1779 года Декабря 31; Манифеста 1811 года Января 28 и указа 1814 года Октября 29, таковой отчет подлежать будет, то есть о постройках под ведением Губернского Начальства произведенных, в Казенные Палаты; о постройках, от непосредственного распоряжения Департаментов Министерства Внутренних дел на основании циркулярного предписания от 8 Июня 1817 года, донести в то же время обо всем том кратким перечнем.
  6. Все места и лица, от коих зависели распоряжения по хозяйственным, постройкам и работам, имеют строго наблюдать и выполнять побудительные меры, к представлению производителями таковых построек, починок или заготовлений, отчетов в свое время.
  7. Ежели Чиновники в назначенные сроки не представят отчетов, то подвергаются изысканно, по установленным на сие правилам.
  8. Если при освидетельствовании счетов, откроются утраты казенных, денег, незаконные и не позволенные расходы, или какое другое упущение, к ущербу казны служащее, то, на основании Инструкции Ревизион-Коллегии 1733 Мая 7 статьи 6 и 8 и указа 1738 Марта 25, подвергать все таковые поступки законному исследованию и суждению.
  9. Причем самым местам и лицам, по распоряжениям коих производятся постройки, работы и проч. хозяйственным образом, поставить на вид, что все упущения и утраты казны, при таковых операциях от послабления и нерадения их последовать могущие, равным образом подвергнуть и их таковой же ответственности, по силе Регламента Ревизион-Коллегии статьи 12 и других на предмет сей существующих узаконений».
Октября 23 (4877) Именной, объявленный Гражданским Губернаторам Управляющим Министерством Внутренних Дел. — «Об означении на всех Архитектурных чертежах человеческой фигуры дабы яснее судить о высоте предполагаемых зданий».
«От Г. Министра Императорского Двора объявлено К исполнению по Императорской Академии Художеств Высочайшее повеление Государя Императора, чтобы делающие Архитектурные чертежи различных фасадов, отныне впредь означали на них всегда человеческую фигуру на поверхности горизонта, по масштабу чертежа, дабы яснее можно было судить о высоте здания.
Так как большая часть из числа чертежей, составляемых Губернскими и другими Архитекторами ведомства Министерства Внутренних Дел, на постройки, представляются на Высочайшее благоусмотрение, то я считаю обязанностию распорядиться, чтобы чертежи сии равномерно были в том виде, как Государю Императору благоугодно повелеть составлять оные по Академии Художеств.
Посему я поручаю Вашему Превосходительству означенную Высочайшую волю, по Академии Художеств объявленную, предписать, кому следует, к непременному исполнению, а с своей стороны принять к точному наблюдению. Причем подтвердить, чтобы на каждом чертеже, сверх надписи, кем составлен оный, непременно означаемы были число, месяц и год; фигуру же человека согласно распоряжению, по Академии Художеств сделанному, полагать по масштабу, вышиною в 2 арш. 8 верш., или в 5 футов 10 дюймов Английской меры».
1832 г. Февраля 6 (5138) Высочайше утвержденное положение Комитета Министров, объявленное Сенатом 3 Марта. — «Об отмене сбора камня, для мощения городов существовавшего».
«1) Сбора камня для мощения городов, или в замене оного денег вовсе не допускать, и где оный по прежним распоряжениям существует отменить, поставив в обязанность Городским Думам под наблюдением Начальников Губерний, назначать ежегодно из городских доходов нужную по возможности сумму на замощение площадей и улиц сначала главных, а потом постепенно и всех прочих, с тем, что дальнейшее поддержание устроенных по улицам мостовых должно уже лежать на обязанности обывателей каждого противу своего дома».
Сентября 29 (Распубликовано Сенатом .7 Апреля 1833 г., При указах следующего содержания: Правительствующий Сенат слушали предложение Г. Министра Юстиции, что, за отсутствием Его Королевского Высочества, Главноуправляющего Путями Сообщения, Старший Член Совета Путей Сообщения, Г. Генерал-Лейтенант Горгали при отношении от 26 минувшего Января препроводил к нему Г. Министру копию с доставленного к нему Г. Государственным Секретарем Высочайше утвержденного проекта положения о новом образовании Строительной части Гражданского Губернского ведомства. Означенную копию с помянутого проекта положения, обще со списком упоминаемого отношения Генерал-Лейтенанта Горгали, он Министр Юстиции предложил. Правительствующему Сенату. В означенном же списке с отношения Старшего Члена Совета Путей Сообщения Генерал-Лейтенанта Горгали, к Министру Юстиции, значит: Государственный Секретарь Марченко в отношении своем к нему Генерал-Лейтенанту от 29 Сентября 1832 года изъяснил, что в 1828 году бывший Министр Внутренних Дел входил в Государственный Совет с представлением о новом образовании Строительной части сего Министерства. Состоявшееся по сему делу мнение Государственного Совета представлено было Его Императорскому Величеству; но Высочайшего разрешения не последовало. В последствии же времени, в преднамерении дать лучшее образование Строительной Гражданской части Государю Императору благоугодно было предмет сей поручить соображению Его Королевского Высочества Главноуправляющего Путями Сообщения. На каковой конец, Его Императорским Величеством истребовано все производство, по Государственному Совету бывшее. Во исполнение сего, Его Королевское Высочество, при всеподданейшем докладе своем представил Его Величеству проект общего положения о присоединении Строительной части Министерства Внутренних Дел к Главному Управление Путей Сообщения, который, по Высочайшей воле рассмотрен был в Государственном Совете, и последовавшее в оном мнение по сему предмету, а равно составленный им проект положения о новом образовании Строительной части Гражданского Губернского ведомства удостоены ныне учреждения Его Императорского Величества и препровождены к нему Генерал-Лейтенанту Государственным Секретарем Марченко при вышеозначенном отношении его для надлежащего исполнения. В следствие сего, за отсутствием Его Королевского Высочества, Главноуправляющего Путями Сообщения, он Генерал-Лейтенант Горгали препроводил к Министру Юстиции копии с помянутого проекта положения о новом образовании Строительной части Гражданского Губернского ведомства, с тем, не благоугодно ли будет сделать зависящих со стороны его Министра распоряжений, к опубликованию оного во всеобщее известие, присовокупляя при том, что по мнению Государственного Совета, Высочайше утвержденному в 29 день Сентября 1832 года, относительно присоединения Строительной части Министерства Внутренних Дел к Управлению Путей Сообщения, между прочим положено: не поднося означенного проекта положения к Высочайшей конфирмации, по прежде бывшим уже примерам, предоставить Главноуправляющему Путями Сообщения приступить к исполнению сего проекта: и если перепискою с Министром Внутренних Дел, Губернаторами и Начальниками Округов обнаружится необходимость в изменениях и дополнениях оного, в таком случае сделав надлежащее исправление и объяснив о том в записке, внес бы обще с проектами штатов и исчислением о количестве отпускаемой ныне на Строительную часть суммы, а равно о требующейся к тому прибавке, в Государственный Совет, для дальнейшего рассмотрения и поднесения к Высочайшему Его Императорского Величества подписанию. Приказали: напечатав потребное число экземпляров означенного Высочайше утвержденного проекта положения о новом образовании Строительной части Гражданского Губернского ведомства, разослать для сведения и должного в потребном случае исполнения к Гг. Главноуправляющему Путями Сообщения, Министру Внутренних Дел: прочим Гг. Министрам, Военным Генерал-Губернаторам, Военным Губернаторам, управляющим и гражданскою частию, Генерал-Губернаторам, Гражданским Губернаторам и Градоначальникам: также во все Губернские и Областные Правления, Правительства, Войсковые Канцелярии и Присутственные места, при указах, а в Святейший Правительствующий Синод, во все Департаменты Правительствующего Сената и Общие оных Собрания сообщить при ведениях.) (5624). Высочайше утвержденное положение «о новом образовании Строительной части Гражданского Губернского ведомства».

Гл. 1.—Общее образование.

§ I. Строительная часть Гражданского ведомства, состоящая ныне в ведении Министерства Внутренних Дел, присоединяется к Главному Управлению Путей Сообщения. Обе части сии составят отныне впредь одну, под названием: Главное Управление Путей Сообщения и Публичных Зданий.
§ 2. В следствие сего, дела Строительной части, производившиеся доселе в Департаменте Государственного Хозяйства и Публичных Зданий, поступают в Департамент Путей Сообщения, который отныне именуется: Департаментом Путей Сообщения и Публичных Зданий, и к коему на сей предмет присоединяется Отделение Департамента Хозяйства, означенными делами заведовавшее, под названием VI Отделение.
§ 3. Состоящий при Министерстве Внутренних дел Строительный Комитет упраздняется, а вместе оного, при Комиссии проектов и смет Главного Управления Путей Сообщения, образуется второе Отделение для искусственной части Гражданских зданий; для ревизии же технических отчетов учреждается второе Отделение в Ревизионной Технической Комиссии, при Совете Путей Сообщения состоящей. Планы и чертежи Строительного Комитета поступают в Депо карт и планов Главного Управления.
§ 12. Строительная Комиссия обязана иметь планы, фасады и описи состоящим в ее ведении зданиям, от Губернского Управления зависящим; также сведения: чем каждое из оных занято, когда построено и в каком находится положении. Она обращает попечение свое на сохранение и содержание таковых зданий в надлежащем порядке, и на сей конец занимаемые Начальником Губернии и Вице-Губернатором казенные домы принимает и сдает по надлежащим описям.
§ 13. Ближайшее наблюдение за сохранением и содержанием в порядке зданий, возлагается на ответственность Полицеймейстеров и Городничих, а равно на Экзекуторов и Смотрителей, где таковые находятся.
Об оказавшихся ветхостях и повреждениях представляют Комиссии: Полицеймейстеры и Городничие прямо от себя, а Экзекуторы и Смотрители чрез те места, коим подчинены. Комиссия же поверяет сведения сии чрез одного из Членов своих. Независимо от сего и Начальник Губернии, буде признает нужным, предписывает, по временам, одному из Членов Комиссии осматривать казенные здания.
§ 21. Для капитальной починки здания, или для нового сооружения равно в случае производства работ, посредством раздробительных подрядов или хозяйственным образом, если вообще требуются на то важные суммы, Начальник Губернии составляет, с утверждения Главноуправляющего, особый временный Комитет из Губернских чинов (исключая Городничих), и производителя работ. В сих Комитетах могут участвовать и уездные Предводители Дворянства, если на приглашение Гражданского Губернатора изъявить согласие.
§ 23. Производители работ (Архитектор, его Помощник и Офицеры Путей Сообщения) и временный Комитет действуют под распоряжением Строительной Комиссии, которая снабжает их: во 1-х, правилами, с изложением в оных тех же обязанностей и ответственности, какие лежат на самой Комиссии; а Губернских Чиновников, производящих ремонтные починки, сверх того, подробными наставлениями по предмету возложенного на них поручения; во 2-х, планами, фасадами, сметами и описанием работ; в 3-х шнуровыми книгами на записку прихода и расхода сумм, приема и отпуска материалов, для ведения оных по правилам, на сей предмет постановленным.
§ 24. Строительная Комиссия, с утверждения Начальника Губернии, разрешает представления производителей работ и временных Комитетов; во время же постройки или исправления здания обязана поверять действия их чрез одного из Членов своих.
§ 25. Для производства новых и для починки старых строений, Комиссия может употребить следующие четыре способа, избирая из оных выгоднейший для казны: а) раздробительный порядок с публичных торгов на поставку материалов и производство работ порознь; б) заготовление материалов и наем рабочих хозяйственным образом; в) совокупление обоих сих способов т. е. отдачу одних работ и покупку некоторых материалов с публичных торгов, по контрактам, а других хозяйственным образом; и г) отдачу гуртом на подряд строения с публичных торгов, на общем основании подрядов.
Примечание. При хозяйственном способе Комиссия может заготовлять материалы и нанимать рабочих в других местах, коль скоро от сего представляется для казны выгода, наблюдая вообще, что бы при покупке и заготовлении материалов и найме рабочих людей были ведены всегда подробные счеты без смешения одного предмета с другим, и чтобы не было ни в платах за наем рабочих, ни в покупке материалов никакого превышения противу справочных цен общей сметы.
§ 34 Комиссия обязана троякою отчетностию во 1-х, по занятиям своим; во 2-х по производству работ и в 3-х по употреблению денежных сумм.
§ 36 Отчеты по производству работ или технические, свидетельствующие, что постройка произведена согласно с утвержденными на оную сметами и чертежами, или сообразно с действительною надобностию, указанным порядком доказанною, если по каким либо непредвиденным обстоятельствам при самом производстве работ, надлежало изменить смету в некоторых частях или в количестве и качестве материалов, располагаются на том же основании и по тем же формам, какие наблюдаются по работам Путей Сообщения. Они составляются непосредственно, как выше сказано, самими производителями работ, т. е. Офицерами Корпуса Путей Сообщения или Архитекторами, или их Помощниками, и представляются чрез Строительную Комиссию в Главное Управление Путей Сообщения, для обревизования в Технической Ревизионной Комиссии, по тем же правилам, какие приняты для ревизии таковых отчетов по части Путей Сообщения. Но от обязанности представлять технические отчеты изъемлются производители ремонтных починок на сумму не свыше 500 руб., так как издержки по сим работам весьма ограничены и правильность оных может быть достаточно поверена сличением смет и отчета в употребленных деньгах, с ведомостью об освидетельствовании сих работ. В сем случае, таковое сличение делается самою Строительною Комиссиею, которая, препроводив денежный отчет на ревизию в Казенную Палату, в то же время доносит о том Главному Управлению Путей Сообщения.
§ 37 Денежные отчеты, служащие удостоверением в правильном и законном употреблении издержанных на постройку сумм и разделяющиеся составляются Строительною Комиссиею под непосредственною ответственностию Ассесора, из частных отчетов и шнуровых книг производителей работ и из собственных дел и книг Комиссии и вместе с шнуровыми книгами представляются на ревизию в Казенную Палату, по установленному порядку.
§ 40 Начальник Губернии обязан строго наблюдать, дабы денежные и технические отчеты были представляемы Строительною Комиссиею и производителями работ в назначенные для того сроки».
ОСНОВЫ СТРОИТЕЛЬНОГО УЛОЖЕНИЯ

“СТРОИТЕЛЬ”
Вестник Архитектуры, домовладения и санитарного зодчества 1903 г.
№№ 5-8; 13-18 (Стр. 161 – 182 и 481 – 510)
Г.В. Барановский

