Последнее обновление: 28.07.2016

Copyright © "Петербургский НИПИГрад"
2005-2010


А-ЛЯ ХАРМС

То, что здесь написано, конечно, будет интереснее читать тем, кто знал/знает персонажей этих рассказиков-анекдотов. Это сочинялось к 70-летнему юбилею Михаила Александровича Пиира, известного в Петербурге специалиста по проектированию транспортных систем.
В каждом рассказе есть что-то реальное («правда»), что и послужило основой для написания анекдотов.




ПРЕФЕРАНС
Правда
Михаил Александрович Пиир и Алексей Павлович Жуковский принадлежат к старинным дворянским родам. Интеллигенты в высшем значении этого слова.
Долго бились с ГлавАПУ (КГА) за включение в Генеральный план Ленинграда 1966 года идеи скоростных диаметров.
Кривцов - представитель КГА.

Михал Саныч в юности очень любил играть в карты. На деньги. Но об этом знал только его приятель Жуковский, с которым Пиир хаживал иногда в клуб для потомков дворян «Белая кость». Там-то они и имели основной заработок, а заодно, в перерывах между карточными партиями, прокручивали варианты, как можно заставить ГлавАПУ отказаться от московской идеи радиально-кольцевой системы скоростных магистралей и принять их идею скоростных диаметров.
Как-то раз им стало известно, что Кривцов не только падок до женского пола, но еще и азартно играет в преферанс. Михал Саныч с Алексеем Палычем в течение одной недели разработали, а в течение другой недели освоили блестящую систему подмигиваний, подергиваний, постукиваний и почесываний, пригодных для совместной игры в карты.
Когда, дождавшись удобного момента, они соблазнили Кривцова расписать с ними «пульку», весь подготовленный арсенал был пущен в ход...
Выиграв у Кривцова все деньги, затем одежду и галоши, они уговорили обезумевшего от ущемленного самолюбия начальника поставить на кон идею скоростных магистралей. Так в Генплане 66-го года впервые появилась тема скоростных диаметров.

Михал Саныч всегда отличался исключительным умением корректно убедить оппонента в правильности своей позиции.




ЗВЕЗДА РАИСЫ
Правда
Михаилу Александровичу Пииру принадлежит идея звездообразной формы первой схемы метрополитена.
Раиса – Раиса Михайловна Пиир, канд. тех. наук, супруга Михаила Александровича.
Назаров – руководитель Мастерской-1.
Галина Константиновна – заместитель Назарова.

Михал Саныч с юных лет увлекался рисованием транспортных схем. Бывало, Жуковский позовет его пить пиво, а он: «Не-ет, дружочек, я лучше схемы порисую». Галина Константиновна надумает вовлечь его в групповой поход в кино, а он: «Не-ет, дружочек, я лучше схемы... ». Назаров попытается совратить его на пьянку, а он: «Нет, дружочек...»
Но вот настал момент, когда Михал Саныч забросил свое рисование... Пиир влюбился... Ее звали Рая. И она была страшно увлечена наукой. Пожалуй, даже больше, чем Михал Саныч - транспортными схемами.
На все приглашения Пиира в кино, за город, в гости Рая отвечала, потупив взгляд и скромно склонив голову: «Я лучше наукой позанимаюсь...»
Доведенный почти до отчаяния, Михал Саныч пал однажды перед Раей на колени: «Не мучай! Все для тебя сделаю! Скажи, чего хочешь?»
А Раечка возьми да и скажи: «Звезду хочу!»
И пошел Михал Саныч расстроенный ... Пошел.... пошел...
Вспомнил он опять про свои любимые транспортные схемы. А ему как раз надо было рисовать схему метро для Генплана...
Прошло время. И ведь получила Раечка свою звезду - в виде схемы метрополитена!
И построили! И сегодня ездим по этой звезде. А вот про то, что в основе этой фигуры лежал Раечкин каприз - этого до сей поры никто не знал...

Как у всякого истинного художника, личная жизнь Михал Саныча всегда способствовала творческим взлетам.




ПОЛЕТ НАД ЕВРОПОЙ
Правда Практически всё!