До половины XVI столетия у нас не существовало никаких строительных постановлений. Условия быта и скромные размеры деревянного зодчества Московской Руси почти не давали поводов к ограничению владельцев в праве распоряжаться недвижимостью. Царь Алексей Михайлович принимает некоторые меры против пожаров, дает немногие правила имущественно-соседских отношений, и только с Петра Великого начинается более всестороннее регулирование строительного уклада, подсказанное прежде всего страстным желанием благоустроить и украсить новую столицу. Царские указы следовали один за другим, властно и настойчиво проводились в жизнь, мало-помалу распространялись и на другие города и вскоре привели к тому, что благоустройство населенных мест вообще стало одною из важнейших забот правительства.
Можно сказать, что основные положения нашего строительного регламента были созданы почти целиком в XVII и XVIII столетиях. Они-то и послужили главным материалом для дальнейшей кодификации, которая, вместе со Сводом, дала нам Устав Строительный 1832 года. Этот Устав явился, таким образом, первым более или менее систематизированным сборником отдельных постановлений, заметно делившихся на две группы: те из них, которые имели в виду соседское право, пожарную безопасность, городское благоустройство и приемы технические, являлись испытанным наследием прошлого, а все те правила устава, которые рассматривали учреждения строительной полиции и хозяйственный процесс казенного строительства, создались, так сказать, накануне издания Свода законов и вошли в него свежим, мало проверенным на практике материалом. Не смотря на то, именно вопросы последнего рода служат основным мотивом почти всех указов Николая I, касавшихся любезного ему строительного дела; ими-то особенно и обогатились дальнейшие издания устава — 1842 и 1857 г.г.....
Сперанский, собрав в одно целое все действовавшие нормы, инкорпорировав большую часть их в Своде законов, — тем самым предначертал рамки для существа и системы Устава 1857 года. В силу одного этого Устав не может быть рассматриваем, как научно-законодательная работа и, еще менее, как законченное и приспособленное к дальнейшему совершенствованию уложение. И действительно, оценивая беспристрастно Устав по существу, мы легко найдем в нем в большей или меньшей степени те же недостатки, какими страдает и весь Свод Законов, а именно: а) вошедшие в состав статей узаконения сведены без внутренней переработки, тогда как они относятся к разным эпохам и вызваны неодинаковыми обстоятельствами; следствием этого является слабость взаимной связи между отдельными статьями устава, разнородность начал, обширность одних частей законодательства и, наоборот, бедность других; б) в уставе преобладает казуистический характер, частные определения, а не общие начала, вследствие того, что отдельные его статьи составляют преимущественно воспроизведение указов, имевших в виду тот или другой частный случай; из общих правил — по той же причине — допускаются постоянные изъятия; в) в уставе много таких статей, которые не имеют законодательного характера, а содержат в себе совет, желание, или определение, ничего не постановляющее; рядом с этим встречается множество указаний чисто инструкционного порядка; г) устав отличается полным отсутствием органической системы в распределении материала: относящиеся к одному предмету статьи разбросаны в нем по различным частям; в то же время некоторым правилам широкого общего значения отведено совершенно случайное место в отделах и главах, рассматривающих круг предметов узко-специальных; и то и другое до крайности затрудняет пользование уставом и приводит к бесконечным недоразумениям; д) противоречия и особенно пропуски являются одною из самых существенных характеристик устава, тем именно недостатком, который, по отношению к Своду Законов, Сперанский прекрасно сознавал и исправление которого считал делом будущего уложения (Пахман. „История Кодификации Гражд. Права". Спб. 1876 г. т. II, стр. 20); e) при составлении устава, как и при составлении свода, допущены нередко обобщения, несоответствующие действовавшим прежде источникам, и таким образом частные случаи возведены в общие начала; ж) как в своде Сперанским не была проведена в надлежащей полноте и силе граница между законом и распоряжением, так точно и в Уставе Строительном смещение велений верховной власти с административными распоряжениями подчиненных мест встречается очень часто.
Следовавшими за первым изданиями Устава дело нисколько не улучшилось. Отмена и исключение статей, исполнявшихся в кодификационном порядке, привели к тому, что собственно устав строительный, т. е. совокупность легальных ограничений в праве распоряжаться строительным обиходом недвижимости, оказался настолько урезанным в существенных частях, что редкий случай мог быть решен правильно и самостоятельно общими судебными и административными органами; большинство же восходило на решение Сената, который и давал, по мере возможности, мотивированные руководящие указания. Но в последних, в свою очередь, встречались противоречия по однородным делам, чем, окончательно ставились в затруднение места и лица, обязанные сообразовать свои действия с решениями этой высшей инстанции.
Наконец, весьма важный недостаток новейших изданий Устава заключается в том, что в них внесены положения, не согласованные со всей системой свода: обращено внимание только на связь этих положений с ближайшими к ним правилами, без отношения ко всей совокупности узаконения (Ренненкампф. «Очерки Юридич. Энцикл.» Киев, 1868 г. стр. 140).
В виду подобных недостатков Свода и его частей, само правительство и многочисленные кодификационные комиссии, существовавшие до 1826 года, были озабочены мыслью о том, что свод далеко не есть последнее слово нашего законодательства и что он, представляя лишь верное изображение всего содержащегося в законах, должен рано или поздно послужить основанием для Уложения. Об этом думал и сам Сперанский и даже представлял проект такого Уложения, в котором умозрительным началам было отведено подобающее место на ряду с указными нормами действующего законодательства (Пахман. Ист. Кодиф. Гр. Пр. Спб., 1876 г., т. II, Глава перв., III).
С тех пор и до настоящего времени вопрос об уложении остается на очереди; правительство успело сделать многое в смысле подготовки его разрешения, которое осуществится в самом близком будущем.
Целый ряд специальных трудов, появляющихся время от времени в юридической литературе, представляет богатый материл по всевозможным вопросам гражданского права.
Кажется, только одно строительное дело не останавливало на себе достаточного внимания специалистов законоведов, и в разработке его правовой стороны до сих пор сделано очень мало, несмотря на то, что уже в течение почти сорока лет над Строительным Уставом трудится особая Комиссия. В своем месте мы дадим очерк минувшей деятельности этой последней, здесь же заметим лишь, что и помимо нее делались попытки в указанном направлении. Так, например, многие юродские и земские самоуправления, — одни в пределах законных полномочий, другие вне всяких ограничений, — пытались дать сообразованные с «местными нуждами» постановления по строительной части; однако большинство этих опытов не шло далее комментирования неполного закона и лишь в редких случаях ставило себе цели более широкие. Дело от того, впрочем, не выигрывало, так как в конце концов эти постановления оказывались в явном противоречии с разумом общих законов, вызывали естественный протест свыше, а затем и вовсе отменялись, успев, однако, за короткое время своего действия внести еще большую путаницу в умы населения.
Далее, немногочисленные, но вполне добросовестные труды некоторых специалистов техников сводились, главным образом, к собиранию более или менее компетентных толкований действующего устава, почти безо всякой критики этих толкований. Впрочем, если указанные труды и не дали нам ничего положительного в смысле догматики строительного права, — то во всяком случае принесли большую пользу в том отношении, что воочию доказали несостоятельность нашего строительного законодательства. Обширный труд 3. В. Зосимовского лучше всего свидетельствует об этом. Автор, опытный инженер, всю жизнь посвятивший неустанному исканию правды в специальной отрасли права, пришел в конце концов к необходимости составить объемистую книгу, где на полутора тысяче страниц сведены тысячи официальных и официозных толкований действующих строительных правил, в то время как эти последние всею своею совокупностью занимают не более четырех печатных листов.
Нельзя не отметить также некоторые попытки технических обществ к разработке отдельных законодательных вопросов строительного дела, но следует при этом иметь в виду, что слишком поверхностное и узко-профессиональное отношение к вопросу не могло обещать и не дало удовлетворительных результатов.
То же следует сказать и о трудах трех последовательных съездов Русских Зодчих (1892, 1895, 1899 г.), которые в сфере законодательных вопросов ограничивались изысканием мер к улучшению положения техников...
А жизнь между тем идет своим чередом; один за другим возникают и остаются без ответа все новые и новые запросы; с каждым днем усиливается хаос взаимного непонимания. И вот — сегодня, как и вчера, как и сорок лет назад, вслед за изданием Устава 1857 года, — перед нами стоит все тот, же неразрешенный и только более запутанный вопрос: «как создать наше строительное уложение»?
Обойти этот вопрос, уклониться от его решения — невозможно. И если теперь, приходится начинать все сызнова, то будем надеяться, что отрицательный опыт, которого за сорок лет у нас накопилось не мало, предостережет от дальнейших ошибок и поможет стать на истинный путь...

В настоящей статье мы намерены поделиться с читателями некоторыми мыслями о существенных сторонах программы, которая должна быть положена в основание пересмотра нашего строительного законодательства, а затем — по мере сил своих — всесторонне наследовать материалы и принципы возможного по этой части «уложения».
Эта общая задача органически распадается на целый ряд других. Предлагаемый перечень их послужит вместе с тем планом для дальнейшего изложения.
  1. Разбираясь в столь сложном и ответственном деле, прежде всего необходимо оглянуться назад, спросить, что дало нам прошлое. Но для этого в нашем случае недостаточно еще проследить содержание Устава 1857 года, который, являясь выборкою специальных статей Свода, сохранил в себе все характерные черты этого последнего. Известно, что Сперанский в построении свода руководился правилами Бэкона; а эти правила разрешают многие случаи чисто формальным порядком. Так, например, §5 рекомендует «из двух несходных между собою законов следовать позднейшему, не разбирая, лучше ли он или хуже прежнего, — ибо прежний считается отрешенным тем самым, что на его место поставлен другой (Обозрение историч. сведений о своде законов. СПБ. 1833 г. 2-ое издание 1837 г , стр. 106)».

  2. Когда дело шло о первой, основной кодификации, обнимающей все бесконечное разнообразие законов страны за многовековой период ее жизни, то едва ли и возможно было принять какой-либо иной способ, кроме указанного: то была работа первоздания, в которой частичные погрешности не могли иметь никакого значения. Совершенно иные требования должны быть предъявляемы к последующим пересмотрам законов, имеющим в виду другие цели, сводящиеся к одной конечной — созданию уложения. В этом случае необходима самая тщательная критическая проверка всего имеющегося материала, направленная всецело к уразумению истинно национальных и наиболее прочных основ той или иной отрасли законодательства, вне всяких соображений о формальном праве каждого данного указа на преимущественное место в уложении.
    По всем этим соображениям предварительное изучение исторического материала следует признать безусловно полезным. Простое сопоставление начал, завещанных прошлым, с новейшими требованиями даст возможность в каждом частном случае оценить внутренние достоинства того или иного положения, — уразуметь, насколько оно соответствует нынешней жизни, ее обстановке, условиям, или находится с ними в противоречии, и — сообразно с тем — удержать, изменить или, признав бессильным и навсегда утратившим свое значение, — исключить из числа учреждений, понятий и начал, которые на будущее время должны управлять нашими гражданскими отношениями.
    Из сказанного следует, что историческому материалу мы придаем лишь относительное значение в деле создания уложения и — постольку именно, поскольку этот материал способствует полному усвоению национальной точки зрения на предмет. С практической стороны уложение должно быть согласовано с потребностями настоящего, а не благоговеть перед давно отжившим юридическим строем, который отделяет от нас густая завеса времен и событий (Пахман. История кодификац. Гражд. права. СПБ. 1876 г. Т. II, стр. 26)).
  3. Не менее важным в деле сортировки наличного законодательного материала является также и сравнительное изучение той части главнейших иностранных кодексов, которая занимается интересующим нас вопросом.
    Такое изучение поможет разделить правовые нормы данной отрасли на две группы: к одной мы отнесем начала коренные, народные, к другой — наслоения сторонние, пришедшие извне, вместе с другими благами западной культуры. Останавливаясь прежде всего на первых и оценивая на свой русский масштаб вторые, мы исключим все то, что по существу своему чуждо нашему национальному мировоззрению, насколько это последнее само не находится в противоречии или несогласии с точно установленными общими догмами права.
    Таким образом, в наших руках останется материал небольшой, но имеющий весьма значительную ценность.
    Этот профильтрованный, так — сказать, остаток, свод коренных начал, должен послужить единственной опорой в суждении о том, насколько в каждом отдельном случае разумно допустимы, в применении к русской жизни, те или иные ограничительные нормы, какими являются в сущности почти все строительно-правовые постановления.
  4. Далее — следует изучить тот, же свод с точки зрения целей, которые преследуются каждым его положением. В результате получится ряд исторически удостоверенных желательностей, ряд высоко-закономерных desiderata (лат. Желание или намерение (прим. Н.П.Н.)) строительного обихода, которые и составляют конечную цель намеченных нами предварительных исследований.
    Многие думают, что сущность этих желательностей должна быть положена в основу разделения Устава на главные части, и потому настойчиво рекомендуют группировать правила устава сообразно тем целям, которые ими достигаются. На этом основании устав строительный должен бы состоять из нескольких отдельных «положений», каковы: правила, противупожарные, правила технические, правила санитарные, правила внешнего благообразия и т. п. Однако, нетрудно заметить всю несостоятельность подобной системы. Достаточно уже и того, что придерживаясь ее, мы естественным образом пришли бы к необходимости множественных повторений одного и того же постановления в нескольких отделах Устава, так как всякое техническое ограничение может иметь в виду не одну какую-либо, а одновременно несколько одинаково важных целей. Поэтому пришлось бы говорить: в одном отделе (техническом) о том, например, что для прочности и устойчивости стен обязательно придавать им такую-то толщину, а в другом отделе (санитарном) — рекомендовать некоторую иную толщину стен, ради их непромерзаемости. Точно также, нужно было бы столько раз подвергнуть обсуждению правила устройства всякого рода зданий и сооружений, сколько устанавливается отделов Устава в зависимости от основных целей.
    Возвращаясь к основными идеям строительного регламента, следует признать за ними роль более существенную. По нашему мнению, они должны служить критерием при оценке каждого постановления, будут ли эти последние взяты из запаса норм прошлого, или будут подсказаны условиями современной жизни. Если та или иная норма не отвечает одному из основных требований, то ее необходимо отбросить, как норму беспочвенную; как плод случайных веяний и взглядов; и наоборот, — только те нормы могут найти себе место в Уставе, которые являются частичным воплощением основных идей и потому признаются целесообразными.
    Этим собственно и заканчивается первая часть программы, догматика нашего специального уложения.
    За нею следует вторая часть, более кропотливая, а именно изыскание мер и способов к достижению поставленных целей, построение самого закона, то, что в узком смысле нужно понимать под словом кодификация.
  5. Здесь, прежде всего, мы остановимся на обзоре деятельности комиссии по пересмотру устава строительного; постараемся уяснить себе причины, в силу коих деятельность эта не дала в течение сорока лет положительных результатов и воспользуемся этими драгоценными указаниями практики, чтобы в свою очередь избежать тех же ошибок. Затем, имея в виду преимущественно технический состав наших читателей, мы приведем общие руководящие положения о кодификации, и, наконец, перейдем к вопросу
  6. О построении схемы нового Устава. Лучшей системой распределения материала следует признать систему органическую, имеющую в основании логическое дробление общего понятия на составляющие его порядки.
    Принципы для каждой привходящей отрасли целого, а затем и для всех подчиненных и зависимых порядков, открываемые в соответствии с теми руководящими desiderata, о которых было сказано выше, — должны быть определенно сформулированы и строго согласованы с обще-правовыми началами. Эти принципы составляют краеугольный камень будущего строительного уложения; они же должны быть неизменным светочем кодификатора во всей его трудной и ответственной работе, иначе — он рискует сбиться с пути и стать на почву опасного сочинительства, которое в деле законодательном погубило уже немало хороших начинаний.
  7. В конце концов постараемся развить некоторые части схемы и представить их в том виде, в каком, по нашему мнению, они могут быть внесены в Устав Строительный.
  8. Следует иметь в виду, что в нашу задачу входит не проектирование самого закона, а лишь всестороннее изучение основ этого закона, направленное к тому, что бы удовлетворить требованиям до крайности усложнившейся жизни и поставить неизбежные ограничения в соответствие с высшими началами правды и справедливости, которым принадлежит не менее почетное место в практических нуждах строительства, чем на вершинах управления государством.


Первые на Руси мероприятия относительно строений, хотя и были направлены к предупреждению пожаров, но ничего общего не имели с ограничением права распоряжения недвижимой собственностью. Объясняется это тем, что в былую эпоху на пожары у нас смотрели, как на кару Божью. Так, в 1342 году в Новгороде, с целью уменьшить пожарные бедствия и предотвратить их на будущее время, «владыко с игумены и попы замысли пост и хождаху со кресты» (Лет. Лавр., 10, 28, 75. Ипат., 28). Более или менее непосредственные меры, стеснившие собственника, появляются у нас лишь в XVI веке. Это — осторожное обращение с огнем.
Русь была почти исключительно деревянной, пожары были явлением обыкновенным. «В Новгороде на каждое столетие (XIII, XIV), говорит Лешков, круглым числом приходилось по семи пожаров, о которых летописец считал необходимым говорить более или менее подробно. Последующее время не было милостивее к Новгороду, другие города не были счастливее, и потому можно принять это отношение за общее выражение для количества пожаров в древней Руси» (Лешков. «Русский Народ и Государство», 1858 г. 527—528). Все внимание правительства в течение долгих веков было сосредоточено на внешнем устроении государства, и многие стороны внутренней жизни силою обстоятельств оставались без всякого «направления и руководства».
В таком именно положении находилась, между прочим, строительная часть в поселениях, где избы и хоромы ставились без всякой системы и почти вплотную друг к другу, постоянно угрожая гибелью от огня и себе и соседям. Нельзя допустить, чтобы обыватели, не сознавали угрожавшей с этой стороны опасности, но сила привычки «жить тесно» брала верх над осторожностью и благоразумием. Такой порядок создался и окреп под влиянием веками воспитанной в народе-собственнике идеи абсолютного господства каждого над своим имуществом: «Чье поле, того и воля», «В своем дому хоть болячкой сяду, нет дела никому» (Даль. «Пословицы русского народа». СПБ. 1879 г.). Как увидим ниже, все наше строительное законодательство, от времени «тишайшего» царя и до наших дней, является непрестанной борьбой государства с этой идеей, непрерывным стремлением верховной власти ограничить на пользу общую право распоряжения недвижимостью, особенно в местах населенных.
Пожары, как об этом свидетельствуют летописи, случались в древности почти всегда весною, летом и осенью. Причина их лежала в неосторожности обращения с огнем. На это обстоятельство обратил внимание законодатель и приказал «с Радуницы по Семенов день нигде без нужды огня не держать и изб и мылень не топить».
«А где есть варить и хлебы печь, велеть поделать печи на огородах, что бы было не близко дворов». Несомненно, что постановления эти постоянно нарушались и бедствия не уменьшались. Для противодействия пожарам, «нужно было, замечает Лешков, прибегнуть к особому свойству имущества, к особому материалу и способу построены, для вынуждения у частных лиц самою природою вещи и самою стоимостью их имуществ всего необходимого внимания и всей необходимой осторожности обращения с огнем. Вот происхождение русских законов о частных зданиях и вот связь, существующая у нас между законами о пожарах и о частных построениях, где уже закон принужден ограничивать произвол хозяина и его право на собственность и пользование имуществом» (Лешков. «Русск. Народ. Госуд.» 1858 г. 533)
.
Первым законодательным актом, направленным в эту сторону, было распоряжение царя Алексея Михайловича «о недозволении домохозяевам ставить свои хоромы близко к соседней меже и пристраивать к стене соседа печи и поварни» и «о сломке тех из построек, кои будут возведены несогласно с сими правилами» (Улож. Гл. X, ст. 277, 278).
В апреле 1681 года «на Белоозере Софийского собора протопопу Ивану с братиею, и приходских церквей попом и дьяконом, и домовым людям, и детям боярским и церковным причетникам — ведено было — устроенные на огородах для приготовления пищи — печи крыть «драницами», а не соломою; и не скалами и не хворостом"( Доп. к А. И., т. VIII, № 95 2) Собр. Госуд. Гр. и Д., т. IV, № 127).
Наблюдение за точным исполнением предписанных мер было возложено на городских бояр. На первых же порах применение закона встретило сильное противодействие со стороны обывателей: с одной стороны оно шло в разрез с вековыми традициями, а с другой — затруднялось и неопределенностью самого постановления. Так или иначе, цель осталась недостигнутою, — Москва и после этого выгорела. Тогда последовал новый ряд правительственных распоряжений, клонившихся к прекращению пожаров, а вместе с тем и к более правильному и благовидному устройству столицы; однако, при этом зачастую упускалась из виду главная причина пожарных бедствий — употребление для построек почти исключительно лесных материалов.
23 октября 1681 года, Царь Феодор Алексеевич распорядился, чтобы в Москве кровли на домах делали из тесу, а не из соломы или драни; и впредь бы в Кремле и в Китай-городе и, вблизи этих частей, и по большим улицам Москвы не строили бы палатного жилого строения из бревен и дерева, а строили бы только из кирпича, который казна сама берется доставлять жителям по 1 руб. 50 коп. за 1000 штук. Тем же указом Царь повелел отделять все дома в Москве один от другого каменною стеною или «брандмауэром» для избежания больших пожаров (Соб. Госуд. Гр. и Д., т. IV, № 127).
Император Петр Великий, путешествовавший по Европе и видевший устройство городов в западных державах, в 1701 году издал повеление «о строении в Москве на погорелых местах, достаточным людям каменных домов, а недостаточным — мазанок», с обязательством, при том, крыть их черепицею или гонтом (Пep. Пол. Соб. Зак. 1825 г. (В дальнейшем изложении цифры, поставленные в скобках, означают №№ статей Пер. Пол. Собр. Зак.). Затем, в 1704 г., для того, чтобы придать наружную красоту столице и, вероятно, для облегчения полицейского надзора, запрещено жителям Москвы строиться внутри дворов, а велено постройки возводить по линии улиц (1963), по образцу других европейских городов. Понимая однако, что одних запретительных мер недостаточно, Царь распорядился устройством на казенный счет кирпичных заводов, из которых, особо учрежденною «Канцеляриею Каменных Дел», выдавался материал для обывательских построек. Так как способ приготовления кирпича еще не был распространен среди населения, а заготовка его на казенных заводах чрез чужестранных мастеров обходилась слишком дорого, и так как, вместе, с тем, самый способ построения из кирпича был мало известен и мастеров для этого приходилось выписывать также из-за границы, — то городские обыватели продолжали возводить и строения деревянные.
Учредив в 1703 году новую столицу, Петр Великий принял все меры к тому, что бы обеспечить ей полное благоустройство по образцу городов других европейских держав.
В 1714 г. обнародовано Высочайшее повеление о возведении в С.-Петербурге, на городском и Адмиралтейском островах, по р. Неве, и большим протокам, по линии улиц — одних только каменных домов и мазанок, с покрытием их черепицею и дерном, с устройством печей с фундамента и с большими трубами, по архитекторскому чертежу (2792). Для составления планов и для разбивки мест под постройки были вызваны из Рима обучавшиеся там архитектуре царские пансионеры, и в числе их — известный П. М. Еропкин, павший впоследствии (1740 г.) жертвой Бирона, вместе с Волынским и Хрущовым. Заботился Государь и о красоте города, запретив ставить по улице сараи и конюшни и заимствуя образцы для построек у западных государств; об этом свидетельствует распоряжение, которым повелено «постройки в С.-Петербурге ставить с каменными фундаментами, как в Пруссии, и покрывать крыши дерном, как это делается в Ингрии» (2850).
Законом 9 октября 1714 года Петр I воспрещает производить во всем государстве каменные постройки с целью сосредоточить силы и средства в Петербурге и частью в Москве и дает целый ряд правил о постройке частных зданий (2848).
Впрочем, в ноябре того же года явилась возможность объявить губернаторам, чтобы строили в будущем 1715 г. каменные дома «с пяти доль, по двору, на год" (2781).
Далее следуют меры к правильному расположению построек и к удобству сообщения; воспрещено обывателям С.-Петербурга возводить надворные постройки до тех пор, пока улицы не будут застроены жилыми домами по архитекторскому чертежу; улицы ведено устраивать шириною от 3 до 7 саженей, дороги укладывать фашинами и вырубать по обе стороны их рвы, и от рек возводить постройки в, расстоянии 5 саженей (2855, 2932, 2909, 3019). Заведывание устроением С.-Петербурга и наблюдение за исполнением изданных для сего правил лежало на полициймейстерской канцелярии, которой дана Высочайшая инструкция для руководства при разрешении построек. Инструкциею «воспрещено возведение строений по линиям выше Литейного двора; деревянные постройки разрешены только на Васильевском острове; новые дома возводить, а старые — починять велено по архитектуре; починка старых деревянных строений разрешена только бедным (3192); а вслед за сим, в устранение пожаров, «повелено печи строить с фундаментом от земли, и между печами и деревянными стенками устраивать, фута на два, кирпичные разделки; трубы выводить на столько широкие, чтобы человеку можно было пролезть в них; потолки смазывать глиною, а кровли устраивать черепичные, дерновые или гонтовые. Для селений же изданы чертежи и «повелено возводить дома в селениях гнездами, с 30-ти саженным друг от друга разрывом; гумна устраивать позади дворов, а овины — не ближе 35 саж. от крестьянских дворов».
Однако распоряжения правительства и в отношении внутреннего устройства домов, и в отношении постановки зданий по линии улиц не соблюдались обывателями столицы в точности; поэтому в 1718 г., именным указом Петра 1-го, повелено с.-петербургскому генерал-полийцмеймейстеру принять меры к соблюдению царского регламента о благоустройстве городов (3203), а в 1721 г. для указания линий улиц и для наблюдения за постройками в техническом отношении, определены в полициймейстерскую канцелярию архитектор и печной мастер (3777); при этом повторено о необходимости устройства печей по указу, в предупреждение бедствия для соседей, и велено смотреть, «чтобы берега рек и протоков были хорошо укреплены и чтобы улицы были ровные и сухие» (4047). В I722 году, даны такие же инструкции московскому обер-полициймейстеру и московской полициймейстерской канцелярии, с приказанием, для удобства сообщения, «устраивать мосты и мостить улицы» (4130).
Вслед за сим, в устранение все-таки повторявшихся в С-Петербурге пожаров, «повелено стены внутри домов смазывать глиною или гипсом, а улицы делать шириною не менее 5 саж. (4275), бани устраивать как можно далее от жилых строений и, притом, близ воды, и не топить летом печей в жилых избах, а устраивать хлебопекарни (5333). Последние правила, в 1728 г., при Императоре Петре II распространены на все города России.
По случаю наводнений, происходивших при разлитии р. Невы и уничтожавших имущество жителей, Императрица Екатерина I-я, в виду того, что обыватели уже несколько раз потерпели убыток от нечаянной прибылой воды, в 1726 году, распорядилась, «чтобы постройки возводимы были на 1 фут выше прибылой воды» (4982).
Для наблюдения за правильным возведением построек в С.-Петербурге и за добросовестным исполнением обязанностей приходящими в Москву из-за границы мастерами строительного дела, в 1724 г. учреждена была в С.-Петербурге канцелярия от строений (4617). Впоследствии (в 1730 г.) на ту же канцелярию возложено было заведование мостами и каналами, строившимися в столице для удобств сообщения и для осушения грунта (5539).
В 1736 году, после большого пожара в Москве обращено было внимание правительства на то, что пожар произошел, главным образом, от тесноты дворовых участков и неправильного расположения обывательских построек, между которыми затруднителен был даже проход: а потому «повелено уширить улицы и спрямить их, а глухих переулков не оставлять; с обоих концов зданий выводить брандмауэры выше кровель фута на три, (7055) в устранение перехода огня на соседние строения; «а также увеличить дворовые места и оставлять между постройками место для ворот, в 5 саженей (7061).
Учрежденная при Петре I-м канцелярия о строении г. С.-Петербурга в 1737 году переименована в комиссию о строении, и ей поручено, под особым надзором кабинета Ее Императорского Величества, заведывание всеми казенными и обывательскими постройками (кроме дворцовых), составление правил и чертежей для возведения строений в С.-Петербурге и принятие мер к лучшему и более безопасному возведению построек вообще, а также составление плана города, указание мест для построек и общественных площадей и составление инструкции полиции для наблюдения за постройками (7323).
Труды этой комиссии заключаются в составленных для построек в С.-Петербурге следующих правилах: «кровли каменных домов крыть железом и черепицею; балконы и «гзымзы» (Гзымс – то же, что «Гезимс» - в архитектуре – выдающийся край в строении, карнизах; в столбах – распушка. Прим. НПН по толковому словарю нач. XX века (без выходных данных) или Карниз, по Плужников В.И. «Термины российского архитектурного наследия»Словарь-глоссарий. М «Искусство» 1995, стр. 45) делать каменные и кирпичные, но отнюдь не деревянные; общественные постройки: кабаки, трактиры, лавки и проч. делать со сводами; устраивать в городах площади; архитекторам наблюдать, чтобы нижние этажи домов имели фундаменты толстые и крепкие; все дома строить на погребах, окна которых должны быть на один фут выше большой полой воды; домов вместе не смыкать; в погреба лестницы делать каменные, а двери железные; дворы строениями не затеснять; разрыв между каменными постройками делать в 3 сажени; печей, труб и каминов, без указания архитекторов, не возводить. Дозволено строиться и двоим владельцам, стена к стене, но под один фасад, и с разделением домов их брандмауэром выше крыши; постройку заводских и фабричных зданий вообще, для безопасности от огня, «относить от обывательских домов, саженей на 60 и строить ближе к воде; деревянных пристроек к каменным домам не делать, и, наконец, на всякого рода постройки подавать чертежи на утверждение комиссии о строении (7540, 7563, 10043, 8254).
Что же касается других городов России, то на них не было обращено внимания до тех пор, пока правительство не оказалось вынуждено к тому пожарами. Так, по уничтожении пожаром Астрахани, велено Сенату наблюдать, «чтобы строения ставились без тесноты, а улицы делались широкие и прямые и чтобы нигде не возводились постройки без разрешения главной полиции». Для ямских слободок в Москве, по случаю пожаров, обусловлено, «чтобы все кузницы, а также и огнедействующие заведения были вынесены за город и чтобы кровли были покрываемы тесом», а не соломою (8458, 8549, 10096).
В 1762 году комиссия о строении образована в Москве, и по повелению Императрицы Екатерины II, в 1774 году начала составлять план г. Москвы, для более удобного расположения общественных заведений, рынков, площадей, заводов, лавок и проч. По случаю пожаров в С.-Петербурге, и в видах улучшения столицы по части благоустройства вообще, в 1785 году были изданы еще некоторые правила для городских строений, а именно: «не дозволено строить внутри каменных домов деревянных лестниц и переходов; город строить велено по Высочайше утвержденному плану; запрещено застраивать городские выгоны, и возложена на обязанность полиции забота о восстановлении ветхих строений и о застройке пустопорожних мест; торговые бани велено строить близ воды и в удобных местах, чтобы городским строениям не было от них опасности, и разделять их на две половины, для мужчин и женщин, с особыми входами и надписями» (11721, 14136, 16123, 16188, 15359).
По учреждению Императрицы Екатерины II для управления губерний, изданному в 1775 году, заведование публичными и казенными зданиями во всех городах России, кроме Петербурга и Москвы, где существовали уже комиссии о строении для обывательских построек, возложено на вновь учрежденный при казенных палатах строительный экспедиции, а наблюдение за городскими обывательскими строениями поручено городничим (14392, I5141)
.
В 1796 году, в царствование Императора Павла I-го, на строительные экспедиции в губернских городах возложено наблюдение и за обывательскими постройками, а в С.-Петербурге и Москве, вместо упраздненных комиссий о строении, учреждены конторы городских строений, для наблюдения «за возведением построек согласно Высочайше утвержденным фасадам»; для наблюдения же за прочностью построек, как при конторах, так и при строительных экспедициях, состояли архитекторы (17670, 18663, 18822).
В царствование Императора Александра I-го, в 1802 году, вышеупомянутые конторы упразднены, а дела их и вообще высший надзор за благоустройством городов и селений, поручены ведомству Министерства Полиции; дела строительных экспедиций переданы в ведение губернских правлений, с учреждением для этого строительных экспедиций при губернских правлениях. Для наблюдения же за казенными постройками в С.-Петербурге, в 1808 году, образован комитет городских строений, на который возложено и производство нужных в казенных зданиях строительных работ (20143, 21717, 22114, 23196).