Был в Ленинграде одно время такой зампредседателя Ленгорисполкома - Филонов. И было у Филонова два крупных увлечения: во-первых, он любил крепко «заложить», а во-вторых, любил при всяком удобном случае показать, «кто тут настоящий хозяин».
Вот однажды Михал Саныч вдвоем с Филоновым полетели в командировку в Италию.
После того, как через 15 минут полета на свой запрос коньяка Филонов услышал в ответ, что «в этом салоне спиртное не подают», Михал Санычу пришлось надолго покинуть свое кресло.
Каждые пару минут, стоя в проходе, он ласково и как бы без усилия усаживал одной рукой на место вскакивающего, размахивающего кулаками и грозящего «стереть всех в порошок» Филонова. Другой рукой он не давал упасть в обморок избалованным вниманием иностранцев стюардессам. Когда все же обморок случался, Михал Санычу приходилось оттаскивать девушек на руках в кабину управления.
Проделывая все это, Пиир, шепотом чертыхаясь, а про себя кляня Филонова всеми последними словами, не переставал крутить головой и улыбаться пассажирам - этакой извиняющейся и успокаивающей улыбкой, ибо видел, что они, по причине своей чертовой иностранности, пребывают от происходящего в шоке.
Вконец измаявшись, Михал Саныч вдруг вспомнил, что у него в портфеле лежит бутылка армянского коньяка, которую он вез в подарок мэру Милана. Тайком достав из портфеля и уговорив за 100 долларов стюардессу преподнести бутылку Филонову, Пиир смог, наконец, расслабиться и провести последние полчаса полета в своем кресле.
Самое неприятное для Михал Саныча было не то, что в миланском аэропорту ему пришлось тащить на себе до встречавшей машины напившегося Филонова, но то, что дурацкая извиняющаяся улыбка еще в самолете свела ему скулы, и он до конца дня не мог придать своему лицу никакого иного выражения.

Форсмажорные жизненные обстоятельства всегда лишь усиливали неповторимый шарм, которым обладал Михал Саныч.




МУЗЫ
Правда
М.А. Пиир совсем неплохо писал стихи. Его манеры в отношениях с женщинами были в высшей степени аристократическими. Упоминаемые в рассказе три женщины, действительно, работали с М.А. Пиром. Две последние произвели на М.А. особенно сильное впечатление.

Когда Михал Санычу надоедала работа, он начинал думать о женщинах. Когда работа надоедала очень сильно, он начинал писать стихи о женщинах. За годы работы на Зодчего Росси его безупречно аккуратным почерком были исписаны стихами пачки бумаги. Большинство, правда, пошло в корзину, но лучшее Пиир хранил в сейфе.
Женщины нравились Михал Санычу все! Но источниками поэтического вдохновения могли стать только избранные. Отбор муз Пиир производил по особым критериям: не по внешним данным и не по умственным способностям, а по редкости имен!!! Таковых женщин до сих пор было трое…
Когда на работе появилась сотрудница с именем ОФЕЛИЯ, Михал Саныч решился продолжить Шекспира. Даже псевдоним себе взял - Шэкс Пиир. Второй том «Гамлета» он назвал именем главной героини. Сердобольный Михал Саныч поместил девушку на лечение в лучший сумасшедший дом, потом отправил ее учиться на транспортницу, и, в конце концов, сам взял на работу в Ленпроект.
Роман в стихах «Офелия» был написан по-английски. Поскольку реальная Офелия так и не смогла прочесть его и, следовательно, по достоинству оценить мощь поэтического таланта автора, Михал Саныч вскоре потерял к ней всякий интерес.
Эпический роман теперь уже на французском языке был посвящен женщине по имени ЖАННА. Это имя пылало и звало на подвиги! Сострадательное сердце Михал Саныча воскресило Жанну д'Арк, отправило ее учиться на транспортницу и … в конечном счете, привело на работу в Ленпроект. Однако реальная Жанна Фирсовна не читала по-французски, и Михал Санычу пришлось пережить еще один удар по своему творческому самолюбию.
Третьей героиней пока не написанного, но задуманного романа является женщина с совершенно экзотическим именем - Светлана ЖОРЖЕВНА. Михал Саныч обдумывает историю с переодеванием героини в мужской костюм, удачной карьерой на политическом (Джордж Вашингтон, Джордж Буш) поприще, а затем … переучивание ее на транспортницу и приход на работу к автору произведения.
К своему 75-летию Пиир наметил издать трехтомник...

Михал Саныч всегда умел ценить рабочее время