В тоже время было обращено особенное внимание на благоустройство городов и селений, как в отношении гигиеническом, так и в отношении к удобствам жизни, торговли, промышленности и проч. Так в 1802 году учреждена при ревельском порте комиссия для наблюдения за постройкою казарм и устранения всего, «ко вреду здоровья» жительствующих в казармах касающегося (20408). В 1804 году, часть государственных доходов предоставлена в распоряжение г. Одессы, «для возведения» общественных сооружений: «водопроводов, колодезей, госпиталей и проч.» (21161). В том же (1804) году учреждена комиссия для постройки в С.-Петербурге «новой каменной Биржи и обложения камнем берегов р. Невы» (21181), а в других городах, при губернаторах составлены особые экспедиции «для построения острогов и других казенных зданий» (21292). Далее, учреждены комиссии для постройки в С.-Петербурге «сальных и поташных буянов и казарм в Москве» (21464, 21474). В 1809 году и затем в 1816 и 1817 годах установлены новые правила, для построек в С.-Петербурге, а именно: 1) «деревянных жилых строений не возводить, без разрывов, более 12 саж. в длину; 2) разрыв между деревянными постройками делать в 4 сажени, при недостатках же такового, устраивать к дому брандмауэры, но без безобразия в фасаде; 3) двухэтажных деревянных домов не дозволять (мезонины в счет этажей не входят); 4) деревянные постройки возводить в вышину не более 8 аршин; 5) в каменных домах, простирающихся более, как на 12 саженей, устраивать по несколько брандмауэров; 6) незастроенные места огораживать заборами; 7) обвалившуюся штукатурку на церквах и церковных оградах немедленно исправлять; 8) не пестрить дома краскою, а красить дома лишь определенными цветами (Дозволенные цвета определены); 9) для удобства пешеходов, по всем улицам, устраивать тротуары, составленные из гранитных камней, шириною в 2 аршина, со скатом в 1 вершок; место между тротуаром и стеною должно быть замощено, со скатом в 3 вершка; самые тротуары должны представлять собою поверхность ровную и соединяться с мостовой в воротах скатом без уступа; 10) по краям тротуаров ставить столбики, вышиною в 1 фут; 11) дождевые трубы устраивать так, чтобы они не доходили до тротуара только на 4 вершка; 12) не делать для сходов в погреба и при входах более одной восходящей или нисходящей ступени по тротуару». Впоследствии из этих правил распространены на прочие города России изложенные в §§ 6, 7 и 8, при чем Император Александр I выразил желание, «чтобы во всех губернских городах», для чистоты воздуха и красоты, «были устраиваемы общественные сады», на подобие замеченных Им в Малороссии (21478, 23874, 26491, 27180).
Обращено было внимание и на устройство улиц, канав и мостов повелением «устраивать улицы широкие, прямые и мощеные, с канавками по бокам, для стока воды и с устройством мостиков во всю ширину улиц, для безопасности проезжающих» и даже даны были полиции чертежи для устройства мостов, канав и тротуаров.
По отношению к селениям, где стесненное расположение домов и узкие улицы являлись причиною неминуемого бедствия в случае пожара, Император Александр I-й, именным указом, данным управляющему Министерством Полиции 13 Декабря 1817 года, повелел установить для построек в селениях следующие правила: 1) «чтобы улицы в селах и деревнях имели ширины, по крайней мере, 10 — 15 саженей; 2) сплошного строения не дозволять, а располагать дома так, чтобы между каждых двух был надлежащий проезд и чтобы всякое таковое гнездо разделялось огородом, или пустым местом, в 12 — 16 саженей, засаженным по бокам скорорастущими деревьями; 3) в селениях иметь, по крайней мере, одну площадь, а в больших — и более; 4) соблюдать чистоту на улицах, для народного здоровья; 5) церкви строить на площадях; 6) кладбищ среди селений не открывать, а даже и существующие переводить, исподволь, назад селений» (27180).
В 1825 году установлены правила относительно построек при крепостях: 1) «при пограничных крепостях, в расстоянии 130 сажен от гласиса, никаких строений не возводить; 2) на форштадтах строения располагать по анфиладу крепостных верков и возводить постройки только деревянные, без каменных фундаментов; 3) фахверковые строения и каменные фундаменты под деревянные дома делать не ближе 450 саж. от кроны гласиса (30200).
Высочайшим повелением от 25 июля 1810 г. управление строительною частию в России поручено Министерству Внутренних Дел, а на Министерстве Полиции осталась обязанность снабжения обывателей фасадами и планами для частных построек; в 1812 году, для высшего надзора за постройками в государстве учрежден при Министерстве Внутренних Дел строительный комитет, в который и перешли все обязанности, как по наблюдению за постройками в Империи (кроме дворцовых), так и по распоряжению к лучшему и более правильному устройству городов и селений. Этому же комитету подчинены все строительные экспедиции при губернских правлениях. (24307, 24326, 24686, 25137, 25392). Первое распоряжение Императора Николая относилось к фабричным и заводским постройкам. Заметив, что внутри городов существуют заведения, производящие смрад и нечистоту, Император Николай повелел, чтобы впредь такого рода постройки были возводимы за городом, на особо отведенных для сего, ниже города по течению рек, участках и чтобы туда же были перенесены заведения, уже существовавшие в городах, для чего и назначен 10 летний срок (II пол. соб. зак. 366) (Дальнейшие ссылки (числа в скобках) относятся ко Втор. Полн. Собр. Законов) Император Александр I, проезжая по Новгородской губернии, заметил некрасоту вновь отстроенной церкви в яму Чудове (186). Вследствие этого Император Николай повелел, чтобы на постройку новых церквей непременно составлялись планы и фасады, и предварительно исполнения, представлялись на рассмотрение и одобрение Министерства Внутренних Дел; самая постройка церквей производилась бы под непосредственным наблюдением архитекторов, а при невозможности сего — опытных в строительном деле лиц, по шаблонам и чертежам, данным все-таки архитекторами (1804); исправление же существующих церквей, для выигрыша времени, дозволено и по чертежам, рассмотренным местными губернскими архитекторами, когда чрез отсылку планов в Министерство и трату на это значительного времени, исправления те могли бы потребовать более расхода (1804).
По поводу возникавших между обывателями споров о том, кому из соседей возводить заборы, в 1826 году постановлено было, что заборы должны строиться на общий счет смежных владельцев, каменные или деревянные, а при согласии и решетчатые; насчет же одного владельца ставятся заборы по линии улицы (555).
Обращая внимание на то, что существовавшие в России разного рода памятники древности переделываются с искажением их прежнего вида, разрушаются от времени или разбираются жителями на свои надобности, Император Николай, в 1827 году, повелел о сохранении их в существующем виде, с ответственностью за то начальников городов и местных полиций; при чем повелено также поддерживать ворота таких зданий; «исправлять же ненужного не надо». Последние слова были вызваны тем обстоятельством, что при исправлении некоторых памятников последовали изменения фасадов и наружного вида зданий (794, 1613).
В том же году изданы правила, чтобы постройки в городах, для предотвращения несчастных последствий, бывающих при пожаре от тесноты домов, вообще были возводимы на земельных участках, имеющих по улице не менее 10 саженей; маломерные же места владельцы были обязаны продать в течение двух лет одному из соседей; в противном случае, землю ту оценивать чрез присяжных ценовщиков и, бросив жребий, предоставить землю тому из соседей, кому она достанется, взыскав в пользу лишающегося оценочную сумму; если же существовали уже дома, построенные на маломерных участках, в близком друг от друга расстоянии, без надлежащего промежутка, то в предупреждение пожаров обязывать домовладельцев делать между строениями брандмауэры, с тем, чтобы в фасаде не было безобразия; а когда таковые дома придут в ветхость, то ни на исправление их, ни на постройку вновь дозволения не давать иначе, как при условии, чтобы каждый хозяин имел по линии улицы не менее 10 саж. — Каменные дома дозволено было возводить сплошные (1235).
Император Николай I получил сведения о некоторых упущениях и неудобствах, замечаемых при постройке частных домов в городах, особенно относительно тесовых плоских кровель, именно: 1) при выдаче фасадов на частные постройки, вышина крыши назначается не более четвертой части ширины строения; но как почти все дома в городах кроются тесом редко хорошим, то таковые плоские кровли дают течь и долго держат на себе снег, который в провинциях не сметают; 2) что таковые плоские кровли весьма не прочны и скоро сгнивают, и потому всякий строящий отступает от выданного ему фасада, и делает крыши выше, преимущественно в одну треть ширины строения. Чтобы соединить красоту строений с выгодами обывател ей, в 1828 году были составлены строительным комитетом при Министерстве Внутренних Дел особые правила относительно крыш (2192).
В 1827 году повелено, чтобы все планы казенных строений были представляемы на благоусмотрение Государя Императора (1226). Но в 1828 году, вследствие доклада Министра Внутренних Дел об излишнем затруднении Государя докладами планов, не имеющих особенно важного значения ни по работам, ни по ценности оных, повелено было представлять на Высочайшее утверждение только такие планы, которые составлены с отступлением от изданных образцов, и планы на важные здания, требующие значительных издержек, особенно же на здания, предполагаемы около площадей и главных улиц города; все же прочие планы, по рассмотрении в строительном комитете, предоставлено утверждать Министру Внутренних Дел (2433).
В 1830 году, вследствие доклада Министра Внутренних Дел о том, что жители Петербурга производят постройки несогласно с прежде изданными распределениями о местах для каменных и деревянных строений; что, устраивая дома на подвалах, домовладельцы обращают эти подвалы в жилье, вредное для здоровья, и в виду мнения строительного комитета об опасности в случае пожаров высоких и больших деревянных домов, построенных на каменных этажах, было издано подробное распределение мест С.-Петербурга, на которых могут быть каменные и деревянные строения (Уст. Стр. 1857, ст. 333 п. 1 и 2); запрещено устраивать деревянные дома на каменных этажах и подвалах, вредных для живущих и опасных в случае наводнения (ст. 333 п. 5), но предоставлено строить деревянные дома на каменном цоколе или фундаменте в 1 аршин от тротуара. На фабриках же и дачах дозволены такие деревянные дома, у которых нижний этаж каменный (ст. 333 п. 5).
27 Октября 1830 года Высочайше утверждено положение об устройстве селений вновь и для приведения в лучший вид селений уже существующих (4037 ст. 415 до 504).
В том же 1830 году, существовавшее для православных церквей правило о том, чтобы фасады и планы на новые церкви были предварительно доставляемы на рассмотрение Министерства Внутренних Дел, распространено и на церкви иноверческие, с тем, что если бы и в селениях производимы были таковые постройки на счет казны, то и об них было предварительно делаемо представление (4165, 251, 252, 252).
В 1831 году, Император Николай, по поводу угрожавших Обуховской и Калинкинской больницам пожаров от затлевшихся балок, близ которых находились дымовые трубы, выведенные для камина, а потом с переделкою камина на печь, оставленные в прежнем виде без достаточного отделения от балок, повелел: за подобную неосмотрительность наблюдающих за постройками архитекторов подвергать аресту и обращать на их имущественную ответственность те переделки, кои необходимы в строениях после пожара (4333, 5076).
10-го Сентября 1831 года были Высочайше утверждены правила об отчетности по казенным постройкам и заготовлениям, производимым хозяйственным способом (4789).
В том же 1831 году, Государь, получив донесение, что при производстве штукатурной работы в придворном запасном доме, упали подмостки, от чего расшиблись 4 человека, повелел арестовать архитектора на 3 дня и объявить всем архитекторам, что ответственность в подобных случаях будет падать на них, почему они и должны наблюдать за прочным устройством подмостков (4896).
1832 год является новой эрой в управлении строительной частью, и раньше, чем перейти к обозрению последующего законодательства, остановимся несколько на приведенном беглом очерке правительственных по этой части мероприятий, начиная с половины XVII столетия до первых лет царствования Императора Николая. Прежде всего не трудно заметить, что эти мероприятия, развиваясь все шире и шире, преследовали одновременно две цели: с одной стороны имеется в виду непосредственное удовлетворение ближайших нужд строительства и достижение таких форм его, которые по возможности обеспечивали бы пожарную и техническую безопасность, на ряду с внешним благоустройством поселений; а с другой — неустанно преследуется мысль о создании такого управления, которое поставило бы эту специальную отрасль в соответствие с новейшими условиями общественной жизни.
Если меры первого рода как бы сами собою вытекали из постоянно возникавших указаний практики; то для создания надлежащего управления требовалось специальное изучение нужд нашего строительства и что главное — хотя бы некоторое завершение по части организации управления общего. Между тем, известно, что именно указанный период является переходным в этом последнем отношении. Московские приказы, петровские коллегии и, наконец, александровские министерства, — все эти учреждения быстро сменялись одно другим, едва поспевая удовлетворять запросам неудержимо возраставшей государственности.
При таких условиях не было никакой возможности остановить должное внимание на интересующей нас второстепенной отрасли управления и дать ей сколько-нибудь законченный облик. Тем не менее, и за это время кое-что было сделано.
Как мы видели, при царе Алексее Михайловиче строительная часть впервые входит в круг забот правительства; заведывание ею поручается городским боярам (1681 год) — прототип нашего строительно-полицейского надзора.
Спустя 20 лет эти обязанности возлагаются на учрежденную Петром Великим в Москве «канцелярию каменных дел» (1701 год); сверх того этой же канцелярии поручается распространение среди населения основных начал строительной техники. Однако главным предметом забот этой канцелярии остается строительство столичное и преимущественно казенное.
В 1724 году для Петербурга, в 1762 году для Москвы, а вслед затем и для остальных городов Империи учреждаются канцелярии и комиссии о строении. Эти последние при Екатерине II в 1775 году преобразуются в строительные экспедиции при казенных палатах; в обязанности этих экспедиций входило главным образом сооружение всякого рода казенных зданий в губерниях, а наблюдение за обывательскими строениями было поручено городничим.
При Павле I (1796 г.) надзор за частными постройками переходит в ведение тех же экспедиций, и таким образом управление строительной частью объединяется в однообразных губернских учреждениях под общим руководством комиссии столичной, которая, впрочем, далеко еще не представляла собою центрального строительного управления и оставляла большую свободу действий учреждениям местным.
Первый шаг на пути к централизации управления строительной частью в Империи был сделан Александром I-м, при котором в 1802 году заведование этой частью сосредоточено в министерстве полиции, а подчиненные последнему строительные экспедиции вошли в состав вновь образованных губернских правлений. Вскоре затем, (в 1810 году) общее управление строительной частью переходит к Министерству Внутренних Дел, при котором для этой цели впервые учреждается специальная коллегия в лице техническо-строительного комитета.
Но наиболее ярким отражением идей централизации является Высочайше утвержденное 29-го сентября 1832 года «положение о новом образовании строительной части гражданского ведомства», которое поставило эту часть, наряду с путями сообщения, в заведование единого «Главного Управления Путей Сообщения и Публичных зданий», весьма близко подходившего по строю своему к типу западно-европейских «министерств общественных работ». Существо этого положения заключалось в следующем:
  1. Строительная часть, состоявшая в ведении Министерства Внутренних Дел, присоединена к Главному Управлению Путями Сообщения, составив таким образом «Главное Управление Путей Сообщения и Публичных Зданий».
  2. Состоявший при Министерстве Внутренних Дел строительный комитет упразднен, а вместо него образовано при Главном Управлении — Отделение для искусственной части гражданских зданий.
  3. Для ближайшего заведования всякого рода гражданскими постройками в губерниях, вместо строительных экспедиций при губернских правлениях учреждены строительные комиссии (кроме С.-Петербурга и Москвы, где существовали на сей предмет особые строительные установления).
  4. Губернии, в отношении к гражданским строениям, распределены на округа.
  5. В каждом округе, под ведением окружного начальника учреждено техническое отделение для рассмотрения проектов и смет, осмотра и освидетельствования построек.
  6. С целью подготовить для губерний архитекторов, учреждена в С.-Петербурге архитекторская школа.
  7. Строительные комиссии в губерниях состояли, под председательством губернаторов, из трех членов: асессора, губернского архитектора и помощника его; кроме того — одного или двух офицеров корпуса путей сообщения.
  8. При производстве дел в комиссиях наблюдается порядок, для губ. правлений установленный; распоряжения и действия комиссий основываются на журналах ее и предложениях начальника губернии.
  9. Обязанности строит. комиссий заключаются в сохранении планов, фасадов и описи всех по губернии казенных зданий и в попечении за сохранением и содержанием таковых в надлежащем порядке.
  10. Комиссия ежемесячно собирает сведения о справочных ценах на материалы и рабочих людей по губернии для соображения при составлении смет.
  11. Заведовая распорядительною и хозяйственною частями, комиссия производит починки строений, перестройки оных, а равно и сооружение новых зданий.
При этом были определены также обязанности комиссии: по предмету составления смет (12 — 15); относительно порядка производства работ (16 — 21); относительно производства торгов и заключения контрактов (22 — 23); по отчетности в работах и денежных суммах (24 — 35).
Не менее знаменательным обстоятельством, совпавшим с переходом строительной части в заведование Главного Управления Путей Сообщения, было и издание — в составе Свода Законов — устава строительного, правила которого впервые стали, таким образом, общим достоянием...
Деятельность Главного Управления по гражданской строительной части была чрезвычайно разнообразна и выразилась, между прочим, в необычайном развитии специального законодательства. Нет никакой возможности привести здесь сущность всех мероприятий, направленных к упорядочению отечественного строительства, за время свыше 30-летнего нахождения его в ведении этого Управления, а потому мы вынуждены ограничиться указанием лишь главных законоположений, относящихся к названному периоду, причем коснемся в своем обзоре, как правил о частных постройках, так и о сооружениях казенных, техническая и хозяйственная часть коих подверглась в это время наибольшей регламентации.

Приводя ниже перечень главнейших узаконений, последовавших за преобразованием 1832 года, мы остановимся в своем месте на обстоятельствах, сопровождавших передачу (1864 — 65) управления строительным и дорожным делом снова в Министерство Внутренних Дел, а затем доведем наш обзор только до начала 70-х годов, так как все дальнейшие узаконения по строительной части разрешают в большинстве случаев лишь такие вопросы, которые не имеют принципиального значения для характеристики нашего специального законодательства.

Наиболее важные положения, изданные в 1833 году, следующие:
О штатах строительной части гражданского губернского ведомства (6294). О свидетельствовании работ, произведенных на малозначащие суммы (6648). О распубликовании правил для поверки и рассмотрения смет и планов гражданским строениям (6682).
1834 г. Правила для содержания и починки городских общественных зданий и устроений, также содержание дворцовых и других казенных садов и бульваров в городе Киеве (6704, §§ 45—65). Предоставление Министру Внутренних Дел разрешать постройки в уездных городах из городских доходов на сумму до 5.000 руб. (7199). Дополнение к правилам для производства работ, составления и ревизии технических отчетов по ведомству путей сообщения и публичных зданий (7716). О свидетельствовании в городах ветхих зданий и об отвращении опасности, происходящей от падения оных (7405).
1835 г. Правила производства исправлений в зданиях, принадлежащих Нижегородскому ярмарочному гостиному двору (7873 §§ 9 — 11). Правила для освидетельствования строительных работ (8204). Обязанности Департамента Военных Поселений, относительно постройки и содержания военных зданий (8233, §§ 74 — 105; 110 — 125; 130 — 158). Обязанности и ответственность инженеров военных поселений по содержанию и исправлению военных зданий (8234, §§ 29 — 34). Порядок передачи в Департамент Военных Поселений строительной части из прочих Департаментов Военного Министерства (8235). Разрешение впредь строить деревянные церкви повсеместно (8517). Дозволение строить в Архангельске деревянные дома в два этажа (7789). Правила на постройку обывательских домов в С-Петербурге на маломерных местах (7895). Предоставление комитету об устройстве города Кронштадта назначать к сломке и такие ветхие строения, кои находятся в споре или в опеке (8467). Запрещение штукатурить каменные дома, вновь оконченные в одно лето (8606).
1836 г. Учреждение при комиссии строений в Москве черепичного завода (8842). Составление запасного инструментального капитала для снабжения губернских и областных строительных комиссий геодезическими и математическими инструментами (8910). Отчисление губернских и областных строительных комиссий к новым округам путей сообщения (9030, п. 2). Обязанности Военного Министерства по части строительной (9038, §§ 405 — 407). Обращение на счет городов издержек на исправление и поддержание древних зданий (9045). Дозволение строить деревянные церкви иностранных исповеданий (9783). Правила для производства обывательских строений в городе Елисаветграде (8769). С какими ограничениями дозволяется жителям Галерного селения строить деревянные дома (8907). Правила производства обывательских строений в Нижнем Новгороде (9149, § 16 и след.). Подтверждение запрещения штукатурить каменные дома, вновь построенные, тем же годом (9б12). Правила о производстве обывательского строения в городе Ярославле (9617). Дозволение устраивать слуховые окна на крышах частных домов в Риге (9769). Положение о производстве строений в губернском городе Калуге (9775).
1837 г. Производство разъездных денег членам строительных комиссий при надзоре их за работами (9909). Обязанности строительных комиссий в отношении к постройкам и исправлениям городских зданий (10326). Обязанности гражданских губернаторов по части строительной в городах и поселениях (10303, §§ 83-99). О неразломке зданий, построенных во времена Петра Великого, без особого Высочайшего разрешения (10436). Устройство сводов в публичных зданиях (10481). Предоставление городским думам составлять сметы на постройку и исправление городских зданий на сумму до 500 руб., без соблюдения правил урочного положения (10326).
1838 г. Запрещается производить строения в пределах бечевника (10964, §§ 7, З1). Желающим в Тифлисе и прочих городах тамошнего края производить постройки позволять не иначе, как по фасадам, составленным архитекторами (10994). Устройство печей вновь и перенесение их с одного места на другое производить не иначе, как под надзором архитектора (11009). Обер-полицеймейстер имеет надзор, чтобы строения в С.-Петербургской столице производимы были по утвержденным планам и фасадам (11109, § 34, п. 21). О наблюдении полицеймейстерам за возведением и отделкою зданий в С.-Петербурге (§ 211, п. 8). Обязанности владельцев домов и других недвижимых имуществ в С.-Петербурге по постройке и переделке зданий (§ 233, прилож. §§ 2-7).
1839 г. Правила освидетельствования работ по зданиям гражданского ведомства (12415). Предоставление Министру Внутренних Дел разрешать постройки на счет городских доходов или земских сборов без ограничения суммы (12669).
1841 г. Сохранение при составлении проектов на построение православных церквей, преимущественно вида древнего Византийского зодчества (14392). Правила о сооружении православных церквей (14409, ст. 44-60). Передача в гражданское ведомство планов всем цивильным зданиям (14674). Об отдаче для застроения мест, городам принадлежащих (14944). Порядок составления планов для постройки селения после пожаров (14403).
1842 г. Подчинение строительных комитетов по устройству губернских городов Главному Управлению Путями Сообщения и Публичными Зданиями (15951). Перечисление городовых архитекторов в губернские строительные комиссии (16251). Правила по строительной части в С.-Петербурге (16107). Порядок исправления казенных зданий гражданского ведомства в Камчатке (16141). О церквах и публичных зданиях, строящихся в крепостях и на форштадтах их (16293). К ведомству распорядительного отделения управы благочиния принадлежит распоряжение о дозволении построек и починок казенных зданий (16369, § 16, п. 10). О неприступании к обновлению древних церквей без Высочайшего разрешения (16401). Правила по строительной части в С.-Петербурге (16107).
1843 г. О новом урочном положении на все вообще работы (16503). О даче фасадам для построения в столице домов вида неединообразного (16949). Дозволение в городе Архангельске строить деревянные дома без каменных фундаментов (I7351).
1844 г. Недопущение в городах к постройке строений лиц, не получивших звания архитектора или свидетельств в достаточных сведениях в строительном искусстве (18013). Дозволение расписывать обывательские дома снаружи разноцветными красками (18395). Ограничение постройки в С.-Петербурге высоких зданий и надстроек этажей на существующих зданиях (18398). Представление, при желании производить новые постройки, подробных планов в окружные правления и губернские строительные комиссии, для предварительного оных рассмотрения (18529).
1845 г. Недозволение производить строения ближе двух сажен в расстоянии одно от другого (18703). Устройство при огнедействующих заводах каменных лестниц (18986). Запрещение делать деревянные постройки к каменным обывательским домам (19215). О дозволении в Западной Сибири производства деревянных построек лицам, знающим строительную часть (19496).
1846 г. Производство плотничных работ со всею возможною тщательностью, а кладку камня на перевязь (20400).
1847 г. Правила представления для поверки проектов и смет губернских строительных комиссий Кавказской и Тифлисской (20776). Утверждение планов и фасадов на частные постройки в уездных и губернских городах (20826). Воспрещение при каменных торговых лавках деревянных пристроек и лестниц (21348).
1848 г. Порядок утверждения строительных смет (22364). Рассмотрение проектов и смет на постройки в Главном Управлении Путей Сообщения и Публичных Зданий (22807). Воспрещение устройства в частных домах на балконах и террасах деревянных решеток (21846). Выдача особых печатных бланков обывателям С.-Петербурга, при разрешении им построек и исправления домов (22595).
1849 г. Положение о губернских строительных комиссиях (23213). Преобразование губернских строительных комиссий в некоторых губерниях (23382). Непредставление по горным казенным заводам проектов и смет на постройки на рассмотрение в Главное Управление Путей Сообщения и Публичных Зданий (23079). Непредставление проектов и смет на рассмотрение в Главное Управление Путей Сообщения по Министерству Императорского Двора и удельному ведомству (23103). Порядок рассмотрения проектов и смет на постройки по ведомству Министерства Государственных Имуществ (23207).
1851 г. Преобразование губернских строительных и дорожных комиссий в губерниях: Эстляндской, Новгородской, Вологодской, Подольской, Минской, Тамбовской, Астраханской и Оренбургской (24888). Утверждение строительными и дорожными комиссиями планов и фасадов на частые в губернских и уездных городах постройки; обязанность их наблюдать за фасадами строений и представлять о таковых постройках ведомости Главноуправляющему Путями Сообщения и Публичными Зданиями (25803). Дозволение обывателям г. Киева возводить каменные дома без наружной оштукатурки (24801). Изменение правил касательно утверждения планов и фасадов на частные постройки в губернских и уездных городах (25803).
1852 г. Повсеместное дозволение частные деревянные строения крыть кровельною несгораемою бумагою (26580).
1853 г. Предоставление губернским строительным и дорожным комиссиям поверять окончательно сметы на сумму до десяти тысяч рублей серебром (27394). Меры к уничтожению деревянных строений в частях С.-Петербурга, в коих постройка деревянных зданий воспрещена (26937). Предоставление городничим права разрушать постройку обывательских деревянных домов, до пяти окон включительно (27514).
1854 г. Положение о губернских и областных строительных и дорожных комиссиях (28405). Поручение надзора за построением церквей лицам, имеющим аттестаты о познаниях в строительном искусстве (27831). Утверждение десяти образцовых фасадов обывательских деревянных домов (28422).
1855 г. Предоставление городничим права разрушать в уездных городах постройку надворных строений при обывательских домах и исправление самых домов, имеющих и более пяти окон (28987).
1856 г. Определение архитекторов и архитекторских помощников, при недостатке инженеров, в губернские и областные строительные и дорожные комиссии (31120). Утверждение четырнадцати образцовых фасадов на частные постройки в уездных городах (30320). Несчитание впредь обязательным изложенного в Уставе строительном правила, по коему строения должны иметь по фасаду нечетное число окон (31251).
1857 г. Правила об устройстве управления строительной частью военного ведомства (31497, II). Устройство круглых дымовых труб в стенах казенных зданий (31719). Устройство круглых дымовых труб в стенах частных зданий (31719). Недозволение, при возведении домов в С.-Петербурге, устройства жилых этажей высотою менее трех с половиною аршин (31889). Дозволение Генерал-Губернаторам предоставлять местным губернским строительным и дорожным комиссиям утверждение фасадов на частные постройки (32433).
1858 г. Предоставление строительным и дорожным комиссиям права разрешать частные постройки, коих фасады отступают от образцовых чертежей (33064). Предоставление губернским строительным комиссиям права разрешать частные постройки, отступающие от образцовых чертежей (33155). Порядок разрешения частных построек, отступающих от образцовых чертежей (33155).
1859 г. Обязанность губернских строительных и дорожных комиссий выдавать планы на городские пустопорожние места, отводимые частным лицам под застройку (34757). Положение об управлении строительною и дорожною частями в Западной Сибири (34986). Чертежи зданиям для помещения губернских и уездных присутственных мест и городового полицейского управления (34404). Воспрещение устраивать жилые этажи с полами ниже поверхности тротуара в частях С.-Петербурга, подвергшихся наводнениям в 1824 г. (34283).
1860 г. Преобразования управления строительною и дорожною частью в Западной Сибири (35642).
1861 г. Дополнительные правила для устройства крыш на строениях в городах (37576).
1862 г. Применение ко всем городам Империи существующих в С.-Петербурге правил о разрывах между жилыми деревянными строениями (38992).
1863 г. Дозволение жителям г. Каменец-Подольска строить каменные, при брандмауэрах, дома с дворами такого размера, какой по местности окажется возможным (39339). Отмена назначения сроков для уничтожения деревянных строений, существующих на местах, определенных под каменные здания в С.-Петербурге и Москве, и недопущение возведения на сих местах новых деревянных строений (40046).
1864-м годом начинается новая эпоха в деле управления строительною частью в Империи. Высочайше утвержденным мнением Государственного Совета (29 октября 41394); опубликованным 12 ноября того же года, эта часть снова передается в Министерство Внутренних Дел на следующих основаниях.
  1. ЮУправление по частям строительной и дорожной заведоваемым ныне в губерниях Строительными и Дорожными Комиссиями, а в столицах Правлениями I и IV округов Путей Сообщения, передать из ведомства Главного Управления Путей Сообщения и Публичных Зданий в ведение Министерства Внутренних Дел.

  2. Примечание. Водяные сообщения и водоснабжения Москвы, а в С.-Петербурге Николаевский через Неву мост, остаются в ведении Главного Управления Путей Сообщения и Публичных Зданий.
  3. Для заведывания строительною и дорожною частями в губерниях, вместо Строительных и Дорожных Комиссий, учредить при Губернских и Областных Правлениях Строительные Отделения на следующих основаниях:
    1. Строительным Отделением управляет Губернский Инженер, который считается членом Общего Присутствия Губернского Правления, наравне с Советниками. В помощь ему при Отделении состоит Губернский Архитектор, с правом совещательного голоса в Общем Присутствии при рассмотрении дел, касающихся строительной части. В случаях отсутствия, по болезни или другим причинам Губернского Инженера, место его заступает Губернский Архитектор.
    2. В каждой Губернии при Строительном Отделении полагаются младшие Инженер и Архитектор, а для делопроизводства — Секретарь. Сверх того, для усиления средств Строительных Отделений, может быть назначаемо некоторое число дополнительных техников, как с правами государственной службы, так и по найму. Число техников, оклады содержания их и Секретаря, а равно сумма, необходимая на наем чертежников, писцов и на канцелярские и чертежные принадлежности, определяются особыми штатами.
    3. Полагаемые в Строительных Отделениях Губернских Правлений техники, которые с настоящим преобразованием строительной части, поступят из Строительных Комиссий, сохраняют служебные права, какими они до такого преобразования пользовались, с тем, что из них инженеры, имеющие военные чины, числятся по спискам Корпуса Путей Сообщения. Гражданские же чиновники сравниваются в служебных правах с соответственными должностями по другим Отделениям Государственных Правлений.
    4. На обязанности Строительного Отделения лежит составление и рассмотрение проектов, смет и кондиции, производство работ, а также освидетельствование и поверка отчетов по оным. Занятия между чинами Отделения распределяются по ближайшему усмотрению и назначению Губернского Инженера.
    5. К Губернским Правлениям по Строительному Отделению переходят те же обязанности по строительной части, какие ныне лежат на Строительных Комиссиях, с теми изъятиями, которые ниже указаны.

    6. Примечание. Арестантские роты гражданского ведомства остаются на основании Высочайшего повеления 12 декабря 1863 года (40369), в заведовании местных Губернских Правлений по тому Отделению, в котором сосредоточены прочие дела по арестантской части.
    7. Из дел, производимых Строительным Отделением, вносятся в Общее Присутствие Губернского Правления те дела, которые касаются не одной искусственной, но вместе и хозяйственной части, как-то: предположение о необходимых работах, сметы и кондиции на оные, распоряжение к производству торгов, о неисправности подрядчиков по жалобам их на производителей работ и т. п. Для рассмотрения же технических вопросов, в разрешении коих встретится недоумение, составляется особое присутствие из наличного числа техников Строительного Отделения, в которое, по усмотрению Губернатора, могут быть приглашаемы и находящиеся в городе посторонние техники.
    8. Состоящие в распоряжении некоторых Строительных Комиссий особые капиталы, для производства ссуд на постройку домов в городах, сохраняют настоящее свое назначение, но передаются по усмотрению Министра Внутренних Дел, в заведование местных Городских Дум или городских Банков, которые в распоряжении сими капиталами имеют руководствоваться существующими о них правилами.
    9. Здания и всякого рода сооружения, устраиваемые и содержимые на суммы общественные сословий, городов, губернских земских сборов, а также капиталов Приказов Общественного Призрения, подчиняются Строительным Отделениям только в техническо-полицейском отношении, на одинаковых с частными постройками правилах; на сем основании, как предназначение Строительных работ на суммы общественные, так и составление на оные проектов и смет и самое производство работ, предоставляются распоряжению местных общественных или земских учреждений, в непосредственном заведывании коих состоят означенные суммы.

    10. Примечание. Впрочем по представлениям означенных учреждений, Строительные Отделения могут входить в рассмотрение сообщаемых сими учреждениями проектов и смет и назначать техников для освидетельствования и даже производства работ, если cиe возможно будет при исполнении прямых их обязанностей, но в последнем случае, т. е. при производстве работ, не иначе как с отчислением, в пользу чинов Строительных Отделений процентов как ниже определено (в ст. III, пункт. 4).
    11. Лежащая ныне на Строительных и Дорожных Комиссиях обязанности по устройству и содержанию дорог и состоящих на них мостов и переправ переходят в заведывание губернских и уездных земских учреждений, на основании Высочайше утвержденных, 1-го января 1864 года (40457), Положения о сих учреждениях и временных для них правил и, 27 мая 1864 года (40934), правил о порядке приведения в действие сего Положения. До открытия же в губерниях земских учреждений, означенные обязанности исполняются Комитетами о земских повинностях, которым подчиняются и Уездные Дорожные Комиссии.
    12. Строительные при Губернских Правлениях Отделения руководствуются при исполнении своих обязанностей, постановлениями, изложенными в Уставе Строительном, с теми изменениями, которые обусловливаются настоящими правилами.

    13. Примечание. Могущие возникнуть по сему предмету, со стороны губернских начальств, недоразумения разрешаются Министерством Внутренних Дел по соглашению, в чем будет следовать, с Главным Управлением Путей Сообщения.
    14. Строительные Отделения Губернских Правлений рассматривают проекты и сметы на всякую сумму и в подлежащих случаях представляют их на утверждение Губернаторов, которым предоставляется, если признают нужным, сообщать проекты на предварительное рассмотрение ближайшего округа путей сообщения. При сложности же постройки в техническом отношении, при значительности исчисленной по смете суммы или по другим причинам, Губернаторы могут доставлять проекты и сметы в Министерство Внутренних Дел, от усмотрения коего зависит или утвердить оные, или же предварительно передать проекты на рассмотрение Главного Управления Путей Сообщения и Публичных Зданий. Исполнение утвержденного проекта и сметы производится лишь по разрешении работ и назначении нужных для них сумм, установленным порядком.
    15. Разрешение на производство самих построек зависит от того ведомства и начальства, от которого, по размеру потребной на постройку суммы, зависит разрешение самого расхода; согласно сему, в израсходованных ими суммах они по отчетности подчиняются, на общем основании, существующим ныне или кои впредь будут изданы, правилам.

  4. Вместе с преобразованием гражданской строительной и дорожной части, на изложенных выше основаниях, принять, относительно расходов на содержание этой части, следующие меры:
    1. Суммы, назначаемые ныне в распоряжение Главного Управления Путей Сообщения на ремонтные работы по домам Генерал-Губернаторов и Гражданских Губернаторов, зданиям присутственных мест и тюремным замкам, ассигновать впредь в распоряжение Министерства Внутренних Дел, для распределения оных по губерниям.
    2. Строительные работы по воинским зданиям, на ремонт коих отпускается ныне в Главное Управление Путей Сообщения особая сумма, передать в ведение Строительных Отделений Губернских Правлений.
    3. Суммы, отпускаемые ныне на содержание Строительных и Дорожных Комиссий, вносить в финансовые сметы Министерства Внутренних дел на содержание Строительных Отделений при Губернских Правлениях и на другие потребности на основании тех штатов и расписании, какие будут для сего утверждены.
    4. По всем работам, которые производятся чинами Строительных отделений Губернских Правлений, отчислять четыре процента с торговой цены, а при хозяйственном заведовании, четыре процента с суммы, исчисленной по прежним договорным ценам; деньги эти должны поступать в распоряжение означенных Отделений и Управлений, по принадлежности, из сумм на работы ассигнованных и, по истечении каждого года, распределяться между техническими чинами Отделений и Управлений, по назначении Начальников губерний и Генерал-Губернаторов.
  5. Порядок управления строительною частию в столицах должен быть определен особым постановлением. Министру Внутренних Дел предоставляется войти немедленно в подробное рассмотрение составленного, при непосредственном участии С-Петербургского Военного Генерал-Губернатора, сообразно приговору С-Петербургской Общей Городской Думы, проекта о хозяйственно-строительном Комитете в С.-Петербурге и затем, по соображении, изложенных в сем проекте предположений, и по соглашению с С.-Петербургским и Московским Военными Генерал-Губернаторами, внести в Государственный Совет представление об устройстве строительной части в столицах.
  6. Равным образом предоставить Министру Внутренних дел войти в сношение с Новороссийским и Бессарабским Генерал-Губернатором относительно устройства заведывания порученными ныне Строительным Комитетом в Одессе, Таганроге и Керчи, строительными работами, кроме портовых сооружений, и, по получении отзыва Генерал-Губернатора, внести оный, со своим заключением, в Государственный Совет; заведывание же портовыми в сих городах сооружениями оставить в ведении Главного Управления Путей Сообщения и Публичных Зданий, поручив ему, по ближайшем соображении местных потребностей и имеющихся способов, принять надлежащие меры к устройству этой части.
В 1865 г. учрежден техническо-строительный комитет при Министерстве Внутренних Дел (4I991) «для заведывания вообще техническою частью разных гражданских сооружений в губерниях».
На обязанность сего Комитета возложено: составление планов и проектов на те из подведомственных сему Министерству сооружений, которые сопряжены с особенною сложностью в техническом отношении, или имеют общее значение для нескольких губерний или для целой Империи; рассмотрение проектов и планов, представляемых на утверждение Министерства из Губернских Правлений; рассмотрение представляемых на Высочайшее утверждение планов городам; разрешение как общих вопросов и предположений, касающихся гражданской строительной части, так и возникающих на месте недоразумений по части строительной, а также другие по сей части дела, какие, по усмотрено Министра, будут переданы на его рассмотрение.
В случаях, представляющих особые технические затруднения, с разрешения Министерства Внутренних Дел, приглашаются в означенный Комитет, как посторонние известные архитекторы, так и другие лиц, специально знакомые с потребностями того или другого рода сооружений, а равно передаются проекты и планы на заключение Главного Управления Путей Сообщения и Публичных Зданий или Академии Художеств, смотря по роду сооружения. Состав Техническо-Строительного Комитета при Министерстве Внутренних дел определен особым штатом.
1868 г. Разрешение, в виде временной меры, устройства на деревянных строениях соломенно-глиняных и камышево-глиняных крыш в городах (46468).
1869 г. Урочное положение для Строительных работ (46978). Изменение п. 5 правил для испытания техников на должность губернского инженера (47025). Командировка одного из техников Министерства Внутренних Дел за границу или внутрь России, со специально-ученою целью по строительной части (47640). Порядок введения в действие нового урочного положения на строительные работы (47746).
1870 г. Обязанности производителей Строительных работ по всем ведомствам сообщать свои замечания на урочное положение; собрание и рассмотрение оных в Министерстве Путей Сообщения; издание дополнений к урочному положению (46978а). Устройство строительной части в столицах (48380).
1871 г. Изъятие из ведения Министерства Путей Сообщения некоторых в столицах сооружений (49192).

II.

Следуя нашей программе, переходим к изучению действующего западно-европейского законодательства.
Однако это изучение было бы неполным, если бы мы не остановили свое внимание на тех основах, которые дало Римское право, и которые во многих случаях являются первоисточником взглядов и теорий современных. Само собою разумеется, что, рассматривая то или другое иностранное законодательство, мы коснемся главным образом ограничительных норм, оставляя в стороне вопросы о порядке заведования разными отраслями строительного дела, так как это заведование находится в зависимости от формы общего управления и по существу своему не имеет прямого отношения к содержанию строительного уложения.

Римское право.
Римское право установило ограничения права собственности, касавшиеся владения и пользования недвижимостью как в интересах государства, так и в интересах соседей. Таковы ограничения:
  1. С точки зрения права на дорогу. Римляне делили дороги на два разряда: viae publicae и viae privatae. К первому разряду относились viae militares, (quae exitum ad mare, aut in urbes, aut in flumina publica habent). Ко второму - все остальные. Via publica была общественным достоянием, т. е., такой дорогой, cujus etiam solum publicum est. Право собственности на ее полотно принадлежало не частным лицам, а, вероятно, государству: solum publicum est. Но оно было ограничено правом участия общего, т. е., правом движения всех и каждого по via publica. Содержание публичных дорог в Риме не лежало на обязанности придорожных владельцев. Но, если вода размывала полотно публичной дороги, или оно обрушивалось по другим причинам, они должны были уступить часть своей земли под публичную дорогу. Via privata была достоянием частным. Ее полотно было чужим для публики и для государства: viae privatae solum alienum est, ибо оно принадлежало на праве собственности частным лицам. Но и это право собственности не было безусловным. Над ним тяготело ius tantum eundi agendi, установленное в пользу всех и каждого, при условии, конечно, что дорога предназначалась для общественного пользования.

  2. Море, подобно воздуху, было res omnium communis. Реки разделялись на две группы: flumina publica и flumina privata. В первую группу заносились почти все реки: flumina poene omnia publica sunt, ибо всякая река, quod perenne sit, считалась уже flumen publicum. Лишь незначительные речонки, пересыхавшие летом, были объектом частного владения. Публичная река была собственностью государства, впрочем, лишь до тех пор, пока она не пересыхала. Равным образом, частная река, приобретшая характер реки публичной, переходила в собственность государства. Но право собственности государства на flumina publica было неполным: aqua profluens, с точки зрения римского права, res omnium communis. Поэтому, fluminum publicorum communis est usus, sicuti viarum publicarum. Берега публичной реки принадлежали частным лицам, однако, право их не было безграничным. Собственник берега публичной реки обязан предоставить всем пользование побережною полосою судоходам и другим лицам, насколько этого требует оборот (так наз. бечевник).
    Что касается речек частного владения, то flumen privatum - nihil distat a ceteris locis privatis, и была свободна от права участия общего. Впрочем, некоторые находят основания полагать, что в Риме все текущие воды были res omnium communes.

  3. Ограничительные нормы, установленные по мотивам религиозного характера. а) Сюда относится древний институт "finis", т. е., постановление о промежутке в пять футов шириною между полевыми участками. Finis был посвящен богам границ (Jupiter terminalis). Это — была жертва со стороны владельцев — соседей. Finis считался за res extra commercium, res sancta. b) Если кто похоронит умершего на чужом участке, без согласия его владельца, последний не может требовать, чтобы труп был вырыт и отнесен за границы его собственности; ему принадлежит лишь право на вознаграждение. Мало того. Собственник участка, в пределах которого была чужая могила, должен был дать за определенное же вознаграждение право прохода к ней по своей земле, если иным путем нельзя было к могиле добраться.

  4. Ограничения, установленные с целью предупреждения пожаров, встречаются уже в XII таблицах, которыми запрещалась сплошная застройка участков в Риме и требовалось, чтобы каждый собственник оставлял по межам не застроенною полосу земли в 2,5 фута шириною, так называемое, legitimum spatium, intercapedo. Таким образом, обязательный разрыв между ближайшими строениями соседей составлял не менее пяти фут. (Infra V pedes usus auctoritas ne esto). Постановления de legitimo spatio не раз было отменяемо, но, после пожара в Риме при Нероне, когда воспрещено было communio parietum, legitimum spacium закона XII т. было восстановлено.

  5. Ограничительные нормы, имевшие в виду улучшение санитарных условий и внешнего благоустройства. По словам Светония, ограничения с точки зрения высоты здания существовали в Риме уже во времена республики. Подробности относительно их неизвестны. Император Август требовал, чтобы здания в Риме не были выше 70 футов, а Траян установил maximum в 60 футов. На эти и другие нам неизвестные ограничения намекает Ульпиан, когда упоминает о leges et edicta Principum, quae ad modum aedificiorum facta sint. Ограничение высоты строений было установлено, ne luminibus officiatur, т. е., чтобы высокие здания не заслоняли свет.

  6. Закон XII таблиц предписывал, чтобы мертвых не сжигали и не хоронили в столице, - Hominem mortem in urbe ne sepelito neve urito. Но это постановление, вероятно, плохо соблюдалось. Поэтому, lex Duillia подтвердил его. В императорскую эпоху оно распространено было и на другие города.
    Римляне не выносили безобразия в городе и стремились к тому, ne urbs minis deformetur. Поэтому, они требовали, чтобы собственники домов содержали их в приличном виде: ut dirutae domus a dominis extruantur, чтобы они не разрушали домов в целом или в части - "negotiorum causa"; отделение тех или иных целых частей от дома (marmor, columna) возможно было лишь "ad opus publicum". По той же причине императоры требовали снесение городских зданий, раз они были признаны выстроенными contra ornatum et commodum ас decoram faciem civitatis.

  7. Натуральная повинность устанавливалась в видах содействия осуществлению тех или других общественных сооружений. Так, закон требовал, чтобы, при устройстве городских водопроводов и каналов, собственники соседних участков давали материалы, за определенное, впрочем, вознаграждение (viri boni arbitratu aestimata). То же, вероятно, было и при исправлении городских улиц.

  8. Ограничения, установленные в интересах соседского права.
    1. Собственник должен терпеливо переносить те неудобства, которые причиняют ему распространяющиеся на его участок ветви дерева соседа, но имеет право обрубить их на вышину 15 фут.
    2. Собственник должен терпеть дым, пыль, запах и пар, доходящие на его участок из владений соседа, если это напускание (immissio) являлось результатом общепринятой эксплуатации участка.
    3. Он должен допустить выступ на его участок соседней стены до полуфута.
    4. Собственник должен допустить, tertio quoque die, соседа собирать плоды, упавшие на его участок с принадлежащего соседу дерева, равно как и другие предметы, занесенные водою или ветром.
    5. Ограничение относительно стока дождевой воды (act. aquae pluviae arcendae). Никто не должен самовольно изменять состояния поверхности участка с целью усилить или уменьшить сток воды ко вреду соседа. Но естественный сток воды на свой участок должен терпеть каждый.
Сюда же следует отнести целый ряд, так сказать строительных сервитутов, каковы: serv. tigni immiiendi — заделка конца балки в стену соседа; serv. oneris ferendi - установка части здания на стену или колонны соседа; serv. protegendi - вытянуть крышу в пространство соседа; serv. proiiecendi — устроить балкон на соседний участок.
(Б. Никольский «XII таблиц». — Institutions, Pandectae Codex. — Курдиновский «К уч. о лег. огр. пр. собств.». — Барон, «Сист. Римск. пр.», пер. Петражицкого. — Ефимов, «Догма римск. права»).

Западноевропейское право отразило в себе многие из ограничений права собственности, созданные в Риме. Таковы ограничения в интересах соседей, таковы и некоторые из ограничений, установленных в интересах всего общественного союза: в интересах движения (дорожное право, бечевники), ограничения со строительной точки зрения.
Рядом с этим не остановилось, однако, развитие своего национального начала в каждом отдельном государстве. Жизнь требовала установления норм для такого рода отношений, которые не были известны Риму и не могли быть нормированы его юридическими определениями, по мере развития городской жизни и увеличения населения в культурных центрах.

Прусское право.

  • Постановления о публичных дорогах. Дороги делятся на два класса: а) большие (Land und Heerstrassen), соединяющие города между собою, с морем, большими реками или границами государства, и Ь) дороги общинные (Gemeindewege), предназначенные служить целям передвижения внутри данной общины. Первые принадлежали раньше государству, на праве регалии. С течением же времени (закон 8 июля 1865 г.) были признаны собственностью провинций и других общественных союзов (Communalverbände). Вторые - собственностью общин и поземельных владельцев. Но право собственности на полотно дороги не полно. Собственник должен допустить движение по дороге, он обязан поддерживать ее в состоянии, соответствующим ее назначению, но ему принадлежит право пользования деревьями и травою, растущими на пространстве дороги, навозом, оказавшимся на дороге и пр., в особенности платой за проезд (Chaussegelder), где она установлена.

  • О реках. Считать все реки публичными, раз они сохраняют в русле воду в течение всего года, как делали это в Риме, прусское право не сочло нужным по той причине, что государству не нужны реки, которыми могут пользоваться с удобством лишь береговые владельцы. Такие реки не могут служить интересам общения. Поэтому, прусское право причислило к публичным рекам лишь реки или части их судоходные по своей природе. Государству принадлежит исключительное право содержать на реках перевозы, строить мосты. Далее устройство на публичных реках разного рода заведений, действующих водою, а также водопроводов, возможно лишь с согласия государства.
    Но, право собственности государства на публичную реку ограничено в виду ее общественного назначения: всякий имеет право судоходства по ней, под условием соблюдения полицейских предписаний; всякий может пользоваться из таких водовместилищ водою для своих хозяйственных целей: черпать ее, купаться, поить ею скот (Schöpfen, Baden und Tränken); наконец, всякий может, поскольку это не воспрещено речной полицией, брать в русле публичной реки песок, глину, ил. Кроме того, государство обязано заботиться о сохранении в публичной реке ее естественного фарватера. Оно отвечает за всякий вред, причиненный частным лицам стеснением общего пользования, и лишено право отчуждать публичные реки.
    Несудоходные естественные и искусственные водовместилища: реки, ручьи, ключи и озера, рвы и каналы принадлежат на праве собственности частным лицам. Это право собственности также ограничено в публичных интересах. а) Частные реки подлежат в известной мере общественному пользованию, т. е., поскольку оно возможно без причинения вреда берегу, а именно: для питья и черпания воды - сообразно обычным хозяйственным потребностям всякого, для водопоя, впрочем, только там, где берег реки не принадлежит частным лицам (Offentliche Plätze), или где по нем пролегает дорога. Ь) Собственник имеет право свободы действий. Но он не должен производить таких перемен в русле реки (Flussbett), которые неблагоприятно отразились бы на судоходстве, с) Далее, собственник частной реки или вообще частного водовместилища обязан содействовать вообще орошению почвы в интересах хозяйственной культуры. Для осуществления разного рода предприятий в этом направлении, он может пользоваться услугами представителей власти и требовать через них даже экспроприации соседних участков, раз это нужно для устройства тех или иных способствующих означенной цели заведений (Anlagen). d) Затем, для орошения и осушения почвы, охранения берегов, устройства или содержания водопроводов, наконец, для проведения искусственных водяных путей или улучшения существующих, на основании постановления подлежащей власти, могут быть (zwangsweise) образованы из владельцев рек товарищества, которые также ставят известные границы их праву распоряжения. е) Только с разрешения надлежащей власти, собственник может устроить плотину, перенести ее на другое место, возвысить ее, разрушить совершенно или отчасти, или вообще регулировать так или иначе выступление воды из берегов. Правительство может (впрочем, только в интересах der Landes-Kultur oder der Schiffahrt) побудить собственника исправить разрушающиеся плотины и восстановить разрушенные. С этой целью возможно также образование принудительным образом особых товариществ (Deichgenossenschaften), ставящих (в статутах) те или иные границы воле собственников. f) Наконец, за государством признано право обратить частную реку в реку судоходную. Конечно, такое обращение возможно лишь за соответствующее вознаграждение. С изменением характера реки, она не перестает оставаться собственностью частного лица и ему принадлежит, напр., право охоты.
  • Прусское право дает и более точные определения касательно бечевников. Берега публичных рек принадлежат на праве собственности береговым владельцам. Но это право ограничено в интересах судоходства: владельцы обязаны безвозмездно предоставить всем и каждому пользование бечевником.

  • Военные цели, как ограничительный мотив, впервые указаны в Прусском праве.
    Закон 21 декабря 1871 года ограничил (под условием, впрочем, возмещения убытков) право собственности на недвижимость, лежащую в пределах, так называемой, крепостной линии. Эти ограничения носят также публичный характер. Они существуют в интересах военного дела и заключаются в том, что строения (Anlagen) известного рода вовсе не допускаются вблизи крепости, другие же могут иметь место лишь с разрешения подлежащей власти. С упразднением крепости, эти ограничения исчезают сами собою.
  • По законам 7 октября 1865 года и 7 апреля 1869 года, поземельные владельцы обязаны допустить на своей земле (под условием возмещения убытков) производство официальных работ по измерению их владений.

  • Строительные ограничения. По общему правилу, собственник земли может застраивать ее теми или другими зданиями, а также производить в последних перемены. Но такое право принадлежит ему с известными ограничениями, установленными в виду общественной безопасности или народного здравия. 1) Так, собственник не должен строить таких зданий или производить таких перемен в существующих, которые грозили бы общественной безопасности или обезображивали бы город. 2) Никто не имеет права на своем доме ставить или вешать такие предметы, которые бы грозили опасностью публике (Herabsturz), раз дом находится в заселенном месте, 3) Постройка жилого дома или обращение нежилого здания в жилое возможны лишь с разрешения полиции. Такое разрешение не может быть дано, если к тому месту, на котором предполагается образование жилых помещений, нет дороги или создание ее не может быть обеспечено. Не дается такое разрешение и в том случае, если образование жилых помещений на известном месте может отразиться вредно на пользовании соседними полевыми участками, садами, лесами, или мешать охоте либо рыбной ловле. 4) Собственник здания не имеет права устраивать в нем на улицу: двери, балконы, желоба, навесы, а также громоотводы, без разрешения полиции. 5) Он не должен разрушать или уничтожать принадлежащие ему в городе здания, без разрешения подлежащей власти, если эти здания выходят на улицу или площадь. 6) Обязан содержать всякие строения в таком состоянии, чтобы они не грозили опасностью публике. Поэтому, он должен ремонтировать разрушающиеся или восстановить разрушенные (временем, пожаром или другим несчастным случаем) постройки.
  • По общему правилу, собственник недвижимости может свободно действовать в пределах своих владений, не принимая во внимание интересы соседа. Он не должен только злоупотреблять своей властью, т. е., прибегать к таким приемам пользования, которые лишь грозят вредом соседу. Но такова власть собственника — только в пределах его недвижимости. Он лишен права выходить за эти пределы. Поэтому, он не может устроить балкон, скат кровли, желоба или стену с уклоном на соседний участок, а равно окна и ставни — так, чтобы они открывались в чужое воздушное пространство. Он не должен также допускать, чтобы корни и ветви его деревьев переходили границы его владений. Если он это допускает, он расширяет сферу принадлежащего ему господства; он переходит в чужое владение, и может быть удален оттуда путем actio negatoria.
Но и в границах своего участка собственник не должен своими действиями или упущениями создавать такого рода обстановку, которая могла бы вредно отразиться во владениях соседа, благодаря воздушным или водяным течениям. Правда, это положение, ясно формулированное в римском праве, нигде не выражено как общее правило в праве прусском. Но оно принято на практике (решением Obertribunal'a от 7 июня 1852 г.) и применяется как обычное право при решении отдельных вопросов. Такое правило принято потому, говорит Dernburg, что полнота права собственности на недвижимость, при осуществлении его в действительности вопреки этому правилу, привела бы к обесценению соседних участков и вызвала бы социальную войну между поземельными владельцами.

Сверх того, домовладелец не должен пристраивать печь к стене, отделяющей его участок от участка соседа, а равно выводить трубу самодувной печи (Windofen) в промежутке между его домом и домом соседа, без согласия последнего. 2) Возведение всякого рода построек возможно не ближе трех футов от здания соседа и 1½ фута от границы его владений (если нет здания). Впрочем, возможны отступления от этого правила, раз они допускаются местными строительными уставами, 3) Клоаки, помойные ямы и другие помещения для нечистот должны быть устроены не ближе 3 футов от соседних зданий; рвы — не ближе 3 футов от забора или стены соседа; живая изгородь — не ближе 1 фута от стены соседа. 4) В видах предоставления соседу возможности пользоваться светом, собственник подлежит следующим ограничениям. Он не должен на своем участке строить здание таким образом, чтобы сосед потерял возможность пользоваться светом через окна, существующие в его доме 10 или более лет. Поэтому, всякое новое здание должно быть устроено так, чтобы сосед мог видеть небо из закрытых окон первого этажа, если в этом этаже нет окон на другой стороне. Если же в первом этаже окна выходят и на другую сторону, здание может быть выстроено в таком расстоянии от дома соседа, чтобы он мог видеть небо из закрытых окон второго этажа. 5) Собственник здания может, таким образом, иметь окна в сторону соседа. Но сосед может требовать, чтобы эти окна были устроены не ниже 6 фут от пола комнаты или помещения и во всяком случае имели железные или проволочные решетки. 6) Собственник данного участка не должен засаживать его высокими деревьями и тем препятствовать ветру двигать крылья мельницы соседа. С изданием закона 18 ноября 1819 года, провозгласившего начало Gewerbefreiheit, это ограничение не применяется к мельницам, устроенным по вступлении в силу этого закона, 7) Прусскому праву известно и так называемое Hammerschlagsund Leiterrecht. Под именем Hammerschlagsrecht следует понимать право, в силу которого собственник стены, здания и пр., не имеющий возможности произвести ремонт или восстановление со своего участка, может воспользоваться для этой цели участком (двором, садом) соседа. Leiterrecht дает право требовать от соседа не только разрешения поставить на его земле лестницу либо леса, при ремонте или возведении у себя здания, но также и оставления свободным нужного для этого пространства. Прусское право понимает, впрочем, названное ограничение не так широко. По Landrecht'y, состоит оно в праве вступить на соседний участок с целью прикрепить к своему зданию доски, нужные для его ремонта. 8) В Риме, как указано выше, собственник данного участка обязан был принимать течение дождевой воды с соседнего (выше лежащего) участка вызываемое естественными особенностями почвы или такими приспособлениями, возникновение которых относится к незапамятному времени.

Прусскому праву неизвестно подобное ограничение в качестве общего правила. Оно не обязывает собственника нижележащего участка принимать из соседних владений воду, образовавшуюся из атмосферических осадков (Tageswasser). Собственник, напротив того, имеет право закрыть свой участок с целью помешать напору этой "дикой" воды. Но собственник может отвести дождевую воду со своего участка, воспользовавшись для этой цели соседним участком, если он не имеет возможности иначе осушить свою почву и если это принесет ему больше пользы, чем вреда соседу. В этом случае применяется положение, возникшее еще в римском праве, и выступает обязанность — принимать дождевую воду, текущую с соседнего участка. Обязанность эта не носит, впрочем, безвозмездного характера; всякого рода вред и убытки должны быть вознаграждены в размере, установленном сведущими людьми. То же правило применяется и к случаям отвода стоячей воды (из болот, озер, прудов) в видах осушения почвы. 9) Подлежит известным ограничениям в интересах соседей (в широком смысле — береговых владельцев) и право собственности на частные реки, в виду естественных особенностей объекта этого права. Пользование речною водою возможно лишь по началам der Kommunion, сопряжено с участием тех или других лиц. По закону 28 февраля 1843 года, береговой владелец может пользоваться лишь половиной водяной массы, заполняющей русло реки. Но, осуществляя свое право, он не должен a) обращать в болото или затоплять соседние участки, и b) если проводит речную воду в свои владения (напр., для орошения), обязан дать ей выход в русло в пределах своего участка; c) не должен засоривать русло (камнями, песком, землей и пр.), ко вреду ниже лежащих береговых владельцев. Напротив того, он обязан очищать русло реки, а равно и содержать находящиеся на его участке рвы и каналы в таком состоянии, чтобы река сохраняла свое обычное и естественное течение, d) В виду начала der Kommunion в праве на речную воду, прусское право узаконяет также, что береговой владелец не должен пользоваться течением реки таким образом (отводить его или останавливать), чтобы от этого остановилось или уменьшилось действие чужой водяной мельницы, ибо у него нет власти пользоваться своим правом так, чтобы чужая недвижимость (река) стала вполне или отчасти негодной (unbrauchbar).
(Allgem Landrecbt — Dernburg — Schelhass, Das Nachbarrecht. — Курдиновский, Лег. Огр. Прав. Соб., — Пахман, Ист. Код. Гр. Пр.).

Саксонское право

Гражданский кодекс Саксонии трактует лишь об ограничениях права собственности на недвижимость, установленных в интересах соседей (Nachbarrecht). Он не рассматривает ограничений, существующих в виду строго публичных интересов. Но, конечно, и такие ограничения существуют в Саксонии. Они определяются частию по началам римского права (вопросы о дорогах, реках), частию прусским и имперским законодательством (таков закон об ограничении права собственности в районе крепостной линии 21 декабря 1871 года; закон о постройках вне населенных пунктов - 25 августа 1876 года; законы о лесах: 6 июля 1875 года, 14 августа 1876 года и 14 марта 1881 года). Все эти ограничения носят тот же почти характер, что и в Пруссии. Поэтому, рассматривать их здесь мы не будем.

Ограничения в интересах соседей построены в Саксонии таким образом. Гражданский кодекс провозглашает как общее правило: право собственности дает лицу юридическую возможность полного и исключительного господства над вещью. Поэтому каждый может пользоваться своим имением даже в ущерб соседу (352, 353). Но так может поступать собственник лишь в отношении seine Sache. Его власть ограничивается пределами принадлежащего ему участка, власть собственника не должна выходить за границы его имения. Там уже чужая сфера господства столь же исключительного и могущественного, как и у данного владельца. Поэтому собственник данного участка не должен допускать, чтобы корни его деревьев либо ветви распространялись в участке соседа. Сосед может обрубить корни и воспользоваться ими. Он может также обрезать ветви или требовать, чтобы они были обрезаны их собственником и убраны из его владения. Но в пределах своего участка собственник - владыка. Он может пользоваться недвижимостью, как хочет (vollständig), хотя бы это грозило вредом соседу. Так, он может на своей земле вырыть колодец и пользоваться водою, текущею в недрах соседних владений, может производить в своем участке такие перемены, которые возвысят его полезность и вредно отразятся на владениях соседа. Словом, может делать что угодно, не обращая внимание на соседа. Кодекс не принял, в качестве общего правила, то положение пандектного права, по которому воспрещено пользование недвижимостью, грозящее вредом соседу, и не принял потому, что это правило, при применении его на практике, ведет к недоразумениям. Тем не менее, все, что признано было справедливым в этом правиле, вошло в кодекс. Поэтому, и саксонское право требует, чтобы поземельный владелец не пользовался своей властью исключительно во вред соседу: aus blosser Laune oder in der Absicht dem benachbarten GrundstUcke zu schaden. Поэтому же, саксонский кодекс ограничивает и права собственника недвижимости в интересах соседа, а именно:

1) Собственник не должен строить у себя здание так, чтобы помои или иная жидкость стекала на соседний участок, или чтобы кровельные желоба выходили в соседние владения. 2)°Далее, помещения для скота, ямы для свалки нечистот, клозеты, печи и поварни, коптильни, рвы и канавы для отвода воды и т. под. собственник может устраивать лишь с такими предосторожностями или отступив от границы на такое расстояние, чтобы не было вреда соседнему участку. 3)°Собственник, роющий ямы или рвы на своей земле, должен принимать меры предосторожности к тому, чтобы не обрушилась земля во владениях соседа. 4)°Собственник не должен устраивать у себя таких заведений, благодаря которым пар, дым, угар, копоть, известковая либо каменноугольная пыль, все это - в необычайном количестве, направлялась бы во владения соседа и тем причиняло ему вред. Но сосед должен выносить все эти явления, раз они не заключают в себе ничего необыкновенного. 5)°Собственник строения обязан содержать его в таком виде, чтобы оно не причиняло убытков соседу. Он отвечает за всякий вред, причиненный соседу зданием, раз этот вред является последствием неправильной постройки здания (vitium operis) или небрежного его содержания. 6)°Собственник должен терпеть течение воды в его владения с соседнего участка. Но течение воды должно быть вызвано естественным положением почвы. Ни собственник вышележащего, ни собственник нижележащего участка - не должны производить в своих владениях таких перемен, которые изменяли бы течение воды ко вреду соседа, 7) Собственник данной недвижимости может требовать, чтобы сосед дал ему дорогу через свои владения, если хозяйственное пользование его недвижимостью невозможно без такой дороги, или если проложение иной дороги, равно как и употребление существующей, приносило бы ему одни убытки. За предоставление пользования такой дорогой (Nothweg) поземельный владелец может требовать вознаграждение. Размеры ее определяются нуждами владельца недвижимости. Проведена она должна быть таким образом, чтобы тот, кто ее требует, понес возможно меньше издержек, а тот, кто ее дает, возможно меньше убытков, т. е., с сохранением интересов той и другой стороны. 8)°Саксонскому праву известно было раньше и так называемое Tret- oder Anwenderecht. Состояло оно в праве оборачивать плуг на чужой земле во время запашки поля. Существует это право и теперь в Саксонии, раз оно приобретено путем давности или иным образом. Но кодекс не причисляет его к легальным ограничениям права собственности. 9)°За то саксонский кодекс знает Hammerschlagsrecht в большем объем, чем прусское Landrecht. Hammerschlagsrecht состоит в праве собственника взойти на почву соседа для установки лесов в виду постройки или ремонта здания, а равно и в праве пользоваться его участком для провоза или свалки материалов, — все под условием вознаграждения за вред и убытки, 10)°Наконец, всякий собственник может требовать от соседа определения ясными признаками (напр., постановкой камней и пр.) межи, разделяющей их владения. Такое определение производится на общий счет, и устроенные на границе: стены, заборы, плетни, рвы, каналы и насыпи — считаются общей собственностью соседей. Каждый из соседей пользуется общей деревянной или каменной стеною до половины ее толщины (конечно, со своей стороны), поскольку такое пользование совместимо с назначением стены и не клонится во вред соседа. Если стена составляет собственность одного из соседей, и тогда возможно пользование ею со стороны другого соседа, конечно, без каких-либо в ней повреждений.
(Siebenhaar, Lehrbuch d. Sachsisch. Pr. R. — Пахман. Ист. Код. Гр. Пр.; Курдиновский «Лег. Огр. Пр. Соб.»).

Новое гражданское уложение в Германии

Новое гражданское уложение в Германии содержит в себе немного легальных ограничений права собственности на недвижимость. Не отрицая действия Landesrecht'a, оно предоставляет последнему рассматривать в подробностях этот вопрос, т. е., сохраняет в силе все ограничения права собственности, существующие в местных законодательствах.

Новое гражданское уложение рассматривает лишь некоторые ограничения, установленные главным образом в виду интересов соседства. Признавая за собственником недвижимости право возможно полного и исключительного господства в пределах своих владений, оно требует, чтобы собственник в известных случаях поступился принадлежащими ему правами на пользу соседа: терпел иногда непосредственное или посредственное воздействие на свою вещь, или не делал бы чего-либо, что так или иначе отражалось бы на интересах соседа, или наконец, что-либо делал в виду интересов соседства. Так, 1) Собственник должен дать соседу дорогу (Nothweg) через свой участок в том случае, если сосед лишен выхода на публичную дорогу, a Nothweg нужна для надлежащего пользования недвижимостью. За предоставление дороги собственник имеет право требовать вознаграждение. 2) Собственник должен терпеть выступ соседнего здания на его участок, если он не заявил протеста во время постройки и если выступ сделан без dolus или culpa lata со стороны владельца здания. Впрочем, сосед обязан платить ему ренту в возмещение убытков. 3) Собственник должен допустить такое пользование его недрами или воздушным пространством, которое не затрагивает его интересов. Так, напр., он должен допустить проведение телеграфных проводов, терпеть распространение в его владениях корней и ветвей деревьев соседа, если все это не мешает пользованию его участком. 4) Собственник должен терпеть и убыточное для него воздействие на его недвижимость со стороны другого, раз такое воздействие необходимо и годно для отвращения грозящей соседу опасности и причиняет ему гораздо меньше вреда, чем понес бы сосед, если бы опасность наступила. И в этом случае имеет место вознаграждение. 5) Собственник обязан переносить в некоторых случаях посредственное воздействие на его недвижимость. Так, он должен терпеть распространение на его участок дыма, пара, газов, осколков и пр. с соседней недвижимости, если оно не стесняет вовсе или стесняет незначительным образом пользование его участком, или является результатом обычной в данной местности эксплуатации недвижимости. Но собственник в праве требовать, чтобы на соседнем участке не было таких строений или заведений, которые свыше меры мешали бы осуществлять принадлежащее ему право собственности. 6) Владелец участка не должен производить на нем таких раскопок, которые грозили бы обвалами во владениях соседа. 7) Собственник строения, грозящего опасностью соседнему участку (при частичном либо полном разрушении), по требованию соседа, должен принять меры к устранению этой опасности. 8) Наконец, гражданское уложение Германии устанавливает, в интересах соседства, и право общей собственности на межевые знаки в широком смысле. Оно дает собственнику право требовать, чтобы сосед принял участие в создании или восстановлении межевых знаков на границе, разделяющей их владения. Издержки этой операции делятся пополам между лицами в ней участвовавшими. Межевые знаки (стена, плетень, забор и пр.) считаются общими, если нет доказательств противного, и подлежат пользованию каждого из соседей постольку, поскольку это не вредит праву (Mitbenutzung) другого.
(Курдиновский, Лег. Огр. Пр. Соб. — Biermann, Kommentar zum Bürg. Ges. В., Das Sachenrecht).

Австрийское право

Австрийское право устанавливает следующие ограничения.
  • Публичные дороги (Reichs-Lands-Berzirks-und Geimeindestrassen und Wege) составляют в Австрии общественное достояние: «allgemeines oder öffentliches Gut». Право собственности на них принадлежит государству, но всем и каждому предоставляется пользование дорогами, как путями сообщения.
  • Реки делятся на две группы: публичные и частные. По общему правилу, все текущие воды считаются общественным достоянием. Такое правило находит себе оправдание в следующих соображениях. Водяное течение (поток, ручей, река) складывается из массы подвижных водяных частиц, объединяемых в целое, лишь благодаря уклону почвы. Поэтому, водяное течение не может стать объектом права собственности и, подобно воздуху, есть res omnium communis, подлежащая завладению по мере возможности. Der Wasserstrom, говорит Randa, (fluor aquae) entzieht sich der räumlichen Herrschaft. Кроме того, текущая вода — одно из средств удовлетворения необходимых потребностей человеческой жизни. Она служит в качестве пути сообщения (Kommunicationsmittel), является движущей силой в добывающей и обрабатывающей промышленности, наконец, оказывает громадное влияние на климат страны. Не удивительно поэтому, что австрийское законодательство признало текущую воду за res publica. Но такова только принципиальная точка зрения. В действительности и в Австрии текущие воды или реки делятся на публичные и частные. К первой группе, согласно декрету 14 июня 1776 года, принадлежат лишь судоходные реки, т. е., такие, по которым возможно движение судов либо плотов (Schiff- und- flössbare Flüsse), а также все воды (текущие или стоячие), которые не принадлежат отдельным лицам на основании особого постановления закона или частного юридического акта (Privatrechtstitel).
    Публичные реки принадлежат на праве собственности государству. Но это право ограничено правом участия общего. Все и каждый имеют право пользоваться публичными реками как путями сообщения (судоходство, гонка дров). Все и каждый могут пользоваться водой из публичных рек (или вообще водовместилищ) для тех или иных надобностей (питья, купанья, мойки белья, водопоя и пр.), а равно брать в русле землю, ил, глину, песок, камни, лед, поскольку это не вредит другим лицам и не меняет обычного состояния берегов и водяного течения. Всякое другое пользование публичными водами возможно лишь с соизволения государственной власти.
    Частные воды принадлежат на праве собственности отдельным лицам. При этом, право собственности на закрытые водовместилища (пруды, озера, бассейны и пр.) носит исключительный характер: «technische Bedeutung und volle Wahrheit». Право собственности на реки ограничено правом участия общего. Именно: a) Все и каждый имеют право обычного пользования водою из частных рек в тех местах, где доступ к реке открыт для публики (улицы, площади, мосты и пр.). Это положение не выражено, впрочем, в австрийском водяном уставе. Но, говорит Randa, оно соответствует природе текущей воды (Wasserwelle) и принято провинциальным законодательством (напр., в Богемии). b) В виду этого обычного пользования водою, собственник частной реки не имеет права примешивать к воде в реке какие-либо вредные вещества или загрязнять ее иным образом, а также осушить реку. Напротив того, собственник обязан очищать принадлежащие ему реки и устранять всякие Wasserschäden. c) Затем, в случае нужды, на частной реке, по распоряжению власти, может быть дано всякому право гонки леса россыпью (Holztrift). d) Собственник реки имеет право отвести из ее русла воду в виду сельскохозяйственных или промышленных целей. Собственник водопада может пользоваться его движущей силой. Но, если собственник не воспользуется принадлежащим ему правом, правительство может назначить срок для его осуществления. По миновании срока, собственник, оставшийся инертным, должен передать принадлежащее ему право другому за соответствующее вознаграждение. е) Собственники частных рек обязаны укреплять их берега и не производить в них таких перемен (Pflanzungen und Werke), которые могли бы вредно отразиться на правах третьих лиц, движении либо уровне воды в публичных водах. f) В видах орошения или осушении почвы или более правильного пользования водою (zur Ausführung von Wasser-Schütz-Regulirungs-oder Bewässerungsanlagen) из владельцев водою может быть образовано товарищество (Wassergenossenschaft). Каждый член такого товарищества (в силу закона) должен поступиться своими интересами в виду той цели, ради которой товарищество образовано.
  • Берега публичных рек принадлежат на праве собственности частным лицам. Но и это право ограничено правом участия общего. Береговые владельцы обязаны дать бечевник, т. е., допустить безвозмездно причаливание и прикрепление судов и плотов в определенных для того правительством местах, вступление на берег чинов речной полиции и тягу судов бечевою (Leinpfad). В случае нужды, возможен причал во всяком месте, а также выгрузка и нагрузка судов и плотов, но за особое каждый раз вознаграждение. Такой же бечевник береговые владельцы должны дать рыболовам.
  • По закону 7 июня 1883 года, в видах поднятия сельскохозяйственной культуры, поземельные владения данного округа могут подлежать коммассации (Zusamenlegung) и новому разделу между собственниками, по приговору большинства (2/3) владельцев и при содействие государственной власти.
  • Строительные уставы обязывают собственника здания содержать его в таком состоянии, чтобы оно не грозило опасностью публике (право иска принадлежит в этом случае и лицу непосредственно заинтересованному), дают указания относительно максимальной и минимальной высоты жилых помещений, относительно размеров дворов, направления дымовых труб, вышины брандмауэров, устройства помещений для нечистот и пр.

Австрийское право неблагосклонно относится к ограничениям права собственности на недвижимость в интересах соседей. Собственник в пределах своей недвижимости может свободно (willkührlich) распоряжаться принадлежащим ему правом, не обращая внимания на соседа, и не поступаясь в его пользу своими интересами. Таков основной взгляд австрийского права. Поэтому, оно не признает многих норм соседского права, известных прочим немецким законодательствами. Так, ему чужды: постановления о Nothweg и Hammerschlagsoder Leiterrecht, о spatium между соседними строениями; наконец, об окнах, выходящих на двор соседа. Все эти постановления, говорит Randa, не вызываются потребностями общего блага и, будь они приняты в Австрии, повели бы к бесконечным недоразумениям. Но нигде нет стольких коллизий, как в отношениях соседства, где одно право собственности сталкивается с другим; где собственник, в интересах совместной жизни, неминуемо должен иметь в виду смежного владельца. Для отношений этого рода необходимы правила, которые предупреждали бы бесконечные споры и столкновения. И такие правила существуют все-таки в австрийском праве, хотя и в незначительном количестве. Наука постаралась отыскать в них руководящие начала и сделала указания практике, как следует разрешать разного рода недоразумения, возникающие в сфере соседства.

Так: 1) Собственник должен дать за определенное вознаграждение дорогу через свой участок для провоза лесных продуктов из соседнего леса, раз провоз их иначе невозможен или сопряжен с непомерными тратами. 2) Собственник должен терпеть естественный сток воды с соседнего участка; он лишен права препятствовать такому стоку во вред интересам соседа. Но сток должен быть естественным. Поэтому, владелец верхнего участка не должен производить на нем таких перемен, вследствие которых сток воды менялся бы ко вреду владельца нижнего участка, 3) Собственник реки не должен пользоваться ею во вред соседу (иному береговому владельцу): загрязнять воду, поднимать ее выше уровня и тем потоплять нижележащие владения, осушать дно реки и пр. Если он отводит воду на свой участок, он должен вернуть ее естественному течению, не выходя за границы своих владений. 4) Если в стене, стоящей на границе соседних участков (Grenzmauer, Grenzplanke), образуется трещина или вообще отверстие (Oeffnung), могущее причинить убытки соседу, собственник должен ремонтировать стену. Кроме того, там, где этого требует обычай или хозяйственные интересы, собственник несет обязанность «der nöthigen Einschliessung», т. е., должен огородить свой участок (обыкновенно с правой стороны от главного входа), а равно и поддерживать существующую ограду в соответствующем ее назначению состоянии. 5) Собственник не должен производить на своем участке таких работ, вследствие которых твердые, жидкие или газообразные тела летели бы в воздушное пространство соседа. Устройство такого рода промышленных заведений, которые действуют при помощи паровых, водяных или иных двигателей, или которые могут оказать вредное влияние на здоровье соседей необычайным шумом, удушливым запахом, грозящими безопасности приемами эксплуатации, — возможно лишь с разрешения подлежащей власти.

Ограничительные нормы соседского права, принятые в Австрии, характеризуются, по словам Унгера, двумя основными началами: а) Собственник должен терпеть такого рода посредственное воздействие на его недвижимость, которое ни вредно, ни убыточно; b) он должен переносить даже вредное и убыточное посредственное воздействие со стороны соседа, раз оно не является чрезвычайным (wenn sie (Eingriffe) das Mass des gewöhnlichen und ortsüblichen nicht übersteigen).
(Allgem. Bürgerliches Gesetzbuch. — Biermann. — Randa. — Пахман, Ист. Код. Гр. Пр. — Курдиновский, Лег. Огр. Пр. Соб.)
.

Французское право.

Публичных дороги (de chemins et routs) во Франции принадлежат на праве собственности государству (sont dans le domaine de l'état), провинциям и общинам, смотря по тому, по чьей земле они пролегают: государства, провинции, либо общин. Улицы в городах принадлежат на праве собственности городам. Исключение представляют лишь улицы, составляющие продолжение больших публичных дорог (d'une voie de communication): они собственность государства.
Право собственности на полотно под дорогою ограничено правом участия общего. Пользование дорогами, как путями сообщения, принадлежит всем и каждому "Ils sont destinés a l'usage du public". В виду этого, публичный дороги суть res exra commercium. Невозможно приобретение их в собственность отдельными лицами ни по какому-либо акту, ни путем давностного владения: les chemins, routs et rues... ne sont pas susceptibles d'une propriété privéé.

Дороги частные (les chemins et sentiers d'exploitation), служащие целям сообщения между различными имениями, принадлежат на праве собственности смежным владельцам в размере права на землю. Пользоваться ими могут все непосредственно заинтересованные лица; остальные — лишь с согласия собственников.

Реки разделяются на две группы, публичные и частные. К первой группе относятся les fleuves et rivieres navigables ou flotables, т. е., реки судоходные, или такие, по которым возможна гонка леса плотами. Ко второй - все остальные. Право собственности на реки первой группы принадлежит государству. Но это право ограничено правом участия общего. Публичные реки предназначены общественному пользованию в качестве путей сообщения. Частные реки принадлежат на праве собственности частным лицам. В некоторых случаях и это право собственности подлежит ограничениям в интересах публичных. Так, собственник источника, протекающего в его имении, может пользоваться им à sa volonté. Но он не имеет права изменять течение, когда источник доставляет необходимую воду обитателям общины, села или деревни. Вода, как воздух, представляет собою условие жизни (élément de vie). В этом - мотив приведенного ограничения.

Берега публичных рек принадлежат на праве собственности не государству, а отдельным лицам. И это право собственности не полно. Береговые владельцы обязаны дать бечевник — le marchepied ou chemin de halage. Размеры этой обязанности определяются регламентами и отчасти законодательными актами. Так, по указу 1669 года, береговые владельцы должны оставить для бечевника полосу земли в 24 фута шириною. Декретом 22 января 1808 года размеры бечевника определяются таким же образом.

Санитарные цели и пожарная безопасность. По требованию правительства, собственник должен предпринять осушение болот, лежащих в пределах его владений, если это необходимо в интересах безопасности жизни обывателей. Осушение производится самим собственником, раз он подчинится изданным по этому поводу предписаниям власти, в противном случае — государством либо концессионерами за счет собственника. Если последний не захочет платить, он теряет право собственности. В интересах народного же здравия, воспрещается возведение жилых построек или устройство колодцев ближе 100 метров от кладбищ, без разрешения подлежащей власти. Затем, чины сельской полиции несут на себе заботы по обеспечению спокойствия, безопасности и народного здравия в сельских местностях. В виду этого, они обязаны осматривать трубы и печи во всех домах по крайней мере раз в год. Владельцы должны допускать подобные осмотры. После посещения домов, чины полиции могут потребовать исправления печей и труб, или даже их разрушения, если трубы и печи грозят пожарами или другими несчастиями. Местная администрация следит за возведением построек в населенных пунктах, ставя границы власти собственника строиться, как он хочет. Если помещение грозит здоровью лиц, в нем живущих, представители власти могут предписать собственнику принять те или другие меры с целью приведения его в безопасное состояние, или же, при ослушании, признать помещение негодным для жительства pour cause d'insalubrité.

Вообще, les reglements или постановления высшей общинной власти (les conseils communaux) могут ставить те или другие границы праву собственности, раз того требуют публичные интересы.

Соседское право. Французское право стесняет полноту власти собственника и в тех случаях, когда она сталкивается с такой же властью другого собственника. Общественная жизнь не допускает такого положения, чтобы один собственник осуществлял свое право во вред другого. И то и другое право друг друга стесняют и ограничивают, теряя характер абсолютности. Соседство обязывает собственника терпеть известного рода неудобства, вытекающие de l'existance commune des hommes dans l'etat de société.
  1. Собственник обязан принимать на свой участок воду, стекающую естественным образом с соседнего участка. В виду этого, он не должен возвышать плотину или вообще предпринимать какого-либо рода работы, которые бы препятствовали естественному стоку воды с соседнего участка. Владелец последнего также не имеет права изменять течение воды или вообще делать что-либо, что отягощало бы, вне границ закона, владельца нижележащего участка.
  2. Новейшие законы стесняют соседей и в интересах ирригации. Они дают собственнику право, для орошения его участка, провести через соседнего владения (исключая дома, сады, парки и вообще огороженные усадебные места) ту воду, которой он может пользоваться. Соседи должны терпеть в этом случае сток воды, проведенной в указанных целях. Кроме того, владельцы нижележащих участков должны принимать воду, стекающую с вышележащей недвижимости, раз скопление ее там вызвано было потребностями орошения. Далее, сосед несет обязанность терпеть т. н. l'appui, т. е., должен допустить (за вознаграждение) другого владельца примкнуть к его берегу плотину или иное возвышение, способствующее подъему воды и стоку ее в целях орошения. Аналогичные обязанности несут соседи и в случае принятия тех или иных мер по осушению почвы. А именно, всякий собственник, желающий осушить свою почву, может, за определенное вознаграждение, проводить воду под землею или по поверхности земли через чужие владения (исключая дома, дворы, парки, сады и вообще огороженные усадебные места), отделяющие его от реки или иного водоема. Владельцы, по земле которых проведена вода с соседнего участка, могут пользоваться сооружениями, устроенными для стока воды, неся в, этом случае и часть издержек по содержанию оных.
  3. Собственник данного участка может садить на нем деревья, лишь отступив на известное расстояние от границы соседних владений. Расстояние это определяется регламентами или обычаями, а в случае отсутствия тех и других, должно быть равно двум метрам, если высота деревьев превосходит два метра, и половина метра — в других случаях. Если соседние имения разделяются стеною (mur separatif), каждый из собственников может садить деревья около самой стены, не заботясь о сохранении установленного в законе расстояния, под одним условием: чтобы деревья не распространяли своих ветвей на стену. Если стена, разделяющая соседние имения, принадлежит одному из смежных владельцев, он только может пользоваться этим правом. Сосед может требовать, чтобы деревья, посаженные без соблюдения указанного в законе расстояния, были срублены или обрезаны до законной высоты. Из изложенного видно, что сосед не обязан терпеть затенение своего участка деревьями, растущими на смежном участке. Если бы ветви деревьев соседа свешивались в его воздушное пространство, он может требовать, чтобы сосед обрубил их. Корни чужих деревьев он сам может обрезать и обратить их в свою собственность. Принадлежат ему также плоды, упавшие на его участок с чужих деревьев. Собственник не обязан допускать соседа в свои владения для их собирания.
  4. Кто роет яму для свалки нечистот вблизи соседнего участка, или прислоняет к стене соседа (либо общей) печь (поварню, кузницу) или склад издающих зловонный запах товаров, тот должен держаться расстояния, установленного обычаями или регламентами, или возводить постройки так, чтобы не было вреда соседу. В противном случае, сосед может требовать: или разрушения построек, или принятия мер, парализующих вредное их действие.
  5. Всякий собственник должен устраивать скат кровли таким образом, чтобы дождевая вода не стекала во владения соседа. Но он может пустить скат на публичную дорогу, ибо таков во Франции один из видов пользования путями сообщения.
  6. Собственник стоящего на границе с чужим участком дома может устроить в нем лишь глухие окна, снабженные железными решетками, отверстия которых должны быть мерой не более дециметра. Такие окна, кроме того, должны быть устроены на высоте 8 футов, считая от пола помещения, которое они будут освещать, если это помещение расположено в нижнем этаже, и на высоте 6 футов, если помещение находится в высшем этаже. Обыкновенные окна (fenétres d'aspect), балконы или иные выступы на соседний участок можно устраивать лишь в том случае, если между стеною дома и соседним участком есть расстояние в 6 футов. Если дом стоит под углом к границе соседнего участка, в нем могут быть окна на соседний участок (vues par coté ou obliques), когда между ними и пограничной линией имеется расстояние в два фута.
  7. Кроме названных ограничений, французское право устанавливает в известных случаях, в виду интересов соседства, condominium, т. е., общее право собственности, существующее не на основании того или другого гражданского акта, а по закону, 1) Так, если различные этажи одного дома принадлежат на праве собственности различным лицам, некоторые части дома составляют общую собственность. Таковы — капитальные стены и крыша. Содержание их лежит на обязанности всех собственников, пропорционально стоимости принадлежащих им этажей. Кроме того, интересы этого оригинального соседства налагают на соседей и некоторые оригинальные обязанности. Именно собственник всякого этажа обязан сделать и поддерживать пол, по которому ходит. Собственник первого этажа устраивает лестницу в свое помещение, собственник второго этажа — продолжение этой лестницы в свое помещение и т. д. Конечно, все собственники могут пользоваться частями лестницы, не принадлежащими им на праве собственности. 2) Всякий собственник имеет право требовать, чтобы сосед принял участие в устройстве межевых знаков на границе, разделяющей их имения (bornage). Операция эта производится на общий счет, при чем каждый из участников несет половину расходов. Кроме того, в городах и предместьях собственник недвижимости может обязать соседа участвовать в сооружении или ремонте стены, разделяющей их дома, дворы и сады. Собственник стены может установить на нее condominium в целом или в части, уплатив владельцу стены половину ее стоимости или половину стоимости той части, которую он желает сделать общею, а также половину стоимости земли, на которой построена стена, обращаемая в общую. В виду этого, в городах и селениях считается по закону общею стена, разделяющая два здания, соседние дворы, сады или полевые участки. Далее, считаются общими все рвы и плетни, разделяющие два имения, а также деревья, растущие в общей изгороди. Впрочем, эта презумпция имеет место лишь до тех пор, пока нет доказательств противного. Все участники в общей собственности имеют права по отношению к объекту, как condomini. Так, если общею является стена, разделяющая два имения, то каждый из соседей может сделать в ней окно или иное отверстие, лишь с согласия другого соседа. Кроме того, каждый из владельцев может пользоваться стеною до половины ее толщины, не вредя, конечно, интересам другого. Каждый из собственников может возвысить общую стену, не спрашивая разрешения соседа (это отступление от начал condominium), но он сам должен нести в этом случае издержки по возвышению и содержанию надстроенной части. Сосед, не участвовавший в возвышении стены, может требовать распространения права общей собственности на надстроенную часть, если заплатит половину издержек, понесенных при устройстве этой части. Плоды деревьев, растущих в общей изгороди, а также самые деревья (срубленные или засохшие) делятся между соседями пополам. Каждый из собственников может требовать, чтобы общие деревья были вырыты с корнями. Содержание объекта общей собственности производится на общий счет. Всякий из участников в общей собственности может отказаться от принадлежащего ему права. Впрочем, совладелец общей стены пользуется этим правом лишь в том случае, если стена не поддерживает принадлежащего ему здания.
Собственник участка обязан дать проход через него соседу, не имеющему выхода на публичную дорогу, или владеющему выходом недостаточным для эксплуатации его имения, если сосед поставлен в такое положение помимо его воли, т. е., случайными для него обстоятельствами (обвалом почвы, устройством канала, упразднением дороги, разливом рек и пр.). Размеры этой обязанности определяются законом. В данном случае закон стремится примирить противоположные интересы и потому постановляет: проход должен быть дан с той стороны, где меньше всего расстояние от закрытого участка до публичной дороги, но — в таком месте, где меньше всего убытков тому, кто обязан его предоставить. Кроме того, собственник предъявляющий право на проход, обязан уплатить убытки, вызываемые осуществлением этого права.

Кроме указанных ограничений в интересах соседей, французское право других не знает. Поэтому, собственник, в указанных пределах, должен бы иметь право пользоваться и распоряжаться своей недвижимостью de la maniére la plus absolue. Не смотря, однако на это, собственник обязан всегда иметь в виду соседа и его интересы и не избирать таких способов осуществления принадлежащего ему права, которые были бы вредны либо убыточны для соседа, ибо всякий, по общему правилу, должен вознаградить другого за вред и убытки, причиненные его деянием или упущением. Закон не рассматривает в подробностях это правило: опытность, мудрость и справедливость магистратов, говорит Demolombe, укажет им, как применять его удобнее и человечнее.

(Code civil. — Demolombe. — Пахман. — Курдиновский).

Итальянское уложение

Итальянское уложение, близкое к французскому, как по системе, так и по содержанию, во второй книге (об имуществах, праве собственности..., о сервитутах и проч.), дает целый ряд ограничительных норм, весьма мало разнящихся от норм французскаго Code civil (Источники см. в «Ист. Код. Гр. Пр.» Пахман).
Поэтому мы считаем излишним вводить их особо в наш перечень и ограничим этот последний указанными выдержками, вполне однако сознавая, что сделанная характеристика иностранных законодательств не может считаться полною и всестороннею. Впрочем и цель наша заключалась не в этом; мы имели в виду указать лишь на богатство материала, подлежащего предварительному изучению в интересах проектируемого строительного уложения.

Г. Барановский.

(Продолжение следует).

Однако до конца 1903 года обещанное продолжение опубликовано не было. Согласно материалам публичной библиотеки им. Салтыкова-Щедрина журнал строитель выходил до 1905 года. Но в подшивках, хранящихся в библиотеке, искомое продолжение также не удалось обнаружить. Возможно случилось что-то кардинальное в процессе разработки Строительного Уложения, в результате чего дальнейшие исследования в этой области потеряли смысл